Чтение онлайн

Татьяна торопливо огляделась, ища взглядом своего строгого «брата», и с чувством неимоверного облегчения понимая, что не находит, чуть кивнула, отвечая тем самым на предложение собеседника. Соблазн, предлагаемый ей, был велик, сопротивляться ему становилось все труднее с каждой секундой созерцания склонившегося в поклоне хозяина замка, и девушка просто не смогла удержаться.

Она даже сама не заметила, как ее рука вновь оказалась в ладони блондина, почти не поняла, что он ведет ее за собой, к месту менее людному и, соответственно, куда как более приспособленному для танцев. Лишь по прошествии нескольких, наполненных сладкими грезами наяву, минут, Татьяна осознала, что уже кружится вместе с молодым графом в каком-то мягком, медленном и безумно романтичном танце, смутно напоминающим средневековый эквивалент современного вальса. Нельзя сказать, чтобы все фигуры и шаги этого танца давались девушке с легкостью, — она и вальс-то знала не то, чтобы очень хорошо, отдавая предпочтение танцам куда как более современным, — но все же, ведомая месье де Нормондом, вполне успешно справлялась со всеми па. А вскоре, поглощенная рассказом молодого графа, нашептываемым им ей на ушко, и вовсе забыла о собственных ошибках, напрочь перестав думать о вариации и двигаясь чисто механически.

— Это случилось не более месяца назад, — тихо рассказывал хозяин замка, — Я как раз возвращался из Парижа, когда уже на выезде из города под колеса моего экипажа неожиданно бросилась бедно одетая девушка. Слава небесам, возница мгновенно натянул поводья, и бедняжка отделалась легким испугом. Я, конечно, тотчас же покинул экипаж, бросился к ней, стал расспрашивать… Она расплакалась. Из слов ее стало ясно, что брат за какую-то провинность выгнал ее из дому, идти ей некуда, существовать не на что, и она решила, что уж лучше погибнет, бросившись под колеса какого-нибудь ландо, чем будет влачить нищенское существование где-нибудь в трущобах. Чем дольше она говорила, тем более знакомой казалась мне, и в конце концов я осведомился о ее имени. Как только она назвалась, я мигом вспомнил, откуда знаю ее, — мне доводилось как-то бывать в доме ее брата, и я еще тогда подумал, что он обращается с нею достаточно строго. Но, конечно, не стал вмешиваться в чужую жизнь… Я предложил ей поехать со мной, пожить в замке, пока она не найдет более подходящий ей вариант и она согласилась. Вот, собственно, и вся история, Татин, — граф де Нормонд мягко повернул девушку в очередном па и нежно улыбнулся, — Лу живет здесь, поскольку она рода дворянского, мы не можем позволить ей трудиться наравне со слугами, хотя несколько раз она порывалась это сделать. Одевать более изысканные костюмы она отказывается, утверждая, что не достойна их. Пожалуй, я бы мог сравнить ее с ребенком, — забитая, запуганная, абсолютно подавленная своим братом, она только недавно начала приходить в себя, стала как-то веселее и оживленнее.

Молодой человек замолчал, продолжая мягко вести партнершу в танце, и не переставая ласково улыбаться ей. Татьяна, не имеющая ничего против его действий, но несколько недовольная столь неожиданным окончанием повествования, заинтересованно прищурилась.

— Вы обещали рассказать о своих отношениях с ней, разве нет?

Эрик внимательно взглянул на собеседницу, а затем неожиданно улыбнулся шире.

— Вам не о чем беспокоиться, Татин. Луиза — моя неожиданно обретенная сестра, но не более того. Та близость, о которой вы упоминали, — всего лишь родственные чувства. Ведь вы, насколько я вижу, тоже довольно близки со своим кузеном.

— Братом, — девушка очаровательно улыбнулась и, одновременно поясняя и оправдываясь, добавила, — Винсент всегда будет для меня более братом, нежели… — взгляд ее скользнул по окружающей их толпе народа, и Татьяна поперхнулась. Ее «более брат», стоя едва ли не на самом видном и заметном месте, сумрачно наблюдал за ее танцем с хозяином замка, скрестив руки на груди. Поймав взгляд девушки, он исподтишка погрозил ей кулаком и, резко развернувшись, скрылся в толпе. Татьяна слегка нахмурилась. Что-то в облике хранителя памяти было не так, что-то цепляло ее сознание, однако же, понять, что это, возможным решительно не представлялось. Тем более сейчас, когда рука молодого графа так нежно и ласково обвивала ее талию, а другая не менее нежно, с мягкой уверенностью сжимала ее пальцы.

— Татин?

Услышав практически над ухом негромкий оклик, девушка поспешила перевести взор на партнера, тотчас же улыбаясь ему.

— Да-да, прошу прощения. Как я сказала Ренарду, — мы с братом сегодня оба немного рассеяны, — при этих словах она заулыбалась шире, всем видом демонстрируя, что упомянутый факт необходимо признать очень забавным.

— Он не упоминал об этом, — усмехнулся в ответ блондин, — Очевидно, вы так очаровали его, что он забыл обо всем на свете.

— Да будет вам, — Татьяна неожиданно почувствовала, что краснеет и, смутившись от этого еще больше, опустила взгляд, — Я выгляжу ненамного лучше Луизы. Впрочем, как я успела заметить, ее вид отнюдь не смутил какого-то молодого человека…

— Смею вас заверить, вы здесь прелестнее всех, — совершенно искренне произнес молодой граф и, на мгновение выпустив руку партнерши, мягко приподнял кончиками пальцев ее подбородок, — А сейчас особенно. Когда вы краснеете, кажется, будто закатное солнце отражается на ваших очаровательных щечках, это волшебное зрелище, — видя, что девушка смутилась окончательно, граф де Нормонд отпустил ее подбородок и, не скрывая мечтательной улыбки, заговорил на другую тему, — Что же до того молодого человека, которого вы упомянули, то это, очевидно, Роман, мой младший брат. Его всегда привлекало все необычное, не вписывающееся в общепринятые каноны, посему, как мне кажется, Луиза для него — идеал женщины. Она ведь не стремится угнаться за модой, в отличие от большинства наших знакомых дам, не думает о развлечениях, не проводит время в праздных утехах… — музыка закончилась и хозяин замка, завершив танец, с явной неохотой выпустил девушку. Та вздохнула с некоторым облегчением и все же не удержалась от вопроса.

— А кто идеал для вас?

— Разве вы не догадываетесь? — Эрик аккуратно взял руку собеседницы в свою и неожиданно дотронулся губами не до тыльной ее стороны, а до ладони. Татьяна, не зная, что ответить, глупо заулыбалась.

— Я вынужден отойти сейчас, — граф де Нормонд, оглядевшись, тихо вздохнул и, приблизившись к девушке, интимным шепотом, явно демонстрируя, что сообщает великую тайну, прибавил, — У хозяина вечера такое обилие дел… Однако же, я обещаю вам вскоре завершить их и вновь составить вам компанию.

— Буду ждать с нетерпением, — почти выдохнула Татьяна, с трудом отрывая восхищенный взгляд от своего собеседника и с сожалением высвобождая ладонь из его руки. Молодой человек, одарив девушку еще одним нежным взглядом, наконец отошел, скрываясь в толпе, и последняя, ощущая, как гипнотическое очарование, владевшее ею во время общения с ним, постепенно исчезает, медленно огляделась. Похоже, пришла пора отправляться на поиски своего «кузена», дабы выяснить причину его неприличных жестов, и в категорической форме внушить, что делать их совершенно не следовало.

Хранитель памяти нашелся на одной из небольших скамеечек, стоящих вдоль стены. Сидел он на ней с таким независимым и умиротворенным видом, что казалось, словно он и не поднимался на ноги, и не бегал только что едва ли не на другой конец зала, дабы погрозить названной сестре и испортить ей удовольствие от танца с графом. Правда, последнего-то ему как раз сделать не удалось, но девушка, пылая справедливым гневом, твердо вознамерилась высказать мужчине все, что она думает о нем, и о его попытках помешать ей воспользоваться ситуацией и хорошо провести время.

— Побегал в тесной обуви и снова устал? — до крайности ехидно осведомилась она, скрещивая руки на груди, что, кажется, не совсем вписывалось в облик средневековой дамы, — Быстро же ты передвигаешься в ней.

— Ты это о чем? — мужчина, словно лишь сейчас заметив ее, медленно поднял голову, отрываясь от чрезвычайно внимательного созерцания собственных ног.

— О том! — огрызнулась Татьяна и, грозно нахмурившись, даже уперла руки в бока, чтобы произвести на собеседника большее впечатление, — Танцевать с Эриком — не преступление, и твои угрозы…

— Ты танцевала с Эриком? — Винсент, словно только сейчас узнавший о сем вопиющем факте, даже приподнялся от возмущения, негодующе глядя на свою неугомонную «сестрицу», — Кто тебя просил?!

Девушка усмехнулась и безмятежно пожала плечами.

— Эрик. Если бы я начала отбиваться от него с воплями «мне братик не велел», было бы подозрительно, ты так не думаешь? Надо было сначала разобраться, а уж потом грозить мне кулаком!

Хранитель памяти вновь устало опустился на скамейку и лениво махнул рукой.