"Фантастика 2025-68". Компиляция. Книги 1-27
Шрифт:
Дрон вытащил кошелек из кармана и открыл его. Сверкнули купюры. Заинтересованный взгляд Аббос приковался к внутренностям кошелька.
– Это, уважаемый, если совсем плохо, то я помогай. Но сам суди – сколько дай. Я человек небогатая. Мне семья кормить нада.
– Ну, раз надо, значит надо. Меня Андрей зовут, это Кирилл и С… Слава, – Дрон на миг замялся, подбирая имя Скифу.
Мы со Скифом кивнули.
– А чего он в маска? Болеет сильна? – Аббос показал на меня.
– Простудился, пока ехал. Вот не хочет нас заражать, потому и носит маску. Но ты не волнуйся, он не будет кашлять. Всё время будет в маске. Так что, если ты не против…
– Я не против. Жена может быть против, но я мужчина. Пойдемте, уважаемый.
По пути Дрон разговорил таджика и тот пообещал приготовить манты-хушан. Нам пришлось заскочить в магазин, чтобы затариться. Но даже когда Дрон говорил про эти самые манты, у меня проявилась слюна. Скиф тоже активно сглатывал.
В квартире Аббоса нас встретила его невысокая жена и трое ребятишек от двух до шести лет. Дети тут же получили по конфете от Дрона и ускакали слушать сказки от мудрого «аксакала». Мы же со Скифом поздоровались и прошли в небольшую гостиную.
Аббос быстро ввел жену в курс дела. Та покорно кивнула и ушла на кухню стряпать ужин. Аббос же принес чай и пиалы. Было приятно сидеть и пить чай из луговых трав, ощущая, как по телу распространяется тепло.
Вечер мы провели спокойно. Беседу в основном поддерживал наш мудрый «аксакал», мы же со Скифом были вежливы, но немногословны. Я старался не снимать лишний раз маску, чтобы не быть узнанным. Иногда поглядывал на часы, но точки к нам не приближались.
После вкуснейших мантов поклонило в сон. Нас положили в детской. Пришлось спать на полу, так как кроватей под трех взрослых мужчин не предвиделось. В часовых как обычно остался Дрон. Ему сон не требовался, а вот мы со Скифом уснули сразу же, как только головы коснулись подушек.
Глава 16
"Все животные равны, но некоторые животные равнее других"
Когда я открыл глаза, то первая мысль была: "Выспался!"
Да! Я даже ещё не поднялся, но уже почувствовал, как по артериям несется кровь. Нет, не кровь – чистейшая энергия! Хлопни я сейчас по полу и поднимусь от одного этого движения. Впервые тело не ломило, не ныло, не кровоточило. Признаться, я уже забыл это состояние, которое подвластно обычному человеку и который им пренебрегает...
Из кухни доносилось шкворчание поджариваемого мяса и аромат специй. От этого аромата рот моментально наполнился слюной. Неподалеку тихо сопел Скиф, подложив руку под щеку. Из второй комнаты доносился говорок Дрона и Аббоса. Причем Дрон говорил по-таджикски. Скорее всего, выучил за ночь по самоучителю.
Внутренние часы подсказывали, что было семь часов утра. До десяти часов осталось не так уж и много, так что если учесть московские пробки... Даже если на метро, то выходит не меньше часа с Рязанского проспекта до Краснопресненской. А ведь ещё нужно купить билет. Мы же не гопники, чтобы перелезать через забор.
– Доброе утро, сонные тетери! – раздался ласковый голос Дрона за секунду перед тем, как он начал пинать нас по ногам. – Вставайте! Солнце давно уже встало, дети встали, а вы всё валяетесь.
Скиф сел, сонно протирая глаза и оглядываясь по сторонам.
– Дрон, я в школу сегодня не пойду, – буркнул я и потянулся. – Напиши мне справку от родителей...
– Я тебе не только справку напишу, я тебе ещё и эпитафию накатаю, если дальше будешь валяться. Пока вы дрыхли я отслеживал по поисковику перемещение охотников и...
Он встал в картинную позу и затянул паузу. Я терпеливо ждал. Вот не хочу доставлять ему удовольствия и спрашивать: "Что "и"?" За меня это сделал Скиф.
– Что "и"? Не томи, дядя Дрон!
– Дядя... Какой же я тебе дядя? – возмутился андроид в ответ. – На крайний случай я уважаемый или же гражданин. Но дядя... Пффф, племянничек нашелся.
И снова я промолчал. Я знал Дрона уже не первый год, поэтому давал время выплеснуться его творческой натуре, чтобы потом можно было начать нормально разговаривать.
– Ладно, гражданин Дрон, – поправился Скиф. – Что вы хотели рассказать?
– Вот, а то всё "дядя-дядя", – смилостивился Дрон. – В общем, сегодня на поисковике отразилось семьдесят восемь из ста. Похоже, что другим охотникам новое правило пришлось по вкусу. А вот проценты приблизились к пятидесяти. Если это не количество оставшихся фрагов и не время до истечения заряда поисковика и, соответственно, чипа в башке Кирилла, то я готов съесть свою бейсболку.
– Да ты готов съесть всё подряд, лишь бы не было прибито к полу, – откликнулся я, но потом присел. – А что с загадкой?
– Думаю, – отмахнулся Дрон. – Думаю.
– Думай быстрее, а то семьдесят восемь это уже не восемьдесят восемь. Это на десять человек меньше.
– Уважаемый, завтрак готов. Идите жрать, пожалуйста, – в комнату заглянул Аббос.
Мы со Скифом взвились в воздух. Уж чего-чего, а пожрать мы всегда были горазды. Хозяин уставился на мою ногу.
– Это чито?
– Натолкнулся на штырь, – отмахнулся я. – Ничего серьезного, но пришлось перевязать.
– Моя жена работает медсестра. Она может сделать перевязка.
– Не нужна ему перевязка, – пробурчал Дрон. – У него за ночь всё зажило.
– Да ладно? – недоверчиво повернулся Скиф.
Дрон хмыкнул, наклонился и одним движением разорвал повязку на моей ноге. Перед удивленным Скифом показалась обычная кожа. Да, шрам остался, но в целом всё срослось так, как будто я держал ногу в покое около недели.
– Как так?
– Ну, я от Вселенной научился не только серафимов готовить, – улыбнулся Дрон, польщенный удивлением нашего молодого спутника. – Отварчики разные тоже умею делать. Вот вы вчера чаек попивали, а у вас внутрях моя химия восстановительные процессы вела. Вот и результат...
– А если голову отстрелят, то тоже сможешь починить? – спросил Скиф.
– Голову не смогу. Она и так пустая... Как в неё выпущенный воздух закачать? Он же как гелий – улетучится и фиг поймаешь...
Я вздохнул и махнул рукой. Всё равно Дрона не переспоришь, а портить такое хорошее утро не хотелось. Аббос потянул нас за собой и вскоре мы воздавали должное самбусе и горячим лепешкам чалпак. Детишки уже вовсю лазили по добродушно посмеивающемуся Дрону, а мы пили горячий чай и говорили ни о чем.