Чтение онлайн

— Вот ещё! Можно подумать, позволю я какому-то морскому духу лапать мою девушку?

В молчании качались на перегруженной пироге с полчаса, не меньше. Набились в неё как сельди в банку, впрочем, не так, как в первый выход в лагуну. С Семисом.

Кай и Айха устроились на носу. Чуть ниже ютился малыш Хэч. Вскарабкавшийся в лодку Хори и сидящий с ним бок о бок Хеми вжали Телуа в моего приятеля. Дальше, по-турецки устроившись на дне, сидел Наставник, чуть ли не на коленях у него Уати. Потом Мака и Руйха. Я так и сидел на корме, свесив ноги в ластах в воду. Все были погружены в свои мысли, и лишь у опустившей голову Телуа беззвучно сотрясались плечи. Девушка тихонько плакала.

— А они сюда не всплывут? — настороженно взглянув то ли на Наставника, то ли на меня, нарушила молчание Айха.

— Не должны, — пожал плечами я, — они там заняты. Делают новых змеёнышей.

— Вот оно что, — словно очнувшись, протянул дед с пониманием, — видно, у вашего друга такая судьба.

И увидев недоумение в глазах ребят, пояснил:

— За всё время, как я поднимал слёзы Атарапы, только один из наших был укушен посланцем морского демона. Всего один.

— Ну… Это повышает наши шансы, — буркнул я.

Прошло ещё, наверное, полчаса. Постепенно народ оживал, начал переговариваться.

— Мы долго ещё будем тут болтаться вот так? — снова подала голос Айха.

— А что ты предлагаешь? — взглянул на неё Кай.

— Не знаю… — ответила красавица. — Но я знаю, что мы сейчас бесцельно тратим время.

— Нельзя пока в воду, — авторитетно заявил дед.

— Тогда поплыли к берегу, — пожала плечами Айха.

— Предлагаешь его здесь бросить? — хмыкнул я.

Раздался всхлип: Телуа не сдержалась.

— А что такого? — удивилась девушка. — Но если так хочешь, давай подними его.

Тут же на меня уставились две пары глаз. Зарёванные, красные от слёз Телуа, испуганные Руйхи.

— Можно попробовать, — я вздохнул.

— Н-н-не надо! — еле-еле слышно проговорила Руйха, мелко тряся головой.

— Не стоит, Ученик, — мрачно покачал головой Наставник.

Хэч тоже отрицательно поводил подбородком из стороны в сторону.

Мака промолчал, Хеми и Хори вообще ничего не ответили. В глазах Кая проскакивал какой-то огонёк, словно наследничек подзуживал: «Ну давай, нырни! Докажи, что ты не ссаный!»

Да пофиг на тебя, прямым взглядом на взгляд ответил я Каю.

— Не могу я его так бросить, — негромко ответил я Руйхе, Наставнику и Хэчу.

И соскользнул в воду.

Эх, по-хорошему бы покойника кошкой подцепить, ему уже всё равно. Но сомневаюсь, что у них тут найдётся такое нехитрое приспособление.

Тайпен из всей «банды» Кая мне если и не нравился, но, по крайней мере, бесил меньше всего. Тем более он сошёлся с Телуа, а девчонку, которая дружила с моей девушкой, я воспринимал уже почти как сестру. И вот её парень лежит на дне. Мёртвый. А я с прошлой жизни не могу оставлять в глубине тех, кого мог назвать товарищем.

Занозой дёрнула досада — да кому я вру? Себе? Оставлял, конечно, не без этого. Иной раз обстановке или приказу, пофиг на ваше пафосное «своих не бросаем». Прижимало — приходилось и бросать. Это жизнь, а не кино. Но сейчас-то что мне помешает?

Продышался. Груз? Обойдусь, пожалуй, ещё среагируют гадины на его падение. Воспользуюсь верёвкой Тайпена.

Народ в молчаливом оцепенении смотрел на мои приготовления.

— Верёвку возьми, — сунул свободный конец дед.

Мазнул равнодушным взглядом, вдо-о-ох… И ушел в глубину вверх ногами — мне так привычнее.

Метрах в четырёх надо дном остановился и замер, удерживаясь за трос. Никто из-под тела или из-под коралловых наростов не выскочил, щёлкая зубами, размахивая щупальцами с присосками или жаля во все стороны. Потыкать бы какой-нибудь палкой… Почему-то почувствовал себя как на разминировании, даже лёгкое покалывание ощутил в подушечках пальцев. Ну, работаю?

Осторожно опустился рядом. Эх, пацан, так ты и не стал ныряльщиком. Не продолжил дело отца.

Что за хрень в голову лезет, можно подумать первого поднимаю! Впрочем здесь — первого.

По миллиметру, не думая о сгорающем в тканях кислороде, приблизился. Глупость, конечно, если «выстрелит» морская змея — в водной среде я точно ей в скорости проиграю. Но ведь она может сначала обозначить присутствие, типа не лезь, человек.

Под глухие удары пульса в ушах аккуратно подхватил Тайпена со спины под подмышки. Поехали домой, приятель… И, оттолкнувшись ногами ото дна, заработал ластами.

Тело парня в шесть рук подняли на борт. Ещё и я помогал с воды.

— А змеи? — опять поинтересовалась Айха.

Я пожал плечами:

— Ушли, наверное.

— Куда?

— А мне почём знать? Может, домой?

— Забирайся, — мрачно предложил Наставник, — занятия сегодня отменяю. Надо старшим сообщить.

— Тут и так много народу, — отмахнулся, — я вплавь.

До берега и правда было раз плюнуть: метров тридцать, не больше. Детское расстояние. Я проскользил его куда быстрее, чем лодка, тем более ребятам надо было вытянуть якорь, разобрать вёсла…

Доплыл. Оперевшись на руки, вытянул себя из воды, словно на турнике сделал «выход силой», развернувшись плюхнул зад на берег. В длинных ластах по-другому сложно, а снять их в воде не получилось — верёвки размокли и узлы стянуло.

Из меня словно стержень вытянули — навалилась слабость и апатия. Я тупо смотрел, как подплыла лодка, как ребята на руках вытащили тело Тайпена на берег.

— Ученик, — услышал я над собой голос Наставника, — ты не ответил, нас тогда прервали… Но теперь расскажи мне, как тебе удалось собрать все камешки, что изображают Вместилища, за одно погружение?

Как бы ни была трагична ситуация, на нас стали оборачиваться. Конечно, смерть одного из нас — это ужасно… Но ведь теперь это уже свершилось и фактически в прошлом. А вот собирать жемчуг — это то, что ещё предстоит.

— И ещё, — голос деда звучал глухо, — что у тебя на ногах?

Я вздохнул: разглядел, глазастый. А ведь не так я хотел провести «презентацию» ещё одного, наверное, главного своего ноу-хау!

— Как сумел? — пожал плечами.

И поднял одну ногу из воды. Зеленая мясистая лопасть из пальмового листа длиной не более полуметра, укреплённая сверху и снизу узкими бамбуковыми планочками. Ещё две планки по бокам: короткие рёбра жёсткости, чтоб зафиксировать стопу. И всё связано и крепится к стопе верёвками из размочаленной лианы.