Чтение онлайн

— Это ещё что такое? — сделала стойку майри, явно думая о чём-то неприличном.

А я — лох. Взял да и ляпнул название, которого здесь нет.

— Заморское изобретение. Очень помогает при плохой погоде. Это горячее вино со специями. Его даже целители рекомендуют пить в холода, — довольно умело вывернулся я, скрывая досадную оплошность.

— А, знаю. У нас на острове тоже такое есть, правда называется по-другому.

— О! Можно будет сравнить, а заодно и рецептами обменяться. И ты только представь, сидишь ты у меня на коленях, с бокалом в руке…

— Почему на коленях?

— Так лечь-то там негде будет. Поэтому мы по-походному. Посажу тебя сверху, и пусть нас трясёт на бездорожье. Эта тряска только во благо пойдёт. Ты же не просто так на меня усядешься.

— Ой! — запунцовела майри лицом, словно юная девушка, — Тогда фиакр нужен. Он поменьше кареты. Там вчетвером, и то тесновато будет. Но зато ехать можно будет быстро.

— А теперь представь себе, что я в них не разбираюсь. Нет, я могу, конечно же, озадачить администратора гостиницы и он что-то всё равно найдёт, но насколько хорошей выйдет дорога до дома?

— Я попробую решить твой вопрос прямо сегодня. Только ответь мне — тебя не смутит, если лошадьми будет управлять майри?

— Кто-то из вас?

— Конечно нет! У нас в столице есть своё представительство. При нём целый каретный парк имеется, на случай визита высокородных. Так что, может нам что-то и подберут, если попросить.

— Надеюсь, выйдет не слишком дорого?

— Этот вопрос ты мог бы и не задавать, — отрезала майри таким тоном, как будто я сказал какую-то глупость.

Нет, ну на самом деле… Мы же не родственники, чтобы оказывать друг другу бесплатные услуги.

Или я всё-таки чего-то недопонимаю?

Глава 7

После второй премьеры нам торжественно вручили конверты.

Награждённых оказалось неожиданно много.

Всё руководство театра и ведущие артисты.

В моём конверте лежал вексель банка на три тысячи золотых. Очень неплохо! Сколько перепало директору и режиссёру, я не знаю, но судя по их лицам, немало.

Тем неожиданней было продолжение вечера. Артисты на радостях прилично набрались. Приглашённые гости требовали от них рассказов про жизнь театра, а потом и до меня дошла очередь. Я решил начать с анекдота про театр:

— Муж говорит жене:

— Я купил билеты в театр.

— Ух ты, здорово! Я уже начинаю собираться!!

— Правильно делаешь! Надо успеть! Премьера состоится уже завтра!

Первым начали улыбаться директор театра и Император, а потом и до остальных дошло. Мне даже робко похлопали.

Не привычен ещё этот мир к формату коротких шуток. Но ничего страшного. Будем переучивать.

— Ларри, очень неплохая острота, а можешь что-то ещё? — спросил директор, получив одобрительный кивок государя.

— В оперный театр приходит молодая певица:

— Скажите, где у вас тут находится диван, на котором голоса проверяют? — выдал я ещё один анекдотец из своего мира.

На этот раз смеялись гораздо сильней. Необычно было видеть, что даже женщины вовсю улыбались, а то и открыто хохотали. Так-то анекдот пошловатый. После некоторого обдумывания, я понял, что они, вероятно, не слишком-то симпатизировали симпатичным дивам из театров. Конечно же, эти певички были искусными и изысканными, но видимо, женщины ощущали в них конкуренток. Может быть, их собственное чувство соперничества пробуждалось при виде таких утонченных и красивых артисток, сбивая их с традиционных ролей женщин из высшего общества.

— Ах, Ларри, а вы ещё тот шутник, — шлёпнула меня веером по руке миловидная и очень ухоженная дама, выглядевшая чуть старше тридцатки, — Я хотела поблагодарить вас за подарок, но после первой шутки решила обидеться. Однако вторая была хороша. Считайте, что вы сумели вернуть моё расположение.

На этом дама своё общение посчитала достаточным и удалилась вслед за свитой к столам.

— Ларри, ты с ней знаком? — негромко и напряжённо спросил у меня режиссёр, невольно став свидетелем разговора.

— Видимо, да. А кто это? — выдал я крайне непоследовательный ответ.

— Лэра Кирана Румвель. Жена Главного Инквизитора Империи, — благоговейно произнёс мой собеседник, умудрившись словами выдать своё отношение и почтение к столь важной особе.

Каждое он произнёс так, что их все надо было писать с большой буквы.

— А-а. Тогда, конечно знаком, но заочно. Мы с ней подарками время от времени обмениваемся, — согласно кивнул я головой.

— Лэра Кирана Румвель! Это имя звучит с особым блеском и олицетворяет множество значений. Величие, сила, власть — все эти понятия тесно переплетаются, образуя образ жены Главного Инквизитора Империи. Ее присутствие вызывает недосягаемое благоговение у тех, кто имеет счастье находиться рядом с ней. Вечно стройная и обворожительно прекрасная, лэра притягивает внимание всех вокруг себя. Она не просто супруга Главного Инквизитора, она его душа. Такая женщина создана для захватывающего разговора и утонченной элегантности, она может быть искренне чарующей, и в то же время суровой и непреклонной. Но не только внешняя привлекательность делает ее такой выдающейся личностью. Лэра обладает редким талантом — любить. Ее сердце полно сострадания и милосердия, которые она щедро делит с окружающими. В каждом слове, в каждом жесте присутствует забота о ближних и стремление сделать этот мир лучше, — чуть ли ни на одном дыхании выдал режиссёр натуральный любовный панегирик, однако не преступив ту черту, когда это уже стало бы неприличным.

— Хм, и это я вам должен писать пьесы? Да вы сами любого писателя за пояс заткнёте, — выдал я комплимент мужику, с трудом отойдя от изумления.

— Увы мне, — вошёл режиссёр в роль, — Попытки были, и далеко не одна. Первый рассказ я написал в пятнадцать лет. Потом попробовал написать роман и две пьесы. Но они не заинтересовали издателей, а те люди, мнению которых я доверяю, отозвались очень сдержанно. Не высоко оценили итоги моего творчества. Я силён в деталях, а во всём остальном откровенно слаб.

— Зато из нас двоих в итоге получился замечательный тандем. Вы дополняете мои тексты своим видением мельчайших деталей, а это крайне важно, — полил я елей на израненную душу творческой личности, которому хватило всего пары-тройки бокалов вина, чтобы стать чрезмерно разговорчивым, а то и вовсе болтливым.

— Что есть, то есть, — расправил плечи режиссёр, постаравшись выглядеть этаким орлом, — Две премьеры, и обе, чудо как хороши! Если это не успех, то скажите мне, каким он должен быть!

Пафосного пьяненького режиссёра я вскоре покинул, иначе бы он крепко присел мне на уши.

Чисто по-человечески я его могут понять. Столько волнений перенёс, может он даже про еду сегодня забыл, а теперь отпустило, да ещё и вино в голову ударило, вот спьяну и болтает без умолку, как сорока.

— Ларри, какие планы на вечер? — очень по-свойски поинтересовался у меня директор театра.

— Как раз хотел у вас поинтересоваться, когда будет удобно откланяться. Признаюсь, устал. Опять же волнение даром не прошло, — изрядно приукрасил я действительность.