Чтение онлайн

Тим подумал немного и кивнул.

— То есть ты намеренно говоришь предсказание так, чтобы услышавший его не смог догадаться, о чем идет речь? И ты наверняка знаешь, что он не догадается, потому что ты видишь…

— Нет! — яростно каркнул старик, попытавшись вскочить на ноги, но запнулся, чуть не упал, и упал бы, не придержи его Тим и не усади обратно на землю. Старик подержался рукой за левый бок и продолжил спокойнее: — Нет! Глупец! Ты не понял. Желающему узнать будущее я всегда говорю все, что мне открылось. Я и сам не знаю, о чем идет речь в моих предсказаниях, потому что, знай я это, я мог бы изменить то будущее, о котором и говорит мое предсказание. Ты не представляешь, как это сложно — видеть будущее, но не мочь рассмотреть его. Я вижу великое бедствие, обрушивающееся на земли Сай. «Когда?» — вопрошаю я. «Когда взойдет зеленая звезда», — приходит мне ответ. Я вижу смерть, настигающую человека. «Как?» — спрашиваю я. И слышу в ответ: «Как мать рожает дитя». Смейся надо мной, мальчик! Я лучше остальных знаю, почему я никогда не смогу получить конкретный ответ на свои вопросы, но не перестаю их задавать. Вдруг однажды пелена спадет с моих глаз? Смейся!

Старик вздохнул и замолчал. Тим пару раз открывал рот, но так и не нашел что сказать.

— Все, что могут предсказатели, — продолжил старик устало, — это улучшить предсказание настолько, что о чем в нем идет речь, станет ясно сразу, как предсказание сбудется. Только этим сильный предсказатель и отличается от слабого. Тем, что мучает себя до грани сумасшествия — а иногда и до сумасшествия, — чтобы заточить меч, блеск которого станет виден только после того, как будет нанесен удар. С предсказанием слабого оракула не всегда понятно — сбылось оно или еще нет… Я — сильный оракул, но и мои предсказания не могут быть полезны никому, даже мне самому, иначе не сидел бы я сейчас перед тобой. Смейся, смейся надо мной.

— Нет, — сказал Тим, — я не буду смеяться над тобой. Предскажи мне мою судьбу.

Старик хмыкнул и глянул на Тима с некоторым удивлением.

— После того, что ты услышал сейчас, ты еще хочешь услышать предсказание?

— Да, — сказал Тим. — Пусть оно не будет мне полезно, но, возможно, оно будет полезно кому-то другому. Да и вообще — знание всегда сильнее незнания.

— Неверно, — отозвался старик, наклоняясь вперед и закрывая глаза. — Ненужное знание много вреднее незнания. Сядь!

Тим послушно сел на землю.

— Мне руку дать? — спросил Тим осторожно.

— Руку? — спросил старик удивленно. — Зачем? Нет. Просто сиди и не шевелись. Можешь имя свое сказать, если не боишься. Иногда помогает.

— Не боюсь, — сказал Тим. — Тим… то есть Тимоэ… В'стрец.

Старик дернулся, открыл глаза, и Тим с удивлением увидел в них искорки испуга.

— Что случилось? — спросил он.

— Ничего, — быстро ответил оракул, — ничего… скорее всего. Сиди.

Осмотрел Тима со странным выражением на лице, потом закрыл глаза и начал слегка раскачиваться и что-то тихонько напевать себе под нос.

Тим замер. «Наверное, надо не моргать», — подумал он, но моргалось почему-то даже чаще обычного. Тим попробовал удержать веки усилием воли, но в глазах тут же возникала невыносимая резь.

— Твой дом не здесь, — сказал вдруг старик глухо. — Твой дом далеко отсюда, меньше, чем в двух шагах, и больше, чем в тысяче тысяч.

— Ну это простая загадка, — пробормотал Тим, уверенный, что старик впал в транс и ничего не услышит. Но старик услышал. Перестал раскачиваться и открыл глаза.

— Потому что это прошлое, — сказал он раздраженно, — его уже не изменишь. Ты можешь молчать?

Тим виновато кивнул. Старик хмыкнул, глянул исподлобья и снова закрыл глаза.

— Ты стремишься домой, но ты сам стоишь на своем пути, преграждая его. Твоя путеводная звезда прикована к чужому небосводу, и путеводная она только для тебя, любой другой, последовавший за ней, погибнет. Она взойдет меж двух гор и укажет тебе путь домой. И путь тот приведет обе твои звезды к закату.

— Э! — сказал Тим. — Не понял. Откуда вторая звезда взялась?

Старик открыл глаза и ожег Тима злым взглядом, но, против ожиданий, не стал ругаться, а снова закрыл глаза и закачался из стороны в сторону.

— Печать смерти на тебе. Смерть в конце пути твоего, смерть в начале. Извилист путь, но проходит по торной дороге. Ты нужен огню, что пожрет тебя и твой дом. И путь твой ему известен.

«Блин, — подумал Тим, — ну и бредятина. Прав был Арво». Старик помолчал и открыл глаза.

— Достаточно или еще продолжить? — проворчал он. — Обычно я предупреждаю, что каждое дальнейшее уточнение стоит много дороже предыдущего. Но некоторых это только подстегивает.

— Хватит, — сказал Тим разочарованно. Встал, помялся. — Я удовлетворен твоим предсказанием.

Старик хихикнул:

— Лжешь. Никто не бывает удовлетворен моим предсказанием.

Тим почувствовал, как начинают полыхать уши — он и в самом деле ничуть не был доволен предсказанным, он просто пытался поблагодарить старика подсказанным Каравэрой способом, совершенно не заметив, что эта благодарность не будет искренней.

— А бывают предсказания, которые можно изменить? — спросил Тим только для того, чтобы не молчать. Он был уверен, что старик быстро ответит «нет», но оракул молчал.

— Бывают, — сказал он после полуминуты молчания. — Бывают, но очень редко. Иногда появляется оракул, который видит будущее так же ясно, как остальные оракулы видят прошлое. И его предсказание можно изменить, и оно не сбудется. А можно и не изменить, если оно полезное, — и тогда оно сбудется. Неправильные Предсказатели — так их зовут — очень редки и еще более ценны. Жизнь их обычно бывает странной и недолгой… недолгой и странной. Я бы не стал тебе этого рассказывать, но, по слухам, которые, скорее всего, правдивы, повелитель земель Сай — Сах Аот — величайший из всех Неправильных Предсказателей, когда-либо живших в землях Сай.

— Вот как? — сказал Тим. — Интересно.

И опять соврал — не так уж ему было интересно, чем знаменит местный император. Все равно ему вряд ли светит с ним встретиться, а если даже таковая встреча и случится, вряд ли этот Сах Аот станет предсказывать ему будущее.

— Еще вопрос, — вспомнил Тим. — Ты удивился, услышав мое имя. Почему?

Старик хмыкнул:

— Не удивился, а испугался. Я решил, что ты — Дитя Севера.

— Кто?

— Дитя Севера. Есть старое пророчество… очень старое… про ребенка, который изменит облик этого мира. Но оно не про тебя.

— Почему?

— Ты же слышал свое предсказание. Ты — не Дитя Севера, можешь быть в этом уверен. Тебя в этом мире ждет только смерть. Кстати, если ты еще не заметил, в твоем предсказании есть ценная подробность — смерть ждет тебя по возвращении. Поэтому, если хочешь жить, постарайся не возвращаться. Хотя не думаю, что тебе это удастся — я еще не слышал ни об одном таком случае.

В этот момент на площади начали появляться отряды Людей Дороги, таща на себе награбленное добро — как обычно, тюки с одеждой, мешки с едой, подвернувшиеся куски железа, возможно, ножи и мечи. В отсутствие денег и драгоценностей самой ценной добычей становились оружие и лошади. Арво поймал взгляд Тима, мотнул головой в сторону дороги — поторопись, мол, — и пошел к галдящим возле сваленного на землю добра бойцам. Тим проводил его взглядом и уже собирался распрощаться со стариком и пойти следом, но тут у него в голове мелькнула еще одна мысль.