Чтение онлайн

"А может и накачали..." - Задумчиво протянул Голос, а дальше я принялся усиленно дышать, вентилируя легкие, мотать головой, хлопать ресницами и хрустеть суставами, старательно пробиваясь через волны сонливости, что пронизывали всю белую комнатку с шерстяными и хитиновыми приборами.

Уже вовсю орал дурниной кошкоподобный пульсометр, а дверь, за которой незаметно скрылась Великая все не открывалась и не открывалась, загоняя все глубже в отчаяние.

А ведь искренне хотелось верить в то, что хотя бы пауки, в отличии от людей, более честны.

Последним усилием повернулся на бок и слетел с кроватки на холодный и неуютный, каменный пол.

Зашуганный кот заткнулся, поваленный столик с грохотом поехал к стене, получив от меня босой ногой.

Было больно, но пугающую сонливость как рукой сняло!

Конечно, через пару деньков я буду выть и скулить, но пока разбитый большой палец левой, задней, ноги, гарантировал мне маленький иммунитет к распыленному в воздухе феромону сна.

А может и не феромону вовсе, а обычному сонному газу, что, на мой взгляд, было ближе к правде.

Я ведь и в первом своем мире на многие газы\лекарства реагировал своеобразно.

И "слезка" меня не брала, что бесило сержанта, и демидрол, гм, напАру с супрастином, вызывали специфическую реакцию, от которой я то прыгал по потолкам и без пауканьего вмешательство, а то изощеренно общался стихами, импровизируя на ходу.

Говорят, это последствия какого-то старого, еще советского экспериментального антибиотика, который мне вкололи в младенчестве, не заметив, что срок годности у него прошел в конце шестидесятых.

Врут, заразы.

Это только в Голливудских фильмах можно стать супергероем от советских медикаментов, пауков и упавших спутников времен холодной войны. На деле же, кроме смерти, причем, чаще всего совершенно не быстрой и зачастую совсем НЕ безболезненной - ничего вы не получите!

Я упорно полз к двери, понимая, что вряд ли за ней меня ждет прекрасное далеко, уж скорее - что-то ужасное и очень близкое, но тянулся и тянулся, пытаясь понять, почему дверь не приближается, почему пол из холодного и каменного, внезапно стал деревянным и плохо покрашенным ужасно вонючей коричневой краской, почему мне совсем не хочется спать, а мир сжался до размера спичечного коробка с салатно-зелеными стенами и беленым потолком в сеточке трещин.

"Еще миг, еще шаг..." - Убалтывал я себя самого и, параллельно, пытался понять, что именно я делаю не так.

Зеркало портала, что раскрылось подо мной в следующий момент, вело в какую-то тихую и уютную квартирку, явно женскую, но без того нарочитого женского духа, от которого хочется повесится на свисающей до пола, тюле.

Точнее, на " свисающем до пола, тюле", потому как слово "тюль" - мужского рода, потому как название ткани пошло от названия города Тюль, который был и есть мужского рода...

Отмахнувшись от дурацких мыслей, снова не вовремя пробившихся в мою, вечно больную голову, стянул свисающий с кровати плед, обмотал его вокруг бедер и поспешил открыть очередной портал - вряд ли хозяйка кукольной квартирки будет рада голому мужику, возникшему на ее чистеньком коврике из ниоткуда...

А так - то ли сперли покрывалко, то ли в стирку отдала...

Я сделал шаг в портал и ругнулся - в этот раз меня вынесло в аккурат на переходную площадку, откуда пауканы стартуют в родной мир через месяц-другой, а пока тут сновали жуки-строители, пауки-СКС-ники и белокрылые стрекозы-охранницы.

Почесав затылок и проверив узел на пузе, поднял вверх руки, привлекая внимание охранниц и давая понять, что я совершенно мирный, просто попавший не в то время и место.

Плотненько зафиксировав меня в нежнейшую паутину, две стрекозы, блестя синевато-зелеными крыльями помчались относить меня "куда следует", пока я не натворил еще какой херни, а то с меня станется.

Меня несли, а я крутил головой по сторонам, пытаясь понять странную несуразицу...

Стрекозы, вроде, были нормальными.

Строители - тоже.

Тянущие из жопы кабели - тоже.

По отдельности - все нормально.

А в сумме получается странное состояние "не того".

Зажмурившись, ущипнул себя за запястье и, на всякий случай, за мочку уха.

Реальность зашипела, обожгла болью и погрозила сверху пальчиком, намекая, что так делать больше нельзя, а то будет ата-та, а когда жопа прикрыта единственным ворованным пледиком - "ата-та" будет очень болезненным!

Через пару минут, стрекозочки взмыли к невидимым мной небесам, заложили плавный вираж и нырнули в следующий тоннель.

"Тоннель?!"

Усталый разум зацепился за каменную стенку, судя по всему - проплавленную в горной породе и принялся считать варианты.

Судя по рассказам Младшей, тоннели пауканы использовали не часто, очень не часто. Да и температурная обработка камня, даже в магической школе, это долго и энергозатратно.

И уж точно пауканы не будут делать расточительно огроменный тоннель квадратного сечения!

После поворота, с одной из стен тоннеля на меня с укоризной посмотрела Николь, но быстро осталась позади.

"Интересно, а во что же я, все-таки, вляпался-то?"

– Мадам! Мадам!
– Николь уже сама была не рада, что завела с паучихой этот разговор.
– Никто не хочет сказать, что Вы в чем-то виновны! Особенно - ВЫ! Надо же просто всем сесть и успокоиться...

На слове "успокоиться" фыркнула не только Мадам, но и тетя Люба, и Марушка, и даже Мара, что демонстрировала завидное самообладание... Вот все три с половиной часа и демонстрировала, до этого самого момента.

– Николь!
– Ратси тяжело вздохнула.
– Папа четко написал: ""Учитывая, что ни одна из семей никогда не имела пространственных магий, следует понимать, что в связке есть еще одна персона..."" Мару можно вычеркнуть - у нее нет никаких вообще данных, ее энергетически кастрировали, гм, стерилизовали и все, чем она может оперировать это собственный опыт и логика. Мы с тобой - относимся к "семьям" и... Сама понимаешь, пролетаем. Марушка - лекарь, а "лекарство" и "пространство" между собой не совместимы, точнее - они антагонисты. Так что и с Марушкой, тоже мимо. Остается тетя Люба, тьфу, госпожа Омирра Ладдой, Мадам Парузз и еще полторы сотни студенток, что хоть как-то, с натяжкой, могут называться пространственниками...