Чтение онлайн

Южноафриканская золотая лихорадка поспособствовала и «крейсерской лихорадке» или гонке, кому как больше нравится. Великобритания, Германия, Франция, САСШ и КША озаботились постройкой скоростных броненосных крейсеров, способных уничтожить охранные силы конвоев и запризовать (или утопить) пароходы с грузами и авантюристами-золотоискателями. Россия, и ранее делавшая ставку на сильные океанские рейдеры оказалась впереди планеты всей с красавцами типа «Громобой» — 12000-тонными трёхтрубными исполинами выдающими до 18–19 узлов и способными держать наивысшую скорость до двенадцати часов кряду. Вооружённые дюжиной обуховских восьмидюймовок «Громобои» (плюс 20 трёхдюймовых орудий) считались повелителями океанских просторов. Долгое время Великобритания предпочитала строить небольшие бронепалубники в 3–5 тысяч тонн, способные к несению службы в колониях и в качестве стационаров. Но как только Трансвааль стал «золотым» лорды в Адмиралтействе вытащили из-под сукна проект «Дубль-Дредноута» — океанского 15-тысячника с четырьмя орудиями в десять дюймов способного выжимать 20 узлов.

Конфедераты как раз вели с Россией переговоры о покупке двух крейсеров типа «Громобой», но после заявленных характеристик британских рейдеров поубавили активность, что цесаревича, курирующего данный вопрос, весьма озаботило — в Константинополь-Босфорский уже ушла телеграмма о скором поступлении денег от КША. Да чёрт бы с ними с «плантаторами», тут Польша в который уж раз вознамерилась стать морской державой и потребовала «кусок Мадагаскара», дескать начинали паны вместе с графом Востоковым мальгашей к ногтю прижимать, а потом граф скакнул в островные короли, а доблестные шляхтичи вернулись на Балтику и в итоге остались «без портов без гаваней». Пока такая претензия была озвучена лишь в частной беседе двух кузенов и великий князь посоветовал «его ляшскому величеству» договориться с итальянцами и заполучить частичку Триполитании, для построения военно-морской базы. Немцы хоть и считают поляков провокаторами и разжигателями европейской войны, ни за что не рискнут послать эскадру в Средиземное море дабы в зародыше уничтожить польский военный флот. А вот выход к Балтике, тут уже серьёзно, Германия не поступится ни пядью Пруссии! Только большая война, только разгром тевтонских полчищ вернёт полякам «их» Гданьск-Данциг и остальное побережье.

Но пока великим державам не до выяснения отношений — посылка экспедиционных корпусов в Трансвааль и вытеснение «неорганизованных старателей» в приоритете. Оттого и возникла нужда в больших океанских крейсерах, оттого и газетчики более не обличают коварство соседних государств, а красочно расписывают все преимущества владения колониями на чёрном континенте, где лопатой махни и на глубине пары штыков непременно отыщутся залежи алмазов, опалов и золотых самородков, не говоря уже о серебре, которое вообще никому не нужно.

Король Бельгии Леопольд Второй совсем уже было «договорился» с великими державами о контроле над Конго, но едва золотая лихорадка вспыхнула в Трансваале, предприимчивому бельгийскому монарху в категорической форме предложили убраться из знойной и жаркой Африки во избежание большой войны. Причём «выпинывали» Леопольда с чёрного континента одновременно и Франция и Германия и Великобритания. Александр представлял Российскую империю на двух «африканских» Берлинских конференциях в 1884 и 1885 годах, давших миру «принцип эффективной оккупации». Александр, понятное дело все шаги сверял с директивами грозного отца, вновь «затворившегося» в Царском Селе и сдал Конго и Леопольда, как говорится «с потрохами». Зато золотоносные участки в Трансваале, загодя выкупленные доверенными лицами графа Востокова (читай императора Константина) все остались за Россией.

В 1885 году практически весь Балтийский флот передислоцировался в Средиземное море, столицу империи охраняли миноносцы, две бригады высотных бомбардировочных дирижаблей и малые подводные лодки, наиболее приспособленные к плаванию и погружениям на балтийском мелководье. Неожиданно Россия получила огромаднейший бонус— изрядное количество больших океанских пароходов, ранее занятых на перевозке колонистов в заокеанские губернии приходилось выводить в резерв, поток переселенцев в разы снизился, а производство в Русской Калифорнии своё налажено, везти через Атлантику топоры, чугунки и гвозди более не требуется.

Однако продать часть торгового флота, пусть даже и самые «пожилые» суда Константин Николаевич категорически запретил. Хотят немцы, французы или даже венгры с поляками отправиться в Южную Африку, счастье попытать упражняясь с лопатой — пускай берут в аренду российские пароходы. Хоть на один рейс, хоть на полгода (предельный срок контракта рекомендованный офицерами из мобилизационного управления Генерального Штаба) но оплата только вперёд!

И ведь, как любил повторять государь: «пошёл процесс»! Даже гордые британцы для переброски из Индии двух пехотных полков и десяти тысяч работников на прииски, арендовали три океанских лайнера типа «Выборг-2», что уж говорить о немцах и итальянцах.

— Любимый, ты как будто и со мной и не со мной! — Мария Семёновна недовольно поджала губы, — хоть четверть часа не думай о делах! Приищи толковых помощников, в России достаточно образованной молодёжи! Или попросись вместо Николая в Константинополь-Тихоокеанский, не смейся, я справлялась у подруги, помнишь Танечку Борисову, там чиновники с самого низа ответственны и расторопны, делают сами всю работу а наместник князь Репнин лишь наблюдают и выступает верховным арбитром! Посмотри в зеркало, ещё год-два в Петербурге и ты станешь на вид старше отца!

Наследник российского престола лишь сильнее обнял супругу и нежно поцеловал в «заветное место» — за правым ушком. Эх, Маша-Машенька, лишь три человека знают величайший секрет Российской империи, — младшего сына, учёного умника Николая Константиновича, долгие годы «штаны протиравшего» в лабораториях Московского университета император отправляет за океан не просто так. Предстоит Николаю унаследовать Русскую Америку и по смерти отца (дай бог не скорой, сам самодержец обещал сыновьям «проскрипеть» минимум до 1907 года) стать независимым монархом, ибо огромная держава более склонна к распаду и потрясениям. Да и случись мировая или большая европейская война, нейтральный статус Русской Америки может оказаться более выгодным нежели чем прямое участие в боевых действиях.

Николай несмотря на «учёность» в производстве маленьких Романовых преуспел куда больше старших братьев — три сына и две дочери у «без пяти минут царя Русской Америки», запросто можно новую династию начинать. А если держать в уме пусть и не скорое, но неизбежное прорытие Панамского канала «две России» предпочтительнее одной большой, открывается простор для политических комбинаций.

«Стратегические размышления» Александра Константиновича в очередной раз прервала супруга, начавшая бесцеремонно расстёгивать на великом князе рубашку.

— Раздразнил и в кусты? Фигушки! Сашка, немедленно идём в спальню!

— Машенька. Тебе же нельзя.

— Кто такую чушь сказал?

— Как кто, доктор.

— Если очень хочется, то можно! Вот что доктор сказал! И не вздумай увиливать, я не бюджетная роспись, могу и покусать…

Капитан первого ранга Демидов Александр Дмитриевич подумывал выйти в отставку. В самом деле — 48 годочков, а адмиральские перспективы как-то не вырисовываются. И некого винить в «зажиме» карьеры, сам выбрал путь такой, спокойная служба при губернаторе Русского Орегона, затем перевод в Русский Вашингтон, любимая жена, семья, дети.

Обожал бравый моряк супругу, по сию пору страсть как в романах, хотя Марфе уже сорок пять, восьмерых родила и вырастила, а всё такая же как при первой встрече — стройная, взглядом наповал разящая.

Строгий и взыскательный начальник на службе, дома каперанг исполнял команды дражайшей половины словно юный гардемарин, хотя уже средние сыновья в сей чин вышли, а старший, Сергей, в честь наместника Образцова Сергея Вениаминовича названный, уже лейтенант! Со старшим и полдничал заместитель губернатора Русского Вашингтона, разбавляя разговор дегустацией вина, переданного с оказией из Константинополя-Тихоокеанского давним сослуживцем еще по эскадре Истомина, отставным кавторангом Егором Трубниковым.