Чтение онлайн

– Я хотел отомстить, а не сделать Харада мучеником и внести его имя в хроники о героях.

– Он и не станет мучеником. Старик сгорит не в силах никого спасти, в отчаянии. Просто примет на себя первый удар нейросети, чем значительно облегчит работу Дарну, которому предстоит стать следующим и повысит его шансы на выживание. Голос, что пробудит племена, будет принадлежать новому вождю единого клана.
– усталым шепотом пояснила девушка, прислонившись к нему боком.
– Ты сам подумай, там напряжение будет по скромным прикидкам выше трех десятков единиц, это как в одиночку попытаться запитать среднюю шхуну.

– А Дарн это переживет? И если нет, то кто займет его место?
– приняв ответ подруги, с толикой беспокойства поинтересовался ее спутник.

– Надеюсь. Но на всякий случай я ему посоветовала найти замену. Понимаешь в чем дело, я за соломинки цепляюсь, опираясь на то, что запомнила из знаний отца, и на то, что смогла понять сама о природе пси-сил. Нет никаких гарантий, что оберег единства сработает так, как надо. Поэтому мы с тобой и ребятами будем действовать поодаль от кланов. Найт, я не мессия, а та еще сволочь.
– Лина закашлялась кровью, цепляясь за руку воителя рядом.

– Ну и как ты собираешься сражаться в таком состоянии?
– неодобрительно покачал головой Найт и кивнул в сторону ожидающей их Крины.
– Другого шанса может не быть.
– Лина отрицательно покачала головой и упрямо улыбнулась.

Отряд из десятка меченных магиматов рассевшись на дорожных мешках отдыхал после разведки. Неподалеку от них, связанный по рукам и ногам, лежал мужчина покрытый зелено-алыми татуировками, с совершенно выбритой головой. Ответив на приветствие Пепельной, Лина кивнула на пленника:

– Что удалось выяснить? Постарайся доложить кратко, задерживаться не хочу.

– Занятая какая… Их больше, чем мы полагали, сотен семь, кроме того в этот раз скарджи готовят не только привычные ловчие сети и яд, но еще и примитивные метательные механизмы из дерева. Сейчас они остановились на холмах Зеленых Ключей, продвигаются медленно, такое количество народу непросто прокормить с помощью только охоты, но думаю уже к завтрашнему вечеру они будут здесь.
– Крина указала рукой на большую поляну подле храма.

Лина незаметно подтолкнула Найта в бок и указала глазами сначала на пленника, а потом на разведчиков. Тот понимающе качнул головой и шагнув вперед воскликнул:

– Ладно, бойцы. На сегодня можете отдыхать, перед этим доложите моему брату всю информацию. А языка я сам допрошу, с скарджами всегда нелегко, так что лучше возвращайтесь в деревню, пока не увидите что-то такое, после чего не сможете спать по ночам.

– Пять племен, шесть вождей. Женщин и детей по своему обыкновению оставили в лагере, - добавила Крина, пока Лина направлялась к пленнику, - И судя по тому, что я видела, лучше десять раз умереть, чем родиться женщиной в племени скарджей. Они их даже говорить не учат, воспринимают… Словно скот.
– метаморф сплюнула в сторону и добавила шепотом, - А еще, не советую тебе его жрать. Поверь, я всякого дерьма навидалась, но эта пакость худшее, что было со мной в этой жизни.

– Не волнуйся, - хрипло ответила Лина, с усилием улыбнувшись, - Я тут по пути тоже наткнулась на совершенно отбитую контрабандистку, меня теперь сложно хоть чем-нибудь удивить.

Подойдя к связанному пленнику, Лина застыла. Вспомнился недавний сон, накатил приступ тошноты. Крепко сжав зубы, она уставилась на яростно вращающего глазами скарджа, в рот у него был туго вбит кляп. Ей нужно было убедиться в некоторых важных вещах, что она узнала из памяти Талы. Жалости Искательница не испытывала, лишь омерзение, когда распахнув пасть вцепилась в вопящего пленника. Минуту спустя, на дрожащих ногах, Лина отошла к ближайшему дереву. Ее вывернуло, из горла вслед за содержимым желудка вырвалось злое рычание. Нет, не жестокость мясников пронзила ее до глубин души. А безразличие. Культ крови, культ смерти, культ освобождения. Не философия и мысли, только действия. Эти люди не жили, они сражались за право даровать покой и обрести его наконец самим. Их мысли несли на себе привкус предначертанного конца.

– А я говорила… - вздохнула неподалеку Крина.

– Да плевать. Главное, что я сейчас понимаю их логику и могу прогнозировать действия в случае смерти вождей. Это нам поможет, но не принесет победы. Их не получится дезориентировать и обратить в бегство. Не получится напугать. Все, что мы можем…

– Это вырезать всех подчистую, - подавленно закончила Пепельная за Лину, - Скарджи уже отказались от жизни. Им терять нечего. Поэтому они страшны.

– Тётушка, иди спать. Завтра мы выступаем мясникам навстречу. Ты с отрядом охотников будешь действовать вместе со мной. Снаряжения много не берите, одежду и оружие оставьте в лагере. Это все нам не понадобится, - Лина слизнула с тонких губ, красную пену, - Мы будем рвать их клыками и когтями, как звери. Пришла пора сжечь собственную человечность, чтобы осветить дорогу другим.

Крина приложила ладонь к груди и кивнула. Все подозрения насчет Лины у нее постепенно пропадали. Охотница чувствовала силу и страсть в каждом ее слове, в каждом действии. Бездушные так себя не ведут. Попрощавшись она отправилась к деревне. Найт, подойдя к Лине ближе, обнял ее за плечи. Не просто жест. Без лишних слов. Лишь тепло и доверие. Уложив горячий лоб ему на грудь, Лина вздохнула. Эта молчаливая мудрость молчания проистекала у Найта из сомнений. А у нее самой из страха. И все-таки им было хорошо вместе. Скорее друзья, чем возлюбленные. Правда сама Искательница все еще желала стать ему ближе.

Стражи Леса выступили в поход утром, разделившись на четыре отряда. Два боевых, насчитывающих по сто двадцать воинов и возглавляемых Харадом и Дарном. В двух оставшихся были немногочисленные меченые разведчики и Искатели. Перед ними стояли две задачи: во-первых, перебить племенных вождей-шаманов, которые служили проводниками воли Разрушителя, а во-вторых, нанести удар по обозу противника, уничтожив боеприпасы, а также запасы яда, сетей и горючей смеси для осадных орудий. У Крины в подчинении было двадцать человек, все эти оборотни происходили из разных кланов, но были достаточно опытны, чтобы сдерживать себя в форме зверей. Самую малую группу вела Лина. Согласно их плану, сразу после уничтожения вождей скарджей она отделится и направится на захват Аделы, в глубине территории мясников.

Харад, в сопровождении десятка личных стражей, поднялся на вершину небольшого холма и, прикрыв глаза ладонью от стоящего в зените солнца, вгляделся в открывшийся изумрудно-алый пейзаж. Крепкой рукой старый вождь воткнул в мягкую землю копье, оскалив клыки. Скарджи уже были здесь, он чуял их вонь. Из горла сам собой родился низкий, выбрирующий рык, что пробежал над заросшей ликорисом равниной, порождая эхо и набирая силу от воинов, что поднимались вслед за своим господином. Здесь были только те, кому есть что защищать и за что умирать, те, кто уже оставил свое семя в этом мире, породив двух и более детей.

Оглашающий алое поле звериный рев набрал силу, когда с той стороны показалась цепочка передового отряда бритоголовых. Они были вооружены длинными копьями и деревянными щитами. Тела скарджей блестели на солнце, натертые отбивающими запах маслами, мясники дисциплинированно строились, подчиняясь приказам своих командиров. Их ноги в сандалиях топтали бутоны паучьих лилий. Позади двух широких рядов копейщиков виднелись ловчие с сетями, которые были вполне эффективны как против людей, так и зверей. А следом шли стрелки, вооруженные самострелами. Большая часть скарджей все еще скрывалась среди листвы и кустарника на краю поля, Харад их чуял. Засадные отряды готовились ударить во фланги, согласно воинской науке. Старик ухмыльнулся. В этой битве у них не будет флангов. Если Баррет права, это будет не битва. Это будет охота. А сам старый вождь послужит приманкой для основных сил.