Чтение онлайн

— Не спеши, дарагой, нам некуда больше спешить. — Прежде чем портал закрылся, я еще успел услышать журчащие нотки в голосе Мастера Гурама. — Пойдем, дарагой, пхали кушать будем…

— Какое, на ржу, пха…

На этом возмущенном выкрике Мора пространство схлопнулось, а нас с моей находкой встретила почти морозная свежесть и удивленный возглас:

— Ну ничего себе! Ба-а-а! Смотри, кто пришел! И не один! А что это тут у вас… Ой! БАБУШКА-А-А!

— Не шумите… — попытался немного усмирить детей я, чувствуя, как затряслась в моих руках девушка. — Вы пугаете. И надо скве… Дайте ей Мурку погладить. Успокоиться.

Один из детей, одетый в меховую безрукавку с капюшоном, натянутым чуть ли не на самый нос, отчего было не определить, мальчик оно или девочка, сверкая подошвами меховых же сапожек, кинулся в соседний чум. Двое других прыснули в разные стороны с такой скоростью, что я не успел даже заметить, куда они пропали.

??????????????????????????Первый между тем вернулся, волоча зажатую поперек пуза толстую флегматичную кошку с белой в рыжие пятна шерстью, и сунул ее моей находке. Та машинально перехватила… и изумленно вскрикнула, почувствовав поток скверны, щедро передаваемой в нее сэвеном.

— Что у вас тут? Галахад? — Сама глава клана появилась словно из воздуха, быстро оценила обстановку и скорбно поджала губы. Я вздрогнул.

Пока мы ждали, щенок в моих руках умер...

Галахад:

— Ай, нехорошо, однако, — сказала глава клана, глядя на мертвую зверушку в моих руках. А я впервые в жизни настолько растерялся, что стоял столбом, не в силах пошевелиться. И все потому, что за мой локоть цеплялась эта маленькая аборигенка… Точнее, дикий Мастер. Существо того разряда, с каким мне никогда не приходилось сталкиваться. Слабая, неприспособленная, уязвимая и настолько хрупкая, что я отчетливо понял: если она сейчас поймет, что ее Кабато все же умер… Пока только отчаянная надежда мешает ей ощутить это.

— Леди Гиттиннэвыт… — Я поднял глаза на главу местного клана и постарался вложить в мысленный образ все, что в этот момент чувствовал. Совершенно против правил клана Умбрайя, против моих собственных принципов — никогда не открываться настолько полно. И по возможности не вступать в ментальный диалог с чужими Мастерами, пока ты сам непривязанное Оружие. Ибо чревато. Но я сегодня уже один раз нарушил этот зарок.

«Леди… если… вы даже дерево превращаете в любого зверя... то возможно ли сделать носитель похожим на этого детеныша? Ей все равно нужна подпитка».

Проговорил в ментале и сам понял, какую глупость сказал. Аборигенка, несмотря на свою слабость и необученность, все же Мастер. Рано или поздно она увидит разницу и поймет, что ей подсунули фальшивку. И сомневаюсь, что ее утешит замена, даже если дать ей другого живого компаньона...

«Или, может, прямо из зверька?» — мысль выскочила сама. Я же в этот момент смотрел на тельце в своих руках и ляпнул не подумав.

Печально прищуренные веки вдруг широко открылись — женщина поняла, о чем я говорю, и очень удивилась.

«Так никогда не делали. Думаю, это невозможно».

У меня внутри все оборвалось.

— Но… Эй, дед! Иди сюда! Иди быстро, дело есть! А ты, «идеальное Оружие дружественного клана», позаботься о своем Мастере. Уведи ее в тот чум, Карина принесет жир и чай на травах.

— О моем Мастере?! — Я аж икнул.

— Ну а о чьем же еще? Сам нашел, сам привел. Давай, иди.

— Кабато! — словно очнувшись от слез, дернулась маленькая аборигенка. — Кабато!

— Оставь, пусть о нем позаботятся лека… знающие люди. От того, что ты за него хватаешься, лучше ему не станет, — получилось немного грубо, но почему-то эта взъерошенная девчонка просто не воспринималась мной как полноценный Мастер. Скорее как ребенок. А с детьми я всегда… не знал, что делать. Да еще и эти слова про моего Мастера. Вот это вот? Шутите? Она ж меня даже в руках не удержит, даже если я облегчу свой вес до космической пыли! Ее уже только от длины лезвия будет укачивать! Нет, это точно не мой Мастер.

Вот только, когда леди Гиттиннэвыт забрала щенка, чтобы унести в чум к своему подоспевшему мужу, моя нечаянная находка вдруг всхлипнула и осела на землю без сознания. Я едва успел подхватить. И остался стоять посреди тундры в окружении островерхих шатров, как дурак, со «спящей красавицей» на руках.

— Сюда неси, — позвала вдруг меня одна из мелких девчонок, я их даже в лицо не научился различать, все одинаковые, и ауры похожие. — На шкуру положи. Ты чего, специально ее голодом морил, что ли?

— Мы встретились около полутора часов назад, — нахмурился я на такое безрассудное предположение от невоспитанного ребенка. — Поэтому я…

— Ай, да ладно, бабушке будешь рассказывать, — отмахнулась от меня нахалка. — У нее, кажись, голодный обморок, прикинь? Я такого у живого человека еще никогда в жизни не видела… Не знаю, откуда ты ее вытащил, но обратно туда отдавать не надо. Щас я жир пришлю, а еще ей нужен бульон. Сможешь накормить?

— А куда ее тогда отдавать? — под нос пробормотал я, но на вопрос ребенка кивнул.

— Ну, если тебе совсем... — противная девчо… в смысле, юная Мастер выделила интонацией последнее слово, причем так многозначительно, что мне вдруг стало не по себе, — совсем не нужна — мы заберем. Чай, на стойбище никто еще с голоду не помер.

— А у нее спросить не хотите? — внезапно разозлился я, вспомнив, как одна из Ивановых буквально украла моего двоюродного брата. — Прежде чем делить.

На меня посмотрели как на дурака.

— Естественно. — Моя собеседница пожала плечами, поймала поперек пуза сунувшегося в шатер зверька-накопитель и положила его прямо на грудь все еще бессознательной аборигенки. — Мы ж не дикие с призмы. Держи ложку, сейчас будет бульон.

— Я б поспорил, — в сторону вздохнул я, сам не ожидая от себя такой эмоциональности. Кажется, события дня совсем вывели меня из равновесия. Но ложку взял.

— Хи, — неизвестно чему обрадовалась девчонка. — А ты ничего. Не такой мороженый, как со стороны выглядишь. Даже язвить умеешь. Слушай, если все ж не нравится эта девочка, давай я тебя привяжу, а?

— Наглости тебе не занимать, ребенок, — отмахнулся я от девчушки, понимая, что та явно язвит. — Спасибо за предложение, но нет.

— Так и знала, — опять обрадовалось это чу… чудовищ… чудо. — Потому что рыцарю в сверкающих доспехах нужна настоящая нежная принцесса. — Она показала мне язык и резко сменила интонацию: — Во, бульо-о-ончик, красота.

Так она отреагировала на сунувшегося в шатер мальчишку с миской в руках. Забрала посудину у гонца, передала мне и встала.

— Корми, я пойду чаек заварю. От нервов. Она у тебя и правда нежная. Надо поберечь.

— Да почему у меня-то?! — это я уже пустоту спросил. — И как кормить ребенка практически без сознания? — задал я уже более рациональный вопрос, уставившись в дымящуюся миску с варевом. Мне кажется или в нем плавает чей-то глаз?