Чтение онлайн

– Кто ты и что тут делаешь? – раздался его грозный рык.

– Вокруг еще десяток орков, - подсказала Прима.

Как хорошо, что я сидел в рясе и плаще. В момент появления орка я как раз не мешал отвар ромашки, так что мои костлявые кисти он не видел. Теперь нужно решить, как поступить. Ответить на мысленной речи, значит показать, что я владею магическим даром, показать, что немой, он увидит мой череп. Куда ни кинь всюду клин. А если подождать?

– Ты что оглох? – орк похоже не привык, что его вопросы игнорируют, но это дало мне возможность в ответ на этот вопрос отрицательно покачать головой.

– Значит ты меня понимаешь, но не отвечаешь, - орк почесал затылок, - может ты немой?

Я согласно закивал головой.

– Значит мне придется напрягать извилины, подбирая вопросы, на которые ты сможешь ответить кивками, - задумчиво проговорил орк.

В ответ на эту реплику я просто пожал плечами.

– Занимательная беседа получается, - усмехнулся орк и присел на бревно, рядом с Примой. Она отсела чуть дальше, скорчив умильное выражение лица, я улыбнулся. Мысленно. Черепом что улыбайся, что не улыбайся – все едино.

– Не хочешь показать лицо, странник? – спросил орк.

Я отрицательно покачал головой.

Тут к орку подошел еще один орк и что-то зашептал ему на ухо. Орк злобно глянул на меня.

– Покажи руки, - приказал он, вытягивая из ножен кривую саблю.

– Ты точно этого хочешь?
– взглянув на него из-под капюшона плаща, спросил я на мысленной речи.

– Маг, - сказал, как плюнул орк, - и что делает маг в этой глуши?

– В данный момент времени варит отвар ромашки, - ответил я.

– Не надо испытывать мое терпение маг, - сказал орк, - ты понял, что я хочу узнать.

– Для того, чтобы это понять или мне нужно залезть к тебе в голову, или тебе нормально задавать вопросы, - сказал я, - что ты выберешь?

Даже в темноте, при неверном свете почти потухшего костра было видно, что зеленая кожа орка побледнела. Значит при всей своей свирепости он магов опасался. На этом можно сыграть, главное не перегнуть палку. Ну и главное, чтобы они не наткнулись на моих миньонов. Сейчас они лежали в кустах двумя кучками костей. Вот только металлический блеск костей кабана и торчащие из черепа рога скрыть было сложно. Значит надо привлечь все внимание к себе.

Я применил заклинание иллюзия и рядом со мной возникла моя копия. Темнота скрыла некоторые огрехи и теперь орк переводил ошарашенный взгляд с меня на иллюзию и обратно. Как-то плохо у них с магией. Хотя если их шаманы стихийники, то магией разума они могут и не владеть в должной мере. Для усиления эффекта вызвал призрачного волка и призрачную змею.

– Ну так что? – спросил я, перехватывая инициативу, - будешь задавать правильные вопросы?

Орк помотал головой, как будто стряхивая наваждение и снова уставился на меня.

– Что ты делаешь в этом лесу? – спросил орк.

– Я уже отвечал на этот вопрос – варю отвар, - сказал я.

– Не зли меня маг, - прошипел орк, - откуда ты тут такой взялся? Меня не испугать иллюзиями и духами. Если не станешь отвечать нормально, ты пожалеешь!

– Ты думаешь, что сила на твоей стороне? – спросил я, - ты думаешь, что десять орков станут для меня непреодолимой преградой?

Я накинул на себя земляной щит и зажег на ладони левой руки молнию. За ее хаотичным мельтешением не видна была моя костлявая рука. Орк подался назад, но остался на месте. Дал команду миньонам и по бокам от меня встали бык и кабан.

– Некромант, - зло выкрикнул орк, вскакивая с бревна, - тебя ждет смерть!

– Сядь!
– приказал я и выпустил молнию над его головой. Орк немного подумал и плюхнулся обратно. Отправиться к духам предков он пока явно не планировал. Нет ничего героического напасть вдесятером на одного мага, да еще и погибнуть при этом. Духи предков засмеют.

– Я не Некромант, - сказал я.

– Но ты же поднимаешь мертвых, - сказал, как плюнул орк.

– Использование магии смерти, не делает меня некромантом, - сказал я, - как не делает тебя гоблином кинжал, что висит у тебя на поясе.

Орк посмотрел вниз. У него на поясе висел кинжал явно гоблинской работы. Я такие видел, когда старый Гук вел свой последний бой.

– Я не понимаю, - сказал орк.

– Бывает, - сказал я, - некроманты отдают свои души богу Смерти, а моя душа со мной.

– Чем докажешь? – тут же вскинулся орк.

– А кто ты такой, чтобы я тебе что-то доказывал? – ухмыльнувшись спросил я.

– Это земли моего клана, - сказал орк, - я в своем праве.

– Ух ты, как он заговорил, - усмехнулся я, - а лесник про это в курсе? Или гоблины? А земли стали вашей собственностью как? А документы есть?

– Сабля, знак клана и мое слово, вот мои документы, - порычал орк.

– А чем твое слово отличается от моего? – спросил я.

– Ты никто, а за мной клан, -выпятив нижнюю челюсть сказал орк.

– Ну придут завтра гоблины, вырежут твой клан и чем станет твое слово? – спросил я, - пустотой?

Орк задумался.

– Куда ты идешь?
– наконец спросил он.

– На выход из леса, - ответил я.

– Ты точно не лазутчик гоблинов? – спросил он.

– Нет, - засмеялся я, - ты думаешь, я бы тебе ответил иначе, даже если бы им являлся? Скажу так, если бы гоблины узнали всю правду о последнем бое старого Гука на подземном озере, то сейчас бы этот лес кишел ими. И все бы искали меня.

– Ты знаешь старого Гука? – подобрался орк.

– Знал, - ответил я, - пусть его дух поскорее вернется. Клану плохо без своего шамана.

Орк сделал какой-то жест, молча поднялся и растворился в темноте.

– Они ушли, - сказала Прима.

– Надо поскорее выбираться из леса, - сказал я

– Как ты думаешь, что разбойники делают в лесу? – спросил я Приму. Мы прятались в кустах и рассматривали лагерь разбойников.

Несколько землянок, сарай, шатер вожака и навес над столом с лавками – вот и весь лагерь.

– Ну как что, - явно удивилась моему вопросу Прима, - прячутся.

– Уточняю вопрос, - сказал я, - что разбойники делают именно в этом лесу? До ближайшего поселения еще сутки пути, никаких дорог, пользующихся спросом у купцов, тут нет. Дальше за лесом в горах живут только орки и гоблины. Что они тут делают? Кого грабят? Чем живут?

– Ну я бы предположила, что в их случае уже никого не грабят и скорее доживают, чем живут, - сказала Прима, - кажется эту банду вытеснили с насиженных мест в глушь и теперь им конец.