Чтение онлайн

Смирившись в том мире с грязью и мусором, мы естественным образом пришли к обществу потребления, которое основано на превращении ресурсов в отходы. Производители намеренно выпускали недолговечные вещи, которые вынуждали потребителя покупать их снова и снова. Увеличившееся потребление требовало увеличения производства, и в результате всего лишь через пару сотен лет мы стали жить в окружении растущих гор мусора. Неисчислимые толпы аллергиков, обитающие на помойке — поистине удивительный итог развития цивилизации. А несомненным признаком успеха являлся заработок, достаточный для лечения приобретённых и наследственных заболеваний.

Несколько дней никто из нас не вспоминал про слова кураторши, но думать об этом мы, конечно, не переставали. Наконец, Ленка решила поговорить.

— Кени, ну и какие у тебя мысли насчёт этого? — неопределённо спросила Ленка.

Пояснять, впрочем, не требовалось, я прекрасно понял, что её волнует.

— А какие у нас варианты? Ты же не хочешь пойти в ремесленники?

— Нет, — категорически отказалась Ленка, — я скорее уж домоводством займусь.

— Вот и мне ремесло ни к чему, я на «Артефакту» устраиваться не собираюсь. Алхимия — это то же самое ремесло. Теоретическими исследованиями я заниматься не хочу, а тебя про теорию я даже спрашивать не буду. Разве только лекарское дело ещё как-то пристало дворянину, но я в себе такого призвания не чувствую.

— Я тоже больше насчёт калечить, — согласно кивнула Ленка.

— Ну вот и получается, что для нас кроме боевого факультета другого варианта нет. Ну и пусть мы выше четвёртого ранга не поднимемся, всё равно полезно хоть как-то Силой владеть.

Мы помолчали.

— А с Алиной ты не говорила?

— Говорила, — с досадой отозвалась Ленка. — Я на неё вообще разозлилась. «Учись. Трудись. Главное, поставь себе цель.» — передразнила она Алину. — И прочая чепуха в том же духе. Мне мама никогда мозги не полоскала, теперь Алина за двоих будет.

Я засмеялся:

— Представляю себе картину. Ну, мне Стефа тоже в таком духе высказалась. Поулыбалась и объяснила, что нужно проявлять упорство. Правда и кое-что полезное сказала насчёт того, что вторичные характеристики тоже тренируются. И что они у нас не настолько уж плохие, мама правильно делала, что нам упражнения давала. В общем, я так ничего и не понял — с одной стороны, нам говорят, что из нас ничего толкового не получится, а с другой — что надо продолжать заниматься. Кому верить?

— Ну раз других вариантов нет, то никому и не надо верить, учимся дальше. — Ленка не любила долго ломать голову над сложными вопросами. — В конце концов, мы же дворяне. Даже если вообще не станем Владеющими, ничего страшного не случится.

База дружины находилась за городом. Первоначально это был крохотный участок, где едва помещался ангар для бронеходов, казарма и несколько служебных строений. Когда остро встал вопрос о расширении участка, выяснилось, что примыкающее болотце с неудобьями принадлежит небольшой семье Корнич, которая — вот неожиданность! — была вассалами Хомских. Было совершенно очевидно, что они либо вообще откажутся продавать эту землю, либо цена будет где-то в районе цены участка рядом с княжеским дворцом. После долгих раздумий мы с Зайкой решили идти обходным путём. Мы запустили слух, что я решил серьёзно вложиться в торфоразработку; наши люди начали активно интересоваться окрестными болотами и вести переговоры с владельцами. Хомские немедленно ухватились за возможность продать молодому дурачку бесполезное болотце, в котором торфа хватило бы разве что на деревенскую печку. Продавец, который почему-то делал вид, что к Хомским не имеет ни малейшего отношения, расписывал радужные перспективы; я то почти соглашался, то сомневался. Когда я робко заговорил про то, что надо бы заказать у специалистов оценку запасов, цена участка упала ещё больше, но с условием, что покупка произойдёт немедленно. Я сдался и позволил себя уговорить.

Пришлось изрядно вложиться в дренаж и выторфовку участка, но в результате получилась нормальная база с небольшим стрельбищем. Бывать здесь мне удавалось нечасто — да собственно, я и сейчас ехать сюда не планировал, но вторая сотня только что вернулась со сложного контракта, и вернулась с потерями.

Станислава я нашёл в ангаре бронеходов, где он что-то объяснял обступившей его группе ратников. Увидев меня, Станислав с радостью перекинул на меня стрелки:

— Господин, тут у ребят есть вопросы, вы лучше меня сможете ответить.

— Здравствуйте. — я поздоровался с ратниками. — Что за вопросы?

— Мы на контракте потеряли троих, — сказал Станислав, — парни интересуются насчёт выплат родственникам.

— Какие могут быть неясности с выплатами? — удивился я. — Всё прописано в ваших контрактах.

— Там у двоих убитых есть сложности, — пояснил Станислав. — Они жили без зарегистрированного брака, а у одного ещё и двое детей. Вот парни и хотят знать как тут будет.

— Понял проблему, — кивнул я. — С этим всё просто — если свидетели подтверждают, что брак фактически имел место, то для нас разницы нет — жёны и дети получат всё, что по контракту положено. Цепляться к бумажкам не будем. И раз уж возникают такие вопросы, можете просто дополнить контракт. Кто захочет, сможет сам указать иждивенцев, которым нужно платить пенсию, и в каких пропорциях.

— Всё ясно? — Станислав обвёл бойцов взглядом. — А раз ясно, то разошлись и занялись делом.

Ратники начали расходиться, оживлённо между собой переговариваясь.

— Я так и не понял, — озадаченно сказал я Станиславу, — отчего у народа такой интерес?

— Многие без брака с женщинами живут, вот и примеряют на себя, — объяснил он.

— А почему без брака? Что мешает?

— Брак в храме денег стоит. Жрецы дорого запрашивают, а богатые в ратники не идут. Правда, наши зарабатывают хорошо, сейчас народ постепенно жениться начинает.

— Так есть же княжеский брак? — никак не мог я вникнуть в суть проблемы. — Князь денег не берёт.

— Так ведь он и благословения не даёт. Вы ведь тоже пошли не к князю, а в храм за благословением.

— Да, верно, — согласился я. — Правда, Сила тоже денег не берёт, но проблему я понял. Ну а вообще ты мои принципы знаешь — зажимать выплаты мы не будем.

— Я так парням всегда и говорил. Но как до дела дошло, они всё-таки забеспокоились.

— В таких случаях надо сразу мне говорить, или Кире. Лучше с самого начала непонятные моменты объяснять, чтобы люди не гадали — кинут их или честно заплатят.

— Госпожа Кира меня не очень любит, — пожаловался Станислав.

— У неё правильные рефлексы. — с улыбкой согласился я. — Ты же деньги не приносишь, только расходуешь — за что тебя любить? Но ты всё равно старайся как-то найти общий язык.

— Это почему ещё я денег не приношу? — обиделся Станислав.

— В среднем ты в минус работаешь. — пожал я плечами. — Это не упрёк, так мы и планировали. Но Кира таких не любит.

Я посмотрел на техников, которые суетились возле бронехода, снимая оплавленные бронепластины. Стоящий следующим был без руки — из плеча торчали обрывки псевдомускулов и какие-то погнутые железки. Стоящие дальше было не разглядеть в деталях, но было понятно, что они тоже были не в порядке.

— И раз уж мы заговорили про балансовый итог — я вижу, что в этот раз минус будет серьёзным. И сразу три бойца в потерях. Что произошло?

— Наниматель дал неправильный расклад, — вздохнул Станислав. — Там были не вольники, а чья-то дружина, и у них был Старший. Парни отбились, но им туго пришлось. По-хорошему туда надо было либо двумя сотнями идти, либо отказываться от контракта.

— Нанимателю можно предъявить претензию? — мне самому приходилось сталкиваться с наймом только раз, когда я нанимал отряд для охраны «Артефакты».