Чтение онлайн

— Если был лаз, значит, кто-то должен хорошо знать устройство брига, — задумался Михель. — Вероятно, этот короб заделали при переделке корабля, а шкаф был поставлен там не просто так. Может, запасной выход в случае нападения…

— Возьмешься за это дело с утра, — приказал я. — Найди мне ублюдка, который провел наемника на корабль.

— Сделаю. Как рана?

— Все в порядке, жить буду. Пойду-ка, все же прилягу. Голова кружится.

— Я поставлю для охраны человека в твоей каюте, пока ты отдыхаешь. И снаружи еще парочку, — безапелляционно заявил дон Ансело, за что получил благодарственный хлопок по плечу.

Побудка сегодня была ранней. Белесые космы тумана обволакивали влажные борта кораблей, поднимались вверх до самых верхушек мачт. Вокруг все было сыро: такелаж, леера, надстройки, ванты. Поеживаясь от холодка, пираты с ворчанием перебирали босыми ногами по палубе, а боцман Паук Брайм свирепо вращал глазами и тычками своих огромных кулаков пытался выровнять строй.

Я вместе с Паскалем и доном Ансело спокойно стояли возле тела убитого мною наемника, прикрытого куском парусины, и ждали, когда установится тишина. Пираты с любопытством и настороженностью глядели на нас, еще не понимая, зачем понадобилось всех выгонять наверх и устраивать какой-то смотр.

— Хватит языками чесать, медузы! — не выдержал Паскаль. — Заткнули свои поганые рты и слушайте внимательно! Сегодня ночью командора пытались убить… Тихо, я сказал! Какой-то ублюдок прокрался по вентиляционному коробу из матросского трюма в каюту капитана и спрятался в шкафу. Но мы же все знаем, что Игнат — удачливый фрайман, ему покровительствует Кракен, а эта крыса не знала!

Пираты загудели от услышанного, строй дрогнул и подался вперед, но Паук Брайм во всю мощь своих легких свистнул в дудку, призывая к порядку. Я внимательно разглядывал лица своих матросов, пытаясь найти в них хоть малейший намек на предательство. Да, многим я не нравился, чего скрывать. Но большая часть экипажа все-таки качнулась в мою сторону из-за шлейфа славы и удачи, тянущегося за мной с Инсильвады. Удача как капризная девка, ее всегда нужно держать за хвост, иначе познаешь все прелести падения в пропасть забвения.

— Я хочу знать, кто помог этому куску мяса проникнуть на «Тиру» и спрятаться в вашем кубрике! Среди вас есть крыса, и я намерен ее поймать!

Он наклонился и сдернул парусину с тела. Пираты снова заволновались, жадно вглядываясь в лицо лежащего.

— Кто помог ему? И как зовут эту падаль? — повторил вопрос Паскаль и пихнул носком сапога безжизненно лежащую руку.

В ответ было молчание. Никому не хотелось навлечь на себя гнев командора и подшкипера. Назвав имя, человек автоматически признавался в преступлении.

— Хорошо, будем стоять до тех пор, пока не скажете имя, — кивнул помощник. — Без завтрака, обеда, ужина. Кок, ты меня понял?

— Да, подшкипер, — угрюмо бросил упитанный пожилой бритоголовый пират в потрепанной куртке. — Но я его впервые вижу.

— Не поверю, что никто ни разу не встречал его на Керми, — скривился Паскаль. — Боитесь? Хорошо, будем стоять.

Пираты загудели возмущенно, но тут же откачнулись к борту. Двадцать штурмовиков с каменными лицами выстроились за моей спиной, демонстрируя решимость наказать тех, кто захочет оспорить решение командования. Свое умение резать людей они продемонстрировали при захвате галеона. А сейчас у них помимо палашей и кортиков были пистолеты, которые могли пустить в ход без раздумий.

— Рой Шейдс, — раздался голос над притихшим строем пиратов, и вперед выступил молодой светловолосый парень с жидкой рыжеватой бородкой. Расстегнутая до пояса красная рубашка демонстрировала на его груди татуировку с русалками, переплетающимися хвостами. — Это Рой Шейдс, бомбардир с «Лягушки», командор. Он с Инсильвады.

— А ты откуда его знаешь? — тут же вскинулся Паскаль. — Ты его провел на борт?

— Нет, делать мне больше нечего, — парень ухмыльнулся, как будто знал больше, чем говорил. — Другие. Я не буду указывать на них, потому что не привык сдавать людей, с которыми из одного котла ем. Пусть сами сознаются или вы их ищите.

— Что же тогда вышел, такой благородный? — я скрестил руки на груди. — То, что он с «Лягушки», мы уже знаем, но хотели проверить, насколько вы лояльны. Если сказал «а», говори дальше.

— Нет, это не в моих правилах, — парень встал в строй.

— Хорошо, — я решил действовать иначе и сделал пару шагов навстречу строю. — Даю слово командора, что не причиню вреда человеку, сознавшемуся в предательстве. Единственное наказание для него будет перевод на другой корабль.

Выдернул из ножен кортик и чиркнул по пальцу, после чего приложил к железу, обагряя его кровью.

— Достаточно моей крови для слова? — грозно спросил я.

— Зачем, командор? — удивился Пегий. — Достаточно одного слова, и без крови. Такие клятвы даются в исключительных случаях.

— Считайте, что такой случай настал, — бросил я. — Жду!

Строй дрогнул, прошелестели голоса — и навстречу мне шагнул один из абордажников с перевязанной головой. Ранение он получил при атаке на галеон.

— Несколько дней назад, когда мы стояли на Рачьем, к «Тире» подошла шлюпка с парой ребят, один из которых был он, — последовал кивок на мертвого. — В тот час я был на вахте, спросил, чего им надо. Рой Шейдс показал кошель с золотом и пообещал дать половину, если я надежно спрячу его в кубрике. Спрашиваю его, зачем это надо. Он ответил, что крупно проигрался, но не хочет расставаться с последним золотом. Поэтому хочет скрыться на некоторое время от должников. Шейдс знал, что «Тира» идет на Мофорт, и захотел на ней перебраться туда.

— И ты поверил? — Пегий скривился.

— А что? — пожал плечами абордажник. — Лишняя пригоршня чешуек не помешает. Да и жаль стало брата. Кто из нас не попадал в такие ситуации? Я же не чародей чувствовать исходящую от человека опасность.

— Но он мог расплатиться за долг, если у него были деньги, — возразил Паскаль. — Значит, самая настоящая крыса. А ты помог ей пробраться в наш дом. Ладно, Бормотун, все ясно. Если бы не слово командора — выкинул бы за борт. Где ты его прятал?

— Между переборок, — откликнулся облегченно вздохнувший Бормотун. — Я же давно на «Тире» хожу, сам лично перестройку кубриков и трюма застал. Между ними можно спокойно жить, не привлекая внимания. Я его подкармливал, ночью выпускал в гальюн.

— Как он проник в каюту капитана?

— По старой вентиляции, — подтвердил мои изыскания пират. — Вероятно, сам нашел ход наверх. Да это и несложно.

— Разойдись! — рявкнул Паскаль. — Бормотун, мое слово последнее. Как только придем на Рачий, берешь свои шмотки и валишь на берег. Я сам определю тебе службу.

— Почему ты, а не командор? — набычился Бормотун.

Пираты, начавшие расходиться, тут же остановились и загомонили, удивленные таким решением.

— Потому что Паскаль назначен временным командором флотилии, — я решил не откладывать дело в долгий ящик. — И через несколько дней вы покинете Керми под его руководством на «Фурии». Я же поведу «Тиру» в Дарсию. Поэтому сегодня вы решите, кто останется на этом корабле, а кто покинет его. Никого неволить не буду, потому что предстоит опасная дорога и нелегкая служба в логове врага.

— Так вы сдрейфили, господа фрайманы? — крикнул кто-то насмешливо. — Дарсийцы от нас позорно бежали, а вы сами хотите отдать Керми?

— Когда на горизонте появятся десятки тяжелых кораблей с сотней пушек на каждом борту и с пятью тысячами отлично обученных солдат, орать по-другому станешь? — я насмешливо прищурился, вычленяя говоруна. — Сколько нас осталось после атаки на караван? Пять вымпелов и двести человек на всю флотилию! Так что я спасаю вас, болваны, а не убегаю в страхе. Когда утихнет шторм, мы вернемся.