Чтение онлайн

— Ты нас слышишь?

Очуметь!

— Я вас слышу?

Я смотрю на Ингу. Спрашиваю её:

— Инга, ты их слышишь?

Девчонка растеряно качает головой. Точно не врёт, по глазам вижу. Она сама в ахуе от происходящего. Любопытно! Получается, что Ал тоже обладает этой способностью. Ну, хорошо. Хорошо!

Вдох…

Выдох…

Теперь осталось объясниться с крысками, и идти на дело.

— Крыски, — говорю я, заглядывая в их крохотные чёрные глазки, — это я! Ну… как сказать…

— Кто ты?

Я присаживаюсь на колено. Наклоняюсь. Шепчу им в крохотные волосатые ушки, как бы по мудцки это не выглядело.

— Короче, это я вам помог сбежать из барака. Это у меня с вами договор. Понимаете?

Мне не поверили. Крыски обернулись в сторону Инги, и попросили её дать объяснения сложившейся ситуации. Но, как и предполагалось, ответа они не получили. Никакого.

— Не слышит она вас. Не знаю, как это объяснить. Но это факт.

Пара крысиных глазок, похожих на крохотный бисер, впились в меня, требуя немедленного разъяснения.

— Я не могу объяснить, как так получилось. Но хочу спросить: мы идём в «Швею»? Как вы можете видеть, теперь для меня… для нас это не составит труда.

Переглянувшись, крыски сказали:

— Так ты это имел, когда затирал нам про свой «план»?

— Да.

— Но как… как ты стал… мужчиной?

— Долго рассказывать. Быстрее сходить на разведку, вернуться, и вернуть всё как было. Кстати, теперь даже будет всё проще. Зачем нам разведка? С вами мы окунемся в самую гущу! Порешаем всё на месте! Идёт?

— Идёт.

Встав с колена, я ненароком взглянул на Ингу. Мне действительно стало её жалко. Она смотрела на меня как маленькая девочка, уронившая мороженое в грязную лужу. Как голодный щенок, учуявший в моих руках горячую шаурму. Как замёрзший бродяга, увидевший в моём пластиковом пакете бутылку вискаря. Всех жалко, но всем не помочь. Потерпите, всё закончится, рано или поздно. Я подхожу к Инге. Сажусь рядом. Моя ладонь, теперь уже мужская, покрытая бледными мозолями, шершавая, с синяком под ногтем на указательном пальце, нежно поглаживает женские волосы. Отирает пот со лба. И запихивает платок обратно в рот.

На дело собрались быстро. Меч оставил под кроватью, незачем бродить по улицам с такой елдой. Надел свежую рубашку, а старой отёр тело от пота и грязи. Накинул сандалии, штаны. Крыски разместились в привычном для месте — за пазухой, приятно щекоча меня своей шёрсткой.

Ну что, погнали!

Выхожу на улицу. Оглядываюсь. Необходимо быть уверенным в то, что Инга своими воплями не привлекла внимания соседей. Всё чисто. Ни одна ставня не скрипнула, ни единая дверь не хлопнула при моём появлении на пороге дома. Можно двигать.

Шум просыпающейся деревни быстро нарастал с каждой секундой. Крик петуха разносился на всю улицу, долетев до меня от самого забора. Окружающий воздух гудел похлеще моей головы, но прохладный ветерок быстро сгладил нарастающий порыв опорожнить взбунтовавшийся желудок.

Пойду напрямик. Еще не хватало мне, чтобы смрад подзаборной жизни спровоцировал мой организм на все различные курьёзы. Хватит с меня. Хочу почувствовать себя белым человек, не бегущим от правосудия, или от тяжёлой жизни. Сегодня всё по кайфу. Погодка — заебись! Повезёт, если не пророню ни единой капли пота.

Трачу на дорогу минут десять. Прохожу вдоль высокого забора «Швеи». Дохожу до угла, и тут меня накрывает. Всё происходящее напоминает какой-то шпионский фильм. Круто, конечно! Но только я не актёр, да и не супершпион. И на что подписался — даже не представляю. Однозначно только одно — заднюю давать поздно, слишком далеко зашёл.

Выглянув из-за угла, вижу всё тех же двух охранников. Две откормленные громилы, эти две коричневые какахи так и продолжают прохлаждаться в тени козырька. Сердце заколотилось как задняя лапа собаки во сне.

Вдох-выдох. Всё будет хорошо. Но меч надо было взять, бля.

— Крыски, в чём заключается моя миссия?

— Сейчас — это попасть внутрь.

— Ну, допустим, я попал. Что дальше?

— Мы не знаем…

— Что?!

— Мы ни разу там не были!

Ну что тут сказать…

— Пиздец!

Желание вернуться домой и взять меч многократно возросло. Взлетело до небес. Я уж было отчаялся, но тут меня неожиданно взбодрили, вяло, но хоть так.

— Поверь, — говорят крыски, — когда мы окажемся внутри, мы всё разузнаем. Ты только впусти нас. Ты пойдёшь заниматься своими делами, мы — своими.

— То есть, мне придётся работать?

— Да.

— С похмелья?

— Да.

— С раскалывающейся головой?

— Да.

Непостижимо. И зачем я на это подписался?! Чем я думал… А, да… тем самым местом и думал. Хорошо, взялся делать — делай, нехуй увиливать от мозолистых дел.

Чешу к воротам, медленно, уставившись на хмурые лица охранников. За пару метров тот, что с лицом морской свинки, тот, кого я быстро поставил на место, завидев меня сразу же заулыбался. Вышел из тени.

— Алеш, — затянул он, — опять выливал горшки за всей семьёй? — Чистых вещей не смог отыскать? Нет? А что у соседей не попросил? — и ржут в две ряхи. Кожаные доспехи шуршат при каждом подскоке увесистых брюх.

Отлично, мой местный авторитет где-то на уровне грязных ботинок этих двух потных вахтёров. Попробуем исправить недоразумение.

— Нет, — кидаю я в ответ, — развлекался с подружкой всю ночь.

— Ого! Так у тебя подружка есть?

— В отличие от тебя — есть.

Охранник нахмурился еще сильнее, превратив загорелый лоб в сморщенный кусок кожи, как будто тот пробыл в воде больше часа. Кожаный доспех заскрипел, как дверца бабушкиного шкафа. Я сделал шаг в сторону калитки, но тучное тело заслонило проход.

— Не завидуй, — продолжаю я напирать, — дай пройти.

— Я тебе не верю! Ты… и с подружкой?!

Он начал наигранно посмеиваться, поглядывая на своего дружка.

— Да ты даже сисек не видел, лишь мамкину тискал и всё!

— Видел.

— У кого спросить, чтобы подтвердили?

— У своей мамки спроси.

Второй охранник хихикнул, как пёрднул.

— Ну, знаешь!

Мужик попёр на меня. Покраснел, надулся. Но подойдя вплотную, и обдав меня запахом лука и гнили, всего лишь выдавил: