Чтение онлайн

На этот раз я почувствовал, что всё. Выдыхаюсь.

Лёгкие жгло — организм работает на пределе, метаболизм гонит отработанный це-о-два в лёгкие, но мои короткие выдохи не успевают его вымыть. И рецептор просто сума сходит, сигнализируя: «дыша-а-а-ать!!!»

Если бы не тренил урезанное дыхание при плавании, не отрабатывал бы квадратное дыханье с настойчивостью умалишённого, жертвуя сном, — вообще давно бы спёкся.

Да и мышцы ног вот-вот скажут — хорош, дальше без нас. Крайний раз вынырнул лишь по грудь и, если бы лучник не стоял на колене, фига с два я бы дотянулся до его волос. Пришлось бы ограничиться тыканьем в почку.

Короче, надо заканчивать. Я спёкся, да и в лодке уже, наверное, пришли в себя.

Девчонок я всё-таки успел разглядеть. Они сжались в кучку под мачтой, и, похоже, их никто не охранял. Понятно, не до этого.

Каруселью, как ракеты в револьверной пусковой установке, крутанулись в голове варианты. Всплыть и выдернуть? Может не получиться, я же не здоровяк типа Ситу или Ману. Крикнуть, чтоб прыгали за борт? А если пришлые тут же сообразят и прикроются заложницами? Да и толку-то, что прыгнут, — далеко они от пироги уплывут? Поубивают к чертям собачьим в воде…

Я вынырнул метрах в двадцати от лодки. Без привычных эффектов — без брызг, без фонтанов воды. Просто неспешно выставил лицо и задышал лихорадочно.

По телу тут же прошлась волна слабости — молочка в мышцах давала о себе знать.

Народ на лодке уже мобилизовался — половина смотрит в воду с одной стороны, половина занесла копья и приготовила луки с другой. Теперь где ни всплыви — заметят и прикончат.

Заметили.

Кто-то глазастый вытянул руку, заорал. Тут же рядом со всплеском упало копьё. Пара неоперённых стрел из дурацких и слабых местных луков плюхнулись неподалёку.

Блин, зацепят ещё ненароком!

Я без каких-то эффектов скрылся под водой.

Организм уже вовсю ныл и скулил об отдыхе. Лёгкие начало жечь, как только голова ушла под воду, ноги угрожали впасть в судорожную забастовку. Даже мозг требовал закончить это издевательство и плыть на берег. Словно кто-то чужой подсовывал мысли: ты сделал что мог! ты устал! плетью обуха не перешибёшь…

Да иди ты! — огрызнулось во мне что-то глубинное. Нет вариантов. Как земли за Волгой для моего сгинувшего в Сталинграде деда.

Словно нехотя, в широкую разножку я опять погрёб под лодку. Мыслей, что на этот раз предпринять, никаких.

Но чужие сами подкинули идею: стоило мне скрыться под водой, как они, наученные горьким опытом, принялись дырявить копьями воду со всех сторон от пироги, словно гигантские швейные машинки.

Ну и славно. Я поднырнул поглубже, чтоб не достали, всплыл под днище, перевернулся ногами вверх и, подловив момент, схватил одно из копий. Дёрнул.

На что рассчитывал? Не знаю. Может, копьём разжиться. Зачем — не понимаю.

Но заполучил в придачу к нему и человека. Воин, державший оружие, так его и не выпустил.

На миг я заметил испуганное лицо, после чего расплывающееся пятно тёмной в воде крови из проколотого горла скрыло от меня ещё одного неудачника.

Проскочила мысль: а вот кровь в воде плохо! И её сейчас здесь много…

Надо как-то заканчивать, устало сознался сам себе, ибо я уже «закончился».

На этот раз я отплыл от лодки пришлых метров на тридцать. Несколько секунд я только дышал, восстанавливая газообмен в организме. Пирога чужих дрейфовала, весь экипаж стоял наготове с копьями и луками. Но не стреляли. Ждали.

— Послушайте меня, воины!

Сначала голос звучал слишком звонко. И я добавил ему грудной глубины, тем более дыхание плюс-минус восстановилось.

— Я Дух бездны этого острова! Я охраняю его, изредка прикидываясь человеком, — по правде, речь я не готовил, нёс первую пришедшую в голову ахинею, слова словно сами рождались. — Зачем вы пришли сюда?

Торчать из воды даже по грудь стоило немалых усилий. Ноги работали ластами уже где-то за гранью. Стоп не чувствовал, видимо, их свело, но боль я отключил. По-любому долго этот спектакль я разыгрывать не смогу.

— Мы воины острова Двурогой горы! — донеслось с пироги. — Наш вождь послал нас, чтоб мы привезли молодых женщин, у нас их мало!

— Уходите!

— Дух, разреши нам взять этих! Мы будем хорошо к ним относиться! Они станут жёнами достойных мужчин!

— Нет! Я сказал: валите отсюда, пока не сдохли в страшных корчах! Эти женщины — люди глубин… Они мои женщины!

Видно было, как на лодке совещались. Похоже, в отсутствии старшего не могли договориться. Наконец кто-то крикнул.

— Нам их высадить на берег, дух?

А вот тон мне не понравился…

— Сейчас я за тобой приду, — пообещал устало, горло ощутимо першило и получилось негромко, — и расскажу на ушко, что делать.

— Не надо! — крикун всё же расслышал и вскинул руки, словно защищаясь.

— Пусть прыгают в воду и плывут назад, — уже чувствуя, как начинает дребезжать голос, крикнул я.

Блин, девки, ну что вы там телитесь? Я же не могу больше стоять так на ластах! У меня же сейчас ноги отвалятся!

Наконец из лодки одна за другой в воду бултыхнулись три фигурки. Телуа, как мне показалось, вообще просто выкинули за борт — дух сказал в воду, значит в воду!

— Уходите теперь! — крикнул я.

Ноги реально отказывали. Я ещё успел проследить, как девчонки погребли на риф, благо было недалеко; как начинают грести пришлые, поминутно оглядываясь на успевшую преодолеть уже почти половину пути пирогу местных. И ушёл под воду.

Я вода. Я растворяюсь в окружающем, сливаюсь с ним. Я не вижу, не слышу, не думаю. Я не ощущаю… О-о-о, нет, ещё как ощущаю! О-о-о, мои ноги-и-и! Расслабленно повисеть в воде на статике долго не получилось. Ну ничего, наверное, и так получилось здорово — дух прокричал последние слова и медленно ушёл к себе в бездну, то есть скрылся под водой.

Вынырнул, лёг на спину. Эй, кто-нибудь, отбуксируйте к берегу безвольную тушку!..Блин, и попросить-то некого, проворчал я мысленно и неспешно заработал чугунными ногами.

Когда я доплыл и сел в прибое, на берегу воцарилось гробовое молчание. Силы кончились. Совсем. Навалились слабость и усталость. И апатия.

Но недолго. Минута, другая, третья. О-о-о-ох… Надо выбираться на сушу. Но сначала снять уже ласты.

Попробовал поддеть неслушающимися пальцами завязки.