Чтение онлайн

— Извини, больше не буду, — поднял руки я. — Просто к этому немного трудно отнестись серьёзно. Но я постараюсь, честно.

Алина кивнула и продолжила:

— Насчёт цивилизации не совсем ясно, конечно — это понятие слишком уж расплывчатое. Где она начинается? Древние люди жили группами, вместе кочевали и вместе охотились — можно ли это назвать цивилизацией? И если да, то чем тогда является львиный прайд? В общем, если там и была цивилизация, то совершенно не нашего типа. Наша цивилизация является материальной, потому что нашим предкам пришлось придумывать инструменты и создавать материальные вещи, чтобы выжить в неблагоприятной среде. Предки хигриссов чувствовали себя комфортно без всего этого, и развивались скорее в духовном направлении.

— Мне кажется, — осторожно заметил я, — что невозможно уверенно судить о временах, которые отстоят от нас на шестьдесят миллионов лет.

— Совершенно верно, — согласилась Алина. — Но о суждениях речь не идёт. Я просто пересказываю тебе рассказы их потомков, для которых с тех пор прошли не миллионы лет, а всего лишь сотни тысяч или даже десятки. Хотя к их рассказам, конечно, тоже стоит относиться с некоторым недоверием.

— То есть потомки этих динозавров ещё существуют?

— Ещё как существуют, твари, — усмехнулась Тамила.

— И к нам они, случалось, раньше пролезали, — согласно кивнула Алина. — А дальше что-то случилось с климатом, и все динозавры начали постепенно вымирать. Но по всей видимости, их соборная душа была уже достаточно развита, чтобы осознать, что умирает, и достаточно сильна, чтобы пробить дорогу в другое место. А Гея почувствовала, что огромная часть её куда-то уходит, и потянулась следом. Вот так и возникли провалы. Они стремятся закрыться, но Гея их открывает вновь в попытках вернуть своё. Говорят, что провалы постепенно слабеют, и через тысячу-другую лет закроются окончательно, но пока что у Геи получается их удерживать.

— И что это за другое место? — спросил я.

— Не знаю, — пожала плечами Алина. — Может быть, какая-то планета, но вот Лапа говорит, что тот мир слишком сильно от нашего отличается. Что там даже физические законы немного другие.

— Ну, если говорить теоретически, то он может состоять из тёмной, то есть из призрачной, материи, — предположил я. — Тогда он существует прямо вот здесь, а мы его просто не ощущаем.

— Я это не совсем понимаю, — развела руками Алина. — Это Гана подобной заумью увлекалась.

— Да на самом деле это просто, — махнул рукой я. — Вполне может существовать другой набор элементарных частиц, который не взаимодействует с нашим набором. Тогда построенный на нём мир будет для нас невидимым и не ощущаемым, и будет проявляться только гравитацией. Примерно восемьдесят процентов массы Вселенной относится к призрачной материи, так что вполне возможно, что она и образует альтернативные миры.

— Может быть, и так, — согласилась она. — Здесь можно только гадать. Может, это другая планета, может, какой-то призрачный мир. А может, Сияние специально создало для них отдельный мир, чтобы сохранить перспективную душу.

— Так что было дальше с этими потомками?

— Они во время Слияний делали набеги сюда за рабами [379] , — сказала Тамила. — Довольно много людей отсюда к себе утащили, только благодаря этому и выжили. Там мир не настолько благоприятный для них, как Земля мезозойской эры, а материальная культура у них была совершенно неразвита. Даже и сейчас неразвита, где-то на уровне примитивных орудий.

— То есть мы там можем встретиться с какими-то тварями вроде твоих крокодилов? — недоверчиво спросил я.

— Нет, ящеры уже в прошлом, можешь не бояться, — усмехнулась Лапа. — Это уже практически полуживотные. Где-то далеко они ещё живут небольшими группами, но рядом с провалами их не бывает.

— Спасибо, не буду бояться, — поблагодарил я. — Однако, если поход за рабами занимает несколько тысяч лет, то такое предприятие не выглядит особо перспективным.

— Всё зависит от степени связи. Слияние ведь не просто так названо, — объяснила Лапа. — Во время Слияния задержка будет буквально несколько дней. Поначалу связь была очень слабой, и добирались предки хигриссов миллионы лет, при этом большая часть их погибла. Потом Гея пробила проход побольше, и путь стал гораздо ближе. Я провалилась в самое неудачное время, но добиралась всего лишь полторы тысячи лет. Всё равно много, конечно.

— То есть семьсот пятьдесят лет туда и семьсот пятьдесят обратно? — уточнил я.

— Только туда, — отрицательно покачала головой Лапа. — После того как пройдёшь этот путь и полностью настроишься на ту сторону, дальше можешь ходить почти свободно, лишь бы провал был как-то открыт. Хотя всё равно опасно, можно легко потеряться. Мне даже рассказывали, что сильные шаманы там могут ходить вообще без провалов, с любого места, но может, и соврали. Про шаманов вообще мало что точно известно, тем более про сильных.

— То есть ты, Алина, хочешь прогуляться в другой мир? — сделал вывод я.

— Нет, я ещё не настолько сумасшедшая, — улыбнулась она. — Просто сейчас есть возможность настроиться на ту сторону.

— Зачем тебе? — удивился я.

— Чтобы было, — объяснила она. — Раз подвернулась возможность, то почему бы её не использовать? Может быть, в будущем и понадобится туда сходить. Кроме того, есть шанс получить какой-нибудь Дар. Вот Лапка получила дар видеть связи — каким образом она твоих крокодилов связала, как ты считаешь?

— Дар — это хорошо, — задумчиво сказал я.

— Что там, Кени? — послышался заспанный голос Ленки с верхней койки.

Завидую её способности спать когда и где угодно. Не то чтобы она часто так делает, но вот в таких ситуациях, когда делать совершенно нечего и надо просто ждать, она легко может задремать, тогда как я мучительно пережидаю медленно тянущееся время. Не будь она аристократкой, военная служба была бы для неё совершенно естественным занятием. Да и вообще Ленка гораздо охотнее проводит время в дружине, чем в модных салонах. При этом её никак нельзя назвать оторвой — она каким-то образом ухитряется быть при этом любящей и заботливой женой. Я знаю свою жену с младенчества, но её характер в некоторых моментах продолжает оставаться для меня полной загадкой. Впрочем, я и не собираюсь ничего отгадывать — меня всё устраивает как есть.

— Похоже, мы прилетели, — отозвался я, пытаясь хоть что-то разглядеть в иллюминатор. — По-моему, этот толчок как раз и был оттого, что мы на якорь встали. Давай просыпайся, милая, а то не успеешь умыться пока суета не началась.

Ленка красиво потянулась, а затем одним плавным движением слетела с койки, так что я едва успел подхватить её на руки.

— Хорошая реакция, — засмеялась она, чмокнула меня в нос, быстро обулась и убежала.

Послышались звонкие удары кувалды о металл, и я окончательно убедился, что мы швартуемся. Матросы привычно забили в неподатливую лесную почву штуки вроде длинных железных ломов — не знаю, как они на самом деле называются, я всё-таки ненастоящий воздушник, — закрепили на них швартовные растяжки, и на этом процесс причаливания завершился. Мы прибыли.