Чтение онлайн

— А зачем они вообще нам нужны? — вдруг спросила Ленка.

— Лесные-то? — очнулся я от своих раздумий.

— Ну да. Нам что — так уж нужна их алхимия?

— Да совершенно не нужна, — пожал плечами я. — Даже наоборот, было бы лучше без неё. Мы можем заработать эти деньги гораздо проще, например, купить доли в нескольких прибыльных предприятиях. Нас многие будут рады видеть в компаньонах. А что делать с этой алхимией, мне пока совершенно неясно. Ясно только, что придётся оттоптать ноги многим влиятельным людям, и проблем с этим будет не унести.

— Тогда зачем? — недоумевала Ленка.

— У нас другого выхода нет, — вздохнул я. — Если мы не занимаемся их алхимией, они будут её продавать сами. Им придётся, им больше нечего продавать, понимаешь? А как только церковь выяснит, что они производят высокую алхимию, у нас отберут баронство. Найдут способ. А лесные, по сути, станут рабами. Единственная альтернатива для нас — это вышвырнуть их из баронства, но этот вариант мне не нравится. Взять и выкинуть на улицу кучу людей с женщинами и детьми — это, по-твоему, достойный поступок?

— Ну хорошо, если мы не занимаемся алхимией, то у нас могут отобрать баронство… а оно нам нужно?

— Ты уже спрашивала, и я могу только повторить свой ответ. Имперский титул даёт нам некоторые преимущества. Но сказать по правде, не особенно большие. Не стоят эти преимущества мороки с баронством.

— Тогда я тебя совсем не понимаю, Кени.

— Всё просто, Лен. Я был очень зол на папу и хотел заставить его дорого заплатить. А он взял, и дорого заплатил. Отказаться я уже не мог, да у меня тогда и не было возможности оценить все последствия. А сейчас… я сам потребовал плату, я по своей воле её принял, от меня уже зависит множество людей. Все те люди в баронстве, что решили связать свою жизнь с нашей семьёй, и кому придётся плохо, если они лишатся нашей защиты. Да те же лесные, пусть даже они вряд ли это понимают. И если я вдруг скажу, что я передумал, мне эта головная боль ни к чему, разбирайтесь с этим сами — после этого мне можно будет расстаться с надеждой когда-нибудь подняться до Высшего. Такой поступок невозможно совместить с путём Владения. Я просто это чувствую, во мне всё протестует при мысли о том, чтобы сдаться.

Когда я это говорил, у меня внезапно включилась паранойя, и я задумался — а сам ли я потребовал плату от папы? Вот, к примеру, я немало раздумывал над своим визитом в храм, и всё больше склонялся к мысли, что меня подтолкнули туда зайти. Иначе просто невозможно объяснить, почему я вдруг забыл всё о богах и пошёл в храм без малейших мыслей, как крестьянин на воскресную службу. А может ли такое быть, что меня точно так же подтолкнули к этому баронству? Например, если Сила вдруг решила свести меня с лесными. И если это действительно так, то зачем Силе понадобилось, чтобы я с ними встретился?

— А знаешь, Лен, — после некоторого раздумья сказал я, — я, пожалуй, поторопился насчёт того, что лесные нам не нужны. Если мы подружимся с ними, то сможем многое узнать о Силе. Они используют её очень необычно. У них ведь источник не точечный, как мы привыкли, а растянут на весь лес. Они фактически живут в источнике. И ещё у их источника очень необычная структура. Он настроен сразу на всех них, а обычный источник можно настроить только на одного.

— Мы вдвоём настроены, — напомнила мне очевидный факт Ленка.

— И это очень странно. Когда я упомянул про это Стефе, она очень удивилась и сказала, что этого быть не может. Источник нельзя настроить даже на близких родственников — если, к примеру, источник Ренских настроить на Стефу, Ольга потеряет настройку и перестанет быть Матерью рода. А мы ведь с тобой даже не кровные родственники.

— Может, это из-за нашей связи?

— Нет, — не согласился я, — связь — это вещь совершенно обычная и хорошо изученная. На настройку она никак не влияет, это известный факт. Но возможно, мы разгадаем эту загадку, если поймём, как лесные работают с Силой.

— Возможно, — согласилась Ленка. — Вообще-то, и в самом деле интересно узнать, как они это делают. Если у нас получится убедить их поделиться знаниями.

Верно, если получится. Хотя я уверен, что способ есть. Иначе зачем бы Сила подводила меня к лесным? При этом надо признать неприятный факт, что Сила пока воспринимает меня как инструмент, а не как личность, достойную общения. Всё же, как ни обидно было это слышать, но Стефа была права, говоря, что у меня пока слишком слабая воля.

А может быть, никто на меня и не воздействовал, а я просто пытаюсь перед собой оправдаться? Очень удобно свою жадность, глупость, слабоволие списать на происки высших сил. Мол, это не я вёл себя как жадный придурок, а просто судьба такая. Ничего не поделаешь — кисмет [154] . Пожалуй, мне стоит развивать волю хотя бы для того, чтобы не было соблазна списывать свои ошибки на кого-то там наверху.

Но стоит ли вообще об этом ломать голову? Доступ к лесным — это бесценная возможность, которая есть лишь у немногих Высших, и неважно как мы её получили. Было ли это моей ошибкой, или воздействием Силы — этой возможностью нужно пользоваться. Путь Силы, которым должен идти Владеющий, заключается в том, чтобы менять мир своей волей, а не прятаться в утёсах [155] , подыскивая оправдания для своих неудач.

Дом, милый дом! Ленка выскочила из машины и немедленно умчалась в дом, великодушно предоставив мне привилегию разобраться с багажом. Легко было догадаться, что в большую ванную на втором этаже мне попасть не светит, и придётся довольствоваться маленькой душевой на первом. С двумя женщинами в доме это вечная проблема — я, наверное, так никогда и не смогу понять, что они там отмывают часами. Впрочем, уже совсем скоро мы переедем в поместье, и мои многолетние мучения наконец закончатся.

— Сегодня никуда больше не едем, Демид, а завтра с утра я тебя жду, — сказал я водителю. — Помоги мне затащить чемоданы в прихожую, и можешь отдыхать.

В доме было тихо, и лишь из-за прикрытой двери гостиной пробивался луч света. Я заглянул туда — мама сидела с чашкой чая, углубившись в какую-то толстую книгу. Я подошёл и клюнул её в щёку.

— Кеннер, — мама с улыбкой подняла глаза. — Ну наконец-то вы вернулись. А где Леночка?

— В самом деле, наконец-то, — улыбнулся я в ответ. — А Лена, полагаю, уже заняла ванную. Я сейчас тоже приведу себя в порядок и присоединюсь к тебе. Распорядись пока насчёт этого, пожалуйста. — Я поставил на стол берестяной туесок с крупной клубникой.

— Откуда в такое время клубника? — удивилась мама.

— Из баронства, откуда же ещё? Всё расскажу, как приду.

Дверь в ванную была, конечно же, заперта. Я привычно вздохнул и поплёлся в душевую.

Когда я снова спустился в гостиную, клубника уже была выложена в вазочку.

— Ты знаешь, Кени, — с удивлением сказала мама, — я никогда бы не поверила, что клубника из теплицы может быть такой вкусной.

— И правильно бы сделала, что не поверила, — отозвался я. — Потому что тепличная невкусная, а это не тепличная.