Чтение онлайн

Шаттл прибыл через десять минут и привычным для меня образом втянул нас в своё нутро. «Блин, забыл предупредить» - подумал я глядя на ошарашенный вид мамы. Еще бы, полсекунды назад стояли у реки, отмахиваясь от гнуса, или как там эта пакость называется, и вот уже в салоне, слишком сильно похожий на самолетный.

– Ну что ты застыла соляным столбом, как жена Лота? – спросил я маму, бросая сумку на пол – Снимай рюкзак и пошли усаживаться. Мы на борту. Давай помогу.

– А? – очнулась мама – Какого Лота?

– Мы в шаттле уже, говорю. Хочешь наш взлет посмотреть?

– Как в шаттле? – не поняла мама – Мы же только что там. И комары. И уже здесь?

– Ну извини. – развел я руками – Трапа, ковровой дорожки и почетного караула в этот раз не было. Привыкай. Это один из способов как попасть на борт, так и покинуть его. Довольно удобно, кстати. Да сними ты этот рюкзак, наконец! На пол, вон, брось – и всё. Вон два кресла. Устраиваемся.

– А окошечки где? – немедленно спросила мама, садясь в кресло у стены – А почему ремней нет?

– Будут тебе сейчас окошечки. – усмехнулся я и попросил Пома вывести трансляцию с оптического датчика расположенного с нашей стороны на стену.

– Ай! – взвизгнула мама и отшатнулась ко мне, вцепившись в руку, когда стена, возле которой она сидела, внезапно пропала. Хорошо, что мы до сих пор висели на месте.

– Спокойно! Тихо! Это всего лишь трансляция. Как на телевизоре. Стена никуда не делась. Протяни руку и можешь пощупать.

– Правда? – мама осторожно вытянула руку, нащупала внутреннюю обшивку и, убедившись что целостность корпуса летательного аппарата не нарушена, выпустила воздух сквозь зубы: – Ну его нафиг, такие шутки. Верни всё назад лучше.

– Точно? – спросил я – Мы сейчас в космос полетим. Уверена, что не хочешь свой первый полет посмотреть?

– Я уверена, что не хочу помереть от разрыва сердца. От страха. Возвращай.

– Ну, как знаешь. – стенка вернулась к первоначальному виду – А сейчас дай мне немного с Помом пообщаться, пожалуйста.

Мама уже была в курсе про мыслесвязь и согласна кивнула. Я прикрыл глаза и мысленно позвал:

– Пом!

– Да Стас?

– От искина рейдера так и не было ответа?

– Пока нет, я бы сразу доложил. Марс сейчас расположен не очень удачно, относительно Земли.

– С другой стороны Солнца?

– Почти.

– Тебе искин шаттла доступ к управлению дал?

– Нет, но… – многозначительно промолчал диверсионный искин, занявший ведущее место.

– Понял. Ладно, давай отмашку шаттлу. Пускай действует по протоколу. И покажи мне отлет.

– Принял.

Перед внутренним взором появилась картинка удаляющейся планеты, голубое небо вокруг начало наливаться сначала синевой, затем чернотой, появились звезды.

– Что-то тяжеловато пошли, тебе не кажется? – спросил я Пома.

– Антигравы работают на пятидесяти процентах мощности. Два из шестнадцати маневровых – меньше чем на пятнадцати процентов. – доложил Пом.

– Мы хоть до Марса доберемся? – забеспокоился я.

– Вполне. – заверил Пом – Я контролирую ситуацию.

– Что-то не помню я такого тяжелого взлета в прошлый раз. Впрочем, мне тогда и сравнивать было не с чем. Ладно. Как только искин откликнется – сразу на меня его переключай. Сколько добираться будем?

– Минут тридцать. – ответил Пом.

– Прин. – ответил я и открыл глаза – Ну вот и все. Уже полетели.

– Уже?! – поразилась мама.

– Уже. – подтвердил я.

– А где это… - она потрясла рукой в воздухе.

– Ключ на старт? Есть на старт! Зажигание! Есть зажигание! Грохот, тряска, «поехали» и перегрузка, которая у тебя кишки через одно место выдавливает? – весело спросил я.

– Ну да. – немного смутилась мама.

– Осталась землянам. Тут действуют гравитационные компенсаторы, так что мы ничего не почувствовали.

– Даже как-то и не интересно. – пробормотала мама.

– В Солнечногорск вернемся – покатайся на ЛиАЗе. – предложил я – Там всего этого и без космических кораблей полно.

– Не-не-не. – отказалась от сомнительной чести мама – Я как-нибудь тут. Скромненько. Слушай, а можно опять трансляцию ээээ… Ну, стенку прозрачной сделать?

Пожав плечами я через Пома включил трансляцию внешнего вида и мама уставилась в черноту, с бусинками звезд и далеких галактик. На что там смотреть? Самое интересное, взлет, она прозевала. Ладно. При посадке наверстаем.

– Искин РС17543940 среднего рейдера дальней разведки «Крылья Эльмы» вызывает неизвестного. Назовите себя! – раздалось в моей голове на языке Джоре минут через пятнадцать, и я показал маме жестом «меня не беспокоить».

– Станислав Ветров. Искин принять коды управления! – «А вдруг откажется?» - мелькнула мысль.

– Принимаю.

– Пом. – отфутболил я запрос персональному искину.

– Коды передал. – подтвердил Пом.

Секунда ожидания… Две… Три… Пять…

– Коды приняты, добро пожаловать, капитан. – отозвался еще не Номад. Ффух! Хорошо, что он моего биологического возраста не знает, по мыслесвязи голос не передается. Между тем искин продолжил: - Капитан, получите отчет о…

– Отставить! – ответил я – В наличии есть функционирующий ремонтник?

– Один ремонтный дроид. – подтвердил искин – Заряд накопителей менее одного процента.

– Задача номер один: заменить топливные стержни текущего реактора. Задача номер два: подготовить к передаче на борт шаттла один персональный искин ПА-7 и два легких скафандра «Призрак», с расширениями до среднего штурмового. Один комплект расширений без вооружения. Задача номер три: протянуть фал от места посадки шаттла до точки проникновения в корпус рейдера, где сейчас ты находишься. В твоём хранилище системы жизнеобеспечения еще действуют?

– Так точно, капитан.

– Исполнять!

– Есть.

– Почти прилетели. – сообщил я маме, открывая глаза.

– Так быстро? – удивилась она – А где он?

– Кто?

– Марс.

– Пом? – позвал я помощника.

– Прямо по курсу, с этого ракурса не видно. – отозвался Пом.

– Нууу. Дай обзор со всех датчиков, хотя нет… Пол под ногами оставь. И на Фобосе маркер поставь.

– Исполняю.

Мы сидели в пустоте космоса, только оставшийся под ногами пол и кресла показывали, что мы еще в шаттле. Впереди, в ничем не примечательную пылинку уткнулся курсор маркера с постоянно меняющимися цифрами, показывающие дистанцию. Мама только разок ойкнула и замолчала, пораженно крутя головой. Всю эстетику безобразно портили наши рюкзаки-сумки, сваленные впереди. Они же являлись и якорем для психики впервые вышедшего в космос человека.