Чтение онлайн

— Я не стала никого предупреждать о приезде: хотела вас приятно удивить, — по дочери было видно, что она счастлива. — Я, кстати, вышла замуж за Тбале, — указала она на мужчину рядом. — По-русски он, правда, не понимает, а это наш с ним сын, так что ты теперь бабуля.

Графиня, хлопая глазами, смотрела то на дочь, то на полупустой бокал, который ей налил слуга.

— Евгений, побольше, пожалуйста, — кашлянула она в кулак, и слуга долил до краев. — Все равно мало, — мотнула головой графиня и вырвала бутылку из его рук.

После она прямо из горла опустошила почти полбутылки на глазах у шокированной дочери и ее смутившегося мужа.

— А как вы могли пожениться без нашего согласия? — лишь спустя пару минут спросила графиня.

— Я знала, что вы будете против, поэтому вышла замуж за Тбале по законам его племени. Но думаю, вы с отцом привыкнете к нему: он славный.

— Какая прелесть! — хлопнула в ладоши графиня, пошатываясь на ногах. — Какое счастье! — она улыбалась во весь рот с нервной улыбкой. — Я уверена, твой отец так обрадуется, что вы со своим Тбале побежите прямо до Африки пешком: вот до какой степени он захочет вас заобнимать и зацеловать от счастья.

— Ты в этом уверена? — Вероника наивно улыбнулась.

— Конечно, уверена, так что заказывайте гробы, мои хорошие.

— Что? — переспросила дочь.

— Ой, я хотела сказать, заказывайте торты: будем отмечать и вашу свадьбу, и рождение ребеночка. Это же настоящий праздник: ты у меня всегда умела удивлять всех, — не переставая улыбаться, мать упала на пол, лишившись чувств.

— Мама, мамочка! — вскричала Вероника. — Воды, скорее воды, Евгений! — обратилась она к слуге.

Все вокруг нее засуетились. А тройняшки, наблюдавшие за этим из другой комнаты, почесывали затылки и переговаривались.

— Да, пацаны, похоже, надо валить из города, а то отец, когда узнает еще и о сюрпризе от Вероники, мирной жизни в доме не жди. Всем продыху не даст, я вас уверяю! Каждый день будет на нас срываться и пилить за что ни попадя, — сказал один из братьев с грустным видом.

И с ним никто спорить не стал: все понимали, какой вспыльчивый и строгий нрав у их отца. Никому не хотелось быть рядом, когда он будет получать одну плохую для него весть за другой.

— Но, парни, нам бабки нужны, чтобы свалить, — подметил самый смышленый.

— Я могу свою тачку продать, которую мне на днюху дарили, а еще я код от сейфа видел, как отец набирал: можем там поискать, глядишь, что-то да найдем, — предложил третий. — И уедем куда-нибудь на отдых, пока здесь все не уляжется.

— Ага, хороший план: все равно нашего мнения здесь никто не слушает, так что пусть делают что хотят.

Дав друг другу пять, они отправились грабить свой собственный сейф.

— А здесь и правда круто, — Вика положила голову мне на плечо. — Умеешь ты порадовать, Добрыня.

Что есть, то есть: я рад, что и Вике, и сестре нравится этот элитный горнолыжный комплекс. Конечно, в резиденции Распутина в горах тоже было неплохо, но этот комплекс, куда я их отвез отдохнуть, — совсем иное дело. Резиденция Гриши в горном поселке не предназначена для такого большого числа туристов и отдыхающих, в отличие от этого комплекса.

Здесь просто огромная территория, и развлечений куда больше, да и веселья хоть отбавляй. Я вот на коньках погонял неплохо, а Маша до сих пор на лыжах с трамплина прыгает. Тут есть где разогнаться, высота горок разная, и спусков куда больше. В общем, благодать! Да и ресторанов всяких полно, а это всегда большой плюс. Правда, цены в них такие, что проще самому стать шеф-поваром, чем оплатить счет.

Но оно и понятно, что здесь есть все на все случаи жизни: все же этот комплекс известен на всю Империю. А позволить себе здесь отдыхать могут далеко не бедные аристократы. И я могу себе позволить здесь отдохнуть, ведь заключил выгодный контракт, да и заработок имеется.

Однако дело, само собой, не только в отдыхе, как я сказал девчонкам. Надо было просто уехать на время из города, чтобы немного сменить обстановку и обдумать новый ход.

Вообще, смена обстановки всегда идет на благо: многое утрясывается без твоего присутствия так, что ты знаешь, как дальше с этим быть. Можно спокойно изучить, как будут вести себя враги и на что еще будут готовы пойти: выявить их сильные и слабые стороны издалека. Как говорится, им тоже надо давать возможность подумать, чтобы они потом раскрылись передо мной, хоть и не специально.

Хотя думают долго не все, и некоторые уже проявили инициативу, раскрывая мне свои возможности. Как минимум, два человека сейчас лежат здесь, на территории этого комплекса, под глубокими снегами. И их вряд ли когда-то обнаружат, ведь они очень тяжелые и опустились очень глубоко.

В общем, мои враги потратились и отправили сюда «отдохнуть» за свой счет двух наемных убийц. Немного, но для меня лично информативно и, главное, удобно. Тут с трупами вообще все обстоит шикарно, а вернее, с их скрытием.

А снег никогда тут не пропадет, несмотря на расположение на карте. И секрет этого фокуса довольно прост, что и не секрет вовсе: этим комплексом уже много столетий владеет Род Тибетских, а это очень древний, влиятельный Род, наравне с Распутиными. Одарены они только не целительством, а Даром Льда.

Я даже слышал, что раньше у Тибетских было довольно много врагов-завистников, но теперь у них есть только якобы большие подземелья, где хранятся замороженные тела. И если их разморозить, человек оживет.

Многие жители Империи считают, что это просто байки и легенды, которые люди рассказывают, чтобы почесать языками. Однако я знаю: если маг Льда не лох какой-то, а действительно силен и умен, то он вполне мог бы такое провернуть.

Но я не обращаю сильно внимания на такие байки, потому что в целом мне плевать на всё это. Я просто беру и заказываю нам с Викой ещё по одному глинтвейну, а потом смотрю, как Маша с красным носом, но с улыбкой до ушей, подтягивается к нам в кафешку, держа в руках лыжи.

Она наотрез отказалась уезжать с Леонидом в Пруссию, и он даже не пытался забрать её силой, хотя далеко не слабак. Просто знал, что Маша будет биться как берсерк, и из этого ничего хорошего не выйдет: все попросту перессорятся друг с другом ещё больше.

— Чего, сладкая парочка? — бросив лыжи, она шмыгнула носом. — Глинтвейн попиваете, значит, а мне?

— А тебе я горячий шоколад уже заказал, — я пододвинул ей кружку.

— Я вот понять не могу: тебе что, братец, настолько сильно нравится подкалывать меня из-за моего возраста? Ты бы ещё детское питание заказал, — проворчала мелкая, но шоколад пить начала. — Кстати, я ведь совсем забыла: я у тебя занимала, так что держи, — она протянула мне из кармана смятые купюры.