Чтение онлайн

– Значит, не может, - Сальвет спрыгнула с кровати и подсела к другу на солнечный подоконник. – Рассказывай. Давно ее нет? Два месяца?

Примерно тогда Сальвет впервые стала замечать за другом нехарактерное поведение. Ответ удивил.

– Полгода. Даже чуть больше, - Зефир постучался затылком по оконной раме. – Не хочу, но меня это беспокоит. И чем дальше, тем сильнее. Прости, что и тебя заставил волноваться.

– Погоди раскаиваться, за тебя еще не начинала переживать, - осадила друга Сальвет. – Жив и пока еще со стабильной крышей.

– Не уверен, что после стольких лет в Хатур она в принципе может со мной распрощаться, - невесело фыркнул Зефир, наблюдая занятную картину за окном. Перед глазами две какие-то женщины чинно прогуливались вдоль улицы, а позади них бежали мальчишки и ждали, когда очередная конфета упадет из дырявой корзинки одной из них. Свидетели безобразия лишь посмеивались, но вмешиваться не торопились.

– Давай, мы не будем проверять. Айзу говорила что-нибудь? Куда собирается, зачем?

– Ничего.

– Уверен?

– Уверен. Пытался вспомнить, говорила ли она что-то в принципе о возможных проблемах и делах. Но ничего, Сальвет. Либо хорошо темнила и не хотела беспокоить, либо что-то произошло внезапно. Она бы предупредила, если надолго пропадет. Наверное, - прислонившись лбом к стеклу, невесело заключил Зефир.

– Паршиво, - заключила Сальвет. – А ее друзья?

– Кто? – удивился Зефир, оставив без внимания собаку у дома напротив, которая пыталась ухватить очередного прохожего, но мешала слишком короткая цепь.

– Знакомые, - поправилась Сальвет, которой не хотелось играть в слова. – У Гайралуна спрашивал? И что сказал?

– Он не знает ничего. Сказал не волноваться и не лезть, что Айзу не маленькая и не слабая. Кошмары ее не сожрут, а остальными она сама с потрохами перекусит. Все знаю, Сальвет, и все равно так паршиво.

– Конечно, паршиво! – воскликнула Сальвет. – Даже представить не могу, что ты чувствуешь. И не хочу. Но это в любом случае не дело. Тебе стоило рассказать мне раньше.

– Зачем?

– Затем, что одна голова хорошо, а два солнцерожденных уже почти мираж. Ты у нее дома был?

– Был.

– Нашел что-то?

– Не искал, - каким-то удивленным голосом произнес Зефир. Отлепился, наконец, от окна окончательно и повернулся к подруге. – Сама знаешь, что Айзу сделает, если узнает, что в ее вещах копался.

– Вот пусть узнает и даст по шее. Еще добавки попросишь. Идем, - Сальвет спрыгнула с подоконника и принялась одеваться. Осмотрелась в поисках обуви.

Она успела одеться, а Зефир все так же сидел на окне. Сальвет нахмурилась, потом расслабилась и улыбнулась.

– Если хочешь, сиди здесь, я одна схожу, - коварно заключила она и направилась к двери.

– Я с тобой! – сорвался с места Зефир под веселый смех подруги. Его еще успели хлопнуть по плечу, чем только ускорили процесс покидания комнаты. Да так, что чуть поперек коридора не растянулся.

– Конечно, со мной. Куда ты денешь, Зефир?

После того, как Гайралун принял двух солнцерожденных в свою семью, они поселились в нижнем городе. Новоиспеченный отец сдержал слово и не вмешивался. Вместе они иногда собирались в Ар Олэ, когда у Гайралуна выдавалось свободное время. В такие дни за ними прибегал Салтафей, и втроем они мчались наверх. В основном общались или занимались какой-нибудь ерундой. Несколько раз в колодец сходили все вместе. Какой-то не слишком высокий уровень, который смогли потянуть вчетвером. Было весело.

Сальвет частенько отлучалась в Ша Тарэ. Когда одна, когда с Зефиром. Там же пересекались у Паркасса с Салтафеем и его парнями, закрывали колодцы. Сальвет с Зефиром могли бы работать напрямую с Боевой академией, остальным было нельзя. Поэтому такие трудности. Но никого не напрягало. Пока Сальвет не стала замечать нехарактерное поведение друга. Кто же знал, что все так серьезно.

В Нижнем Олэ у Айзу было несколько домов. У этой теневой вообще в каждом из городов находилось несколько углов, в которых она могла залечь на дно, и об этом никто бы официально не узнал. И это не считая мест, о которых известно всем желающим.

Зефир знал все такие места в Нижнем Олэ. Все, которые ему показала Айзу. Вслух он поделился, что могут быть еще, но Сальвет отмахнулась, беспечно шагая по мостовой.

– Я и половины их не знаю. Так что нам пока хватит того, что есть. Давай с самого тайного и секретного. Такого, где ты бывал…

– Реже всего? Это…

– Нет, - оборвала его Сальвет. – Не реже. А тогда, когда Айзу хотела отдохнуть. Вспоминай. Я помню только у Яблоневой улицы домик типа сарайчика. Это из тех, о которых сразу не вспомнила. Есть еще более тайное?

– Нет, наверное. Хотя. Есть одно. Комната в тупике в Зеленом квартале. Домик старый, как заброшенный. Там старуха всем заправляет. Мы были в нем несколько раз. Айзу говорила, что никого видеть не хочет, у нее отдых.

– Подойдет, с него и начнем. Веди.

Сальвет не сильно верила в успех затеи. Точнее, верила, что что-нибудь да найдут, ведь не могла такая теневая, как Айзу, просто взять и пропасть с концами. Но в том, что получится отыскать концы с первой попытки, вот в это она не верила. Ровно до тех пор, как Зефир привел ее к обозначенному тупику и домику.

– Старый, говоришь? – пробормотала Сальвет, поднимая взгляд по темным, почти что черным, стенам трехэтажного чуть покосившегося дома. Честное слово, дунь – и рассыплется все к кошмарам! – А он не того?..

– Внутри получше будет. Немного, - добавил Зефир, шагая чуть впереди. – Не бойся, на голову не упадет.

– Уверен? – без особого доверия поинтересовалась Сальвет. Мурашки по коже от скрипа ступенек. «Твоей пробитой башке» до такого сервиса, как до конца колодца на Большой Охоте!

– Айзу сказала, что бояться нечего, - легкомысленно пожал плечами Зефир, толкнул массивную и кривую дверь не без усилия.

Очередной скрип и новая стайка мурашек у загривка. Внутри дом оказался темным, серым и пыльным. На кресле-качалке в каком-то темном углу у лестницы дремала старушка, завернутая в пушистую серую шаль. У ног, обутых в заношенные до основания тапочки, свернулась бубликом черная кошка с белоснежным пятном на лбу. Кажется, зверь умудрялся урчать во сне. Когда один зеленый глаз приоткрылся на незваных гостей, стало понятно, что притворяется.