Чтение онлайн

– Хорошо, с Ларатом понятно. А остальной флот?

– Частями разбежался по разным планетам после парада суверинитетов. У Росса остались только базирующиеся неподалеку от столичной системы эскадры – восьмая часть всего флота. Но корабли постепенно выходили из строя, а новых строилось мало. Некоторые наши крейсера и линкоры построены еще в имперские времена. Да, двигатели и вооружение на них заменены, но это не отменяет общей изношенности конструкций. Ни одна из этих старых калош не выдержит залпа современных гравидеструкторов!

– Весело… – протянул Алексей, далеко не все понявший из слов адмирала, однако то, что большинство кораблей росского флота до крайности изношены, стало ясно и ему. – С этим нужно срочно что-то делать.

– Нужно, – вздохнул Шемич. – Да только где взять на это средства? Постройка одного линкора обходится в два миллиарда кредитов, как минимум. И длится три года. Верфей же, способных строить линкоры, на Россе всего две. А в имперские времена было восемнадцать! Да и казна, я думаю, пуста – ежегодный дефицит бюджета доходит до двенадцати миллиардов.

Император пребывал в ошеломлении. Когда он слышал о плохой ситуации, то и подумать не мог, что она настолько плоха. И как ее исправить, Алексей понятия не имел – разбирался в экономике, как пьяный сапожник в балете. Нет, теоретические знания искин ему в мозг вложил, но теория, не подтвержденная практикой, остается сухой теорией, имеющей очень небольшое отношение к реальности.

– Что, по вашему мнению как профессионала, следует сделать в первую очередь для восстановления боеспособности флота? – император поднял на адмирала потяжелевший взгляд.

– Вы сами уже сказали, Ваше величество, – пожал плечами тот. – Национализация верфей и оружейных производств. Увеличение числа военных училищ. Финансирование флота в полной мере. Это целый комплекс задач, которые не решить одним наскоком. Но первым делом я прошу увеличить хотя бы процентов на сорок жалование офицеров. Они сидят на голодном пайке. Многие не имеют не только жилья, но и перспективы его когда-либо приобрести! Я говорю о честных офицерах, исполняющих свой долг, а не о стремящихся набить собственный карман приспособленцах.

– Это только первый шаг, – возразил Алексей. – Увеличение жалования ничего не решает и не меняет ситуации в общем.

– Вторым, по моему мнению, должно стать наведение порядка в военном министерстве. Оттуда нужно выбросить всех, живущих на подачки корпораций, а на их место поставить флотских профессионалов, думающих о деле, а не о том, как угодить платящим им фирмам. А то в итоге получается, что принятие на вооружение новых орудий, например, выгодно всем, кроме самого флота.

– Генерал Таркович справится с этой задачей, как вы думаете?

– Мирко? Он справится. Я его давно знаю. Если скажет, что сделает, значит сделает.

– Знаете, господин адмирал, – внезапно решился на откровенность Алексей, – я не хотел этой ноши. Я ее не просил. Я ощущаю, что мне не хватает ни знаний, ни опыта. Но так вышло, что Господь возложил это на меня. Придется тянуть – хочу или нет, могу или нет. Неважно! Важно то, что я должен. Я присягу служить Родине давал, и не нарушу ее. Я прошу вас и других, кто может и хочет, помочь мне сделать Росс сильным. Восстановить Империю.

Шемич откинулся на спинку кресла и с интересом посмотрел на него. Если честно, мальчишка его удивил этими словами. Получается, не авантюрист, а человек долга? Тогда у Росса есть шанс подняться с колен. И если император действительно этого хочет, то помочь ему следует.

– Я помогу, Ваше величество, – сказал он после недолгого молчания. – Но… Разрешите откровенно?

– Конечно.

– Я не знаю, кто вы и чего от вас ждать. Я слышал от вас хорошие, правильные слова, но это только слова. Начните действовать в этом ключе, и за вами пойдут многие из тех, кто еще сомневается.

– Если бы я знал, с чего начинать… – закусил губу Алексей. – Видимо, все-таки с наведения порядка в военном министерстве.

– Еще нужно ликвидировать очаги напряженности, контролируемые верными демократам войсками, – посоветовал Шемич.

– До прибытия синтарских дивизий это сделать будет невозможно, – поморщился император. – Кстати, вчера мне сообщили, что Синтар объединился и просит коронного договора.

– Обнадеживающая новость, – во взгляде адмирала появилось удивление. – Этого я не ждал. Как вам удалось этого добиться?

– Отправил туда личного вассала, Умара ос Хро-Грара, синтарца, на альфа-корвете.

Шемич покивал. Да, от синтарцев другой реакции после прибытия голоса императора на альфа-корвете ждать было бы трудно. Их отношение к империи и императору известно всем. Кровная клятва верности всего народа для горцев далеко не шутка. Они ее сдержат любой ценой. А воевать синтарцы умеют. Лучших бойцов-десантников поди отыщи.

– Сколько дивизий ждать? – поинтересовался адмирал.

– В первой волне – восемнадцать.

– Очень неплохо. Если демократы узнают, что их атакуют синтарцы, то тут же сдадутся. У горцев хм-м-м… своеобразная репутация. Они ее тщательно создавали. Плюс их призводственные мощности. А они на Синтаре немалые. Я бы очень хотел получить их истребители – они даже лучше ларатских, не говоря уже о наших дровах.

– Я переговорю со старейшинами по этому вопросу, – пообещал император.

– Да и оборонные гиперорудия у синтарцев весьма хороши, – заметил Шемич, воодушевленный новыми возможностями. – Их планета очень хорошо защищена, на орбите несколько десятков орбитальных крепостей. Жаль, только флота у них нет. Если бы еще перетянуть на свою сторону Ларат…

– Давайте не будем спешить, – вздохнул император. – Сейчас нам важно начать. Главное – переломить ситуацию, изменить ее к лучшему хоть в чем-то.

– Вы правы, Ваше величество, – нехотя согласился адмирал.

– Попрошу вас подготовить докладную с предложениями об улучшении ситуации на флоте. По пунктам.

– Хорошо, завтра утром докладная будет в вашем секретариате.

С этими словами Шемич откланялся. А Алексей еще долго ходил от стены к стене, размышляя об услышанном. Ему было сильно не по себе. Он ощущал себя не готовым к задачам такого масштаба. Но одновременно осознавал, что деваться некуда – ответственность за все происходящее в Империи лежит на нем. Так уж вышло. Значит, нужно начинать действовать, время ожидания закончилось.