Чтение онлайн

— А с проводами мне девочки помогают, я прошу — они их придержат, чтоб я значит Женечку могла обиходить.

Александр подумал, что ничего не знает про капсулы для так называемых «постоянных жителей ФанВирта». Что вообще, про таких игроков, еще несколько дней назад он не знал ничего. Как-то не задумывался.

Впрочем, если подумать, на земле есть много народа, которые в силу тех или иных причин не могут жить нормальной жизнью — лежачие больные: паралитики, безногие-безрукие, коматозники как Аня с Русом. Да что там, он и сам, пару лет назад прошел по краю, и если бы не фанатичные тренировки, килотонны денег на врачей, массажи, физио и тому подобные процедуры, мог превратиться в домашнего затворника, «лицо с ограниченной мобильностью». Он мысленно с грустью усмехнулся: «вот тогда вариант с полным „переселением“ в ФанВирт, наверно имело бы смысл рассмотреть».

Однако, к капсулам. Даже его, рассчитанная на нормального, здорового пользователя, зависающего в виртуале хоть и долго, но не на постоянной основе, оборудована мио стимуляторами, и анти-пролежневым ложе. Можно, если приспичит, катетер добавить, и даже автоматическую питьевую систему: будет отслеживать состояние крови, и при необходимости подавать через зонд воду прямо в желудок. Но, когда установщики капсулы предложили такие опции, он уперся. Для него это было бы уже символом беспомощности.

Одним словом, мужчина не понимал, почему пациент, находящийся в таком тяжелом состоянии, лежит на простой больничной койке, разве что в отдельной палате? И ... и в таком состоянии!!!

— Даже противопролежневого матраса нет, — пробормотал себе под нос.

Но Галина Васильевна услышала.

— Так ведь был, сначала. Но потом испортился, а новый то я не потяну, уж больно они дорогие.

— Да? И что с ним случилось? Может починить можно?

— Не знаю, я же не видела. Прихожу как-то раз, а девочки говорят: все бабка, сдох твой матрас: потек, залил у нас тут все. Ну и пришлось выкинуть.

— То есть самого испорченного матраса вы не видели?

— Нет, — смущенно улыбнулась Анина бабушка, — испугалась я, тут же провода, вон, целый шкаф аппаратуры стоит, — старушка вздохнула, мелко перекрестилась, — ни чего, Сашенька, я и без него справляюсь.

Александру повезло, Анину бабушку он встретил в больнице, куда заявился прямо с дороги. Было уже три часа дня, на дорогу ушло больше времени, чем планировал. Похоже, за прошедшие с катастрофы два года организм отвык от длительных поездок.

Галина Васильевна пришла к внучке после уроков. Сразу после того, как Женя-Анахита оказалась в больнице, пожилая учительница перешла работать в школу по близости. Правда до дому теперь стало добираться гораздо дольше.

Саша ее сразу узнал несмотря на то, что на всех фотографиях в интернете бабушка выглядела куда моложе и свежее. Впрочем, а как же иначе? Эти фото относились к периоду «до» аварии и непосредственно после. До аварии она была бабушкой подающей надежды модели. Хорошим «информационным поводом» — сразу после. Вообще, сразу после аварии новостные каналы захлестнуло волной информации. Был даже материал, в котором рассказывали, что родные погибшего парня не оставили в беде не состоявшуюся невесту, оплатили ей лечение, содержание в больнице и даже подключение к ФанВирту. Но прошло время, появились новые инфоповоды, про былую восходящую звезду и ее одинокую родственницу забыли. Ни заметки, ни даже намека, как и не было таких.

— Здравствуйте. Вы, Галина Васильевна, Ан... Женина бабушка? — поинтересовался мужчина у пожилой женщины в теплом платке поверх совершенно седых волос, и пушистой кофте, суетящейся вокруг одиноко стоящей в палате койки.

— Да, это я. А вы наверно представитель «The real world of fantastic virtual reality»? — официально название игры она произнесла на хорошем английском, что совершенно не вязалось с образом милой старушки.

— Нет, ну что вы. Я ... мы знакомы с вашей внучкой... Там, в ФанВирте.

— Ой, да вы что! А вы наверно тот самый Руслан? Женечка мне писала... Но постойте? — старушка удивленно осмотрела собеседника сверху вниз, — Руслан ведь тоже лежит в коме. А вы тогда кто?

— Я Феникс. Вообще-то мы не так давно познакомились...

— А-а-а-а... — я снова удостоился оценивающего взгляда, — тот самый Феникс? Внучка мне и о вас писала...

На древней газовой плите, не иначе — ровеснице дома, закипал большой эмалированный чайник. Александр-Феникс и Галина Васильевна сидели на маленькой, шестиметровой кухоньке второго этажа пошарпанной пятиэтажки на окраине заводского района. На подоконнике — три глиняных горшочка с цветами. Настоящий подоконниковый сад. Сквозь зеленую занавесь проглядывает украшение двора — рыжая труба котельной.

Мужчина, чувствуя себя медведем в посудной лавке с трудом втиснулся между столом и старым, украшенным резьбой буфетом. Пьет чай с бубликами из большого, трехлитрового фарфорового чайника, стоящего на круглой деревянной подставке поверх цветастой скатерти и листает толстый альбом с фотографиями, переворачивая жесткие картонные листы, переложенные тонкой калькой, под пояснения Галины Васильевны.

— Женечка всегда любила танцы. Вот, смотрите, это она в шесть лет, в ансамбле «Снегурочки», в детском садике.

На фото рядок девочек, почти одинаковых в наряде снежинок. Но Аня узнается сразу: светловолосая, чуть выше других, и еще эти глаза...

— А это они в школе танец ставили, еще ее мама жива была.

Другая, выцветшая фотка. Маленький лебедь. Оказывается Аня занималась балетом.

— Вот, а в двенадцать ее подружка потащила в школу моделей. Женечка сначала не хотела, пошла за компанию. Светка через год бросила, а Женечка как-то втянулась, говорила, что нравится, уже первые сьемки начались.

В альбом оказались вложены несколько журнальных листков с рекламой подростковой одежды. Аня и здесь узнаваема.

— Конечно, когда ей стали за сьемки платить, нам полегче стало. Наконец-то она смогла приодеться, чтоб подружки за спиной не смеялись. На мою-то зарплату, да отцовскую пенсию, сильно не зашикуешь, — выхватив удивленный взгляд гостя, пояснила, — отец Жени, мой сын, вот он, на фото. На флоте служил. Погиб, когда ей три года было.

На фотографии подтянутый капитан-лейтенант стоит на пирсе в обнимку с невысокой светловолосой женщиной, и держит за руку ребенка, лет двух. За спиной — боевые корабли: решетчатые мачты, локаторы, пусковые установки.

— Саша, ну что вы совсем ничего не едите? — пожилая женщина пододвигает поближе вазочку с вареньем, — Вам чаю еще налить?

— Галина Васильевна, а что вы все меня на «вы», да на «вы», мне даже не удобно.

— Так и ты меня, «Васильевной» прекрати величать! — лучисто улыбается та.

— А как же? Ну не «Галей» же! — возвращает ей улыбку собеседник.

— Да зови бабой Галей, Женечка так и называла: «Баб Галя»

— Нет, — замотал головой Александр, — какая же вы «баба»? Вы же совсем не старая! А можно, «тетя Галя»?