Чтение онлайн

– Управление?!. А как же пакт «Доброй воли»?

Роман издевался. Согласно пакту, заключённому между Союзом и Альянсом в Багдаде по окончании войны, всякого рода разведподразделения государственного уровня упразднялись. Формальность чистейшей воды, глупость даже, если вдуматься. Но после ужасов бойни с миллионными жертвами делегаты готовы были прописать в пакт что угодно, хоть чёрта с рогами, лишь бы на миллиметр, но отодвинуть мир от выжженной радиоактивной черты.

– И, кстати, – опомнился Роман, – почему это «первый» сигнал? У вас их что, было много?

Ответь он сразу, это был бы не Бёрд. Командир с улыбкой выдержал тягучую паузу.

– Я говорю не о сигналах с челноков «Кондора».

– Чего? «Кондора»? Вы дали название угнанному грузовику? И, погоди-ка, что значит «не с челноков».

– Если послушаешь, я даже договорить успею, Роман Викторович!

Они почти уже спустились на уровень крон – метров тридцать, тридцать пять от поверхности Ясной. Сумерки уплотнялись – Иван, шедший до этого чуть впереди, замедлил шаг и вклинился меж двух «Ос». На плечах экзотел вскоре вспыхнули мощные осветители. Температура плавно опускалась.

– Мы давно работали над Ординатором, – начал Бёрд. – Думаю, не удивлю, рассказав об этом: во время войны с вашей стороны были и пленные, и перебежчики. Женщины, я имею в виду. Психосерверы. С ними мы и сотрудничали, но уже после Багдада. Изучали работу их мозга, принципы размещения Ординатора.

– Преуспели?

– Не совсем, – равнодушно ответил Бёрд. – Зато получили сигналы. В опытах участвовали люди с болезнью Альцгеймера, и…

– Какое отношение они имеют к Ординатору и психосерверам?

– Косвенное, больше не скажу. Так вот, часть подопытных начала принимать сигналы. Сначала это были… описания. Многое списали на бред от препаратов и трепанации, на последствия от вживления чипов. Но. Нам помогла Людмила Джейсон.

– Перебежчица? Надеюсь, фамилия ей не тёрла ухо.

– Пленная. Реабилитирована в сорок девятом, вышла замуж, получила гражданство, родила двух детей, защитила кандидатскую, в прошлом году умерла от Q-рака в тихом местечке на юге штата Мэн. Людмила была на Церере-3 до войны. И навела нас на мысль, что многое из «бреда» подопечных – своеобразное, но достоверное описание космической техники Союза. Да, мы видели эту технику сами, – предупредил очередной вопрос-издёвку Майкл, – но все же допускают ошибки, верно? Тогда нам важнее было быстро навести с Ясной собственные мосты, а не развинчивать скрупулёзно «Герольд». Отчёт ведь по ней оказался весьма… Сам же знаешь, что конкретно было в отчёте по Ясной. А, Роман Викторович?

– Контакт второй степени, – сухо ответил майор.

– Они видели их! Скорее всего, это были белотелые. Альянс уже не мог оставаться в стороне. Мы решили перестраховаться и отправили сюда, на Ясную, уникальную машину. Объект Ноль, Роман Викторович. Творенье гения Алана Макленнора!

– Выходит, Трипольскому ты врал?

– Люди врут, когда того требуют их интересы, разве нет? Это нормально. Вру и я. Я ведь тоже… человек.

– Холодно... – пробубнил Иванов, плотнее кутаясь в китель.

Майкл вытянул из лебёдки на плече Романа трос, Иван впотьмах нашёл на нём подвижный карабин и прицепил его к собственному поясу. Второй конец щёлкнул на проушине на спине экзотела Бёрда.

Они входили в лес. Линия построенного маршрута твердила, что наиболее опасный участок длиною всего два с небольшим километра – дальше уже открытая местность и колония.

– Так вот. Поначалу сигналы представляли собой несвязные обрывки. Но спустя год, один из подопечных начал вещать. Неизвестно, как это ему удалось. Полагаю, тут принцип похожий на Ординатора вместе со спутанностью. Объект Ноль, находясь на Ясной, вышел с нами на связь через одного из страдавших болезнью Альцгеймера, подключённого к аппаратуре.

– Это же невозможно, Майкл. Прямое воздействие на спутанные частицы…

– Я помню определение феномена Антонова, Роман Викторович. Но я говорю как есть. Человек, страдающий болезнью Альцгеймера, передавал нам информацию с Ясной, и было предельно понятно, что посылал её Объект Ноль. Он же включил для нас квантовые маяки челнока, на котором прибыл сам. Но… случилось то, что случилось. Результат ты видел.

– Те люди, сгоревшие в капсулах?..

– Это были мои люди, Роман Викторович. Я знал каждого. Со многими дружил. Мы не смогли повторить «прыжок». Поэтому обратились к вам. Поэтому я здесь.

– И поэтому здесь Милош. Нам её тоже навязали. Как и Ганича.

– Милослава – наш продукт. Но Михайлов – нет.

– Как же! И он ваш… продукт! – с долей презрения хмыкнул Роман. – Он же был двойным агентом!

– Говорю тебе – не мы отправили его сюда. Но я намерен выяснить кто. Ты же слышал его исповедь? Бред про какой-то там шанс, который он якобы дал Ясной… Про Слово. Хм, Джессика ведь тоже говорила про какое-то Слово... Что ты об этом думаешь?

– Что стоит как минимум попытаться. От лица Джессики с нами говорила Кислых. Если… верить Ординатору. Да, у нас хренова куча причин разочароваться в нём. Тем более – у меня. Но…

– Оглянись. Эта планета – одно сплошное «но»! – перебил Бёрд. – И я вот что тебе…

Датчики движения заверещали, и Роман остановил Ивана, положив тому руку на плечо. Фонари разом погасли, кромешная тьма ночного леса окутала их мгновенно. Если Карина и вправду «смеялась» ради эхолокации, то смысла в этом было мало. С другой стороны, Роберт точно заметил: она отлично реагирует на свет.

Лишь единожды после этого они услышали «обезьяний гомон». И было неясно – то ли это Карина удалялась, то ли они не могли заставить себя не прислушиваться. Датчики молчали. Последний раз цель быстро двигалась перпендикулярно их маршруту в ста метрах.

– Ч-чертовски холодно…

– Её нам очень не хватало… – вздохнул американец.

– Двинули!..

Полностью полагаясь на визоры с ночным режимом, космопроходцы зашагали дальше. Одна винтовка на троих бдела в густую темень.

– Тогда почему он напал на нас?..
– в такой ситуации лучше говорить. Так больше шансов расслышать тварь.

Бёрд ответил не сразу. Словно ждал чего-то, чтобы не отвечать на неудобный вопрос.

– Я не знаю. Видимо, он хочет нам показать что-то. Привести нас куда-то.

– Хорошо показал: ключица, сотрясение, пару гематом с мяч размером! Видать, Буров понимать не хотел. И выдранный блок коммуникации. Нежный малый. Вы его с интеллектом ребёнка сварганили?

До опушки оставалось не более полукилометра. Датчики молчали.

– Слушай, Роман Викторович, я, как и ты, не видел его ни разу. Моя задача выйти с ним на контакт и вернуть на Землю. Не вникать в его мотивы, не пытаться понять его.

Командир вдруг остро ощутил, как укол иголкой в спину – врёт. Последняя фраза с головой выдала Бёрда, голос американца чуть дрогнул, как если бы он отрекался от самого себя, от сути своей, не очень умело маскируя чувства. Возможно, это была просто напускная бравада, пыль в глаза.