Чтение онлайн

— Всё, всё, старина. Всё закончилось, — быстро ответил генерал, протягивая руку за пистолетом.

Заметив его жест, Матвей поставил оружие на предохранитель и, сунув в кобуру, тихо, но решительно ответил:

— Если хотите отдать меня под трибунал, то не напрягайтесь.

— Что ты хочешь сказать? — растерялся генерал.

— Я застрелю Роя и застрелюсь сам, но в тюрьму не сяду. Идёт война, а мы, два лучше всех подготовленных бойца вынуждены развлекать каких-то узколобых клоунов. Мы солдаты, а не подопытные кролики.

— Матвей, мы должны знать, что умеют эти собаки, — попытался объяснить ему генерал, но Матвей упрямо покачал головой.

— Всё, что они умеют, мы можем выяснить в поиске, а не сидя здесь, прячась за спинами других солдат.

— Эта собака, принадлежит не вам. Она, часть эксперимента, — как всегда вовремя влез в разговор один из головастиков.

Круто развернувшись, Матвей решительно подошёл к говорившему, и не долго думая, со всего размаху врезал ему кулаком по челюсти, одним ударом отправив в нокаут.

— Это моя собака, — зарычал он, стоя над поверженным учёным. – Моя, и никто не заберёт его у меня.

— Господа, вам всем лучше дружно заткнуться и исчезнуть отсюда, пока я сам за оружие не взялся, — громко сказал генерал, жестом приказывая капитану Мише забирать Матвея.

Подскочившие к проводнику спецназовцы, аккуратно зажали его с двух сторон, и крепко взяв за локти, повели к машине. Внимательно следивший за каждым их движением Рой, поспешил следом. Едва они оказались в машине, как пёс, подойдя вплотную к проводнику, принялся старательно вылизывать ему лоб и виски.

Насторожено глазевшие на них спецназовцы удивлённо переглянулись, и один из бойцов осторожно спросил:

— Чего это он делает ?

— Пытается меня успокоить, — грустно улыбнулся Матвей.

— Слушай, а чего вы вообще завелись? Ну поймали бы эту тварь ещё раз, и что? Жалко, что ли? Пусть подавятся, — обезоруживающе усмехнувшись, спросил боец.

— Ему надоело бессмысленное повторение. Понимаешь, он отлично знает, что сбежать отсюда, ксенос не может, и ловить его просто так, не хочет. Понимаешь, Рой не обычная собака. Он отлично знает, чем отличается бой от тренировки, а тренировка, от дурацких повторений.

Но всё бы это ничего, если бы этот придурок не вздумал хватать Роя, и пытаться заставить его работать. Этот пёс, не та собака, с которой можно так обращаться. А самое главное, он не должен был доставать оружие. Это мой пёс, и его никто не может убить, по крайней мере, пока я жив, — тихо закончил Матвей, прижимая голову собаки к груди.

— Да уж, побуянили вы, — растеряно вздохнул боец. – Чего теперь будет-то ?

— А какая разница? — равнодушно пожал плечами Матвей. – У меня, кроме этого пса, ни одной живой души рядом не осталось. Так что, лет через девять, двенадцать, и моя очередь придёт.

— В каком смысле? — не понял боец.

— В прямом. Собаки мало живут. Так что… — он снова пожал плечами.

Растеряно посмотрев на него, боец удивлённо кивнул, сообразив, о чём он говорит и, помолчав, тихо ответил:

— Дело конечно хозяйское, но зачем так торопиться? Да и война это, ещё неизвестно когда закончится. Такие бойцы как ты, на вес золота. Мы с вами всего пяток раз в поиске были, но всегда с добычей возвращались, а главное, все.

— Это не я. Это всё он, — грустно улыбнулся Матвей.

— Да какая разница, кто именно. Ты, он. Вы оба выводите нас на пришельцев и помогаете вернуться на базу живыми. Он их находит, а ты переводишь всё это на человеческий язык. Так какое мне дело, кто именно это делает? Главное, что вы с нами.

— Может и так, — вздохнул Матвей. – Да видно не судьба нам больше в поиск вместе сходить. После сегодняшнего, у нас с Роем один путь. Свалить отсюда подальше, пока генерал не решил меня под трибунал отдать. Благо, и власти и поводов для этого у него больше чем надо. Только я под трибунал не пойду. Учтите парни, если кто-то за мной явится, будем отбиваться. Я и Рой. На что он способен, вы знаете, а я… В общем, не влезайте. Не хочу я на совести ваши жизни иметь.

— Ну, это ты, конечно, загнул, — растеряно усмехнулся боец, — но могу тебе только одно пообещать, ни кто из нас против вас не пойдёт. Так что, если за тобой прокурорские явятся, выкручивайся сам. Наше дело, вас охранять, а не арестовывать.

Сидевшие в машине бойцы, дружно закивали головами, соглашаясь со своим делегатом. Опустив глаза, Матвей неожиданно понял, что так и продолжает сжимать в руке пистолет, выхваченный у учёного. Почему бойцы так и не забрали его, он так и не понял, но, подумав, быстро сунул оружие за пояс, под куртку.

Дверь открылась, и в машину заглянул капитан Миша. Обведя всёх сидящих внимательным взглядом, он повернулся к Матвею и, подумав, осторожно спросил:

— Как ты? Успокоился ?

— Что, там уже прокурорские копытом землю роют? — криво усмехнулся Матвей.

— Не заводись. Не будет прокурорских, — отмахнулся капитан, влезая в машину.

От этого простого движения вся машина закачалась, и в салоне сразу стало тесно. Усевшись на узкое, жёсткое сидение, он поёрзал, устраиваясь поудобнее, и посмотрев на Матвея, чуть усмехнулся:

— Значит так, псих отмороженный. Генерал за тебя горой встал. Сумел всё так повернуть, что эти головастики оказались сами во всём виноваты. Хотя, честно тебе признаюсь, дел ты натворил серьёзных.

— Не повторяй, я это уже слышал, — мрачно усмехнулся Матвей, кивая на внимательно слушавших командира бойцов.

— Ничего, повторить не помешает. В общем, принято решение, на время оставить вас в покое. Но учти, если что, командование может принять решение забрать у тебя собаку. Вот только за пистолет не хватайся, — быстро добавил он, заметив, как Матвей дёрнулся. – Я тебе не враг. Сам понимаешь, твой пёс, часть проекта, а всё, что армии принадлежит, можно только или украсть, или сломать.

— Смеёшься? Я в это чучело всю душу вложил, и теперь должен отдать его? Ну, уж нет. Лучше я и его и себя положу. Да и не сможет он с другим проводником работать. Не потому, что не хочет, а потому, что не умеет. Не учил я его этому. Так что, можешь им так и передать. Даже найдя толкового кинолога, они не смогут передать собаку. Мы связаны не только физически, но и эмоционально.

— Ну, что-то такое генерал им и говорил, — задумчиво кивнул Миша.

— Кому им? — насторожился Матвей.