Чтение онлайн

Из рабочей общаги Сергея выкинули, так как на автобазе он уже не работал, так что ему осталось только забрать документы, повздыхать о пропавших немногочисленных пожитках и двигать в Москву. Вернее, в область. Где прописаться в нашем доме и вступить в должность заместителя директора кооператива. Дальше они там что-то с мамой начали крутить, перед тем как она полностью повесила эту шарашкину контору на шею Номаду. Я особо туда и не лез зная, что, если Номад взялся за дело – лучше ему не мешать. Привлекли меня к этому делу всего три раза. И то, исключительно для того, чтобы воздействовать своими способностями при переговорах сначала в администрации города, как я по привычке называл оплот бюрократов, что там на самом деле было, райком, горком, горисполком – не интересовало. Второй раз при таких же переговорах на территории Клинских хлебо- и мясокомбинатов. Ох на мясокомбинате и вонь была – ужас. В первом случае, насколько я понял, речь шла о территории и финансировании. То ли кредит, то ли заём, или как он там назывался. Короче – легальное получение средств для старта. Во втором – договаривались о поставках. Ну а я скромно подождал в приёмной, с увлечением просматривая журнал «Техника - Молодежи». В итоге – все переговоры увенчались успехом и в стратегически важном месте, рядом с железнодорожной платформой в Солнечногорске появился один из первых кооперативных круглосуточных ларьков, официально торгующий хлебобулочными и колбасными изделиями. Судя по тому, что через полгода мы-таки приобрели автомобиль, а через год Сергей Павлович въехал в новую кооперативную квартиру в Москве, где и стал мутить дальше свой бизнес, сменив род деятельности, куда позже перебрались и мы, всё это затевалось с целью, как сейчас бы сказали, «отмывания денег», полученных в Грузии.

Заглянул я как-то раз в тот ларек. По нынешним меркам – анархия полная. Хлебобулочные и колбасные изделия в одном помещении. Хотя стоит признать, что все единицы батонов-плюшек-ватрушек были упакованы в одноразовые пакеты, по моде две тысячи десятых, и колбасный аромат не впитывали. А сами колбасные изделия хранились не в ящиках под прилавком, что зачастую встречалось и в государственных магазинах, по которым, в таких условиях, разгуливали всякие мухи, тараканы и прочая мерзость, а ночью подтягивались кое кто посерьезней, с серой шерстью и голым хвостом. Хранились в холодильных камерах, две штуки которых стояли внутри ларька. На витрину был выставлен только образец продукции с ценником. Да и продавщицы. С хамоватыми, привыкшими к покорным глазам покупателей, моложавыми тетками лет под 50 с золотыми зубами Номад дел иметь не хотел. Вполне возможно, и из-за моих воспоминаний. Так что покупателей днем обслуживали две молоденькие девочки, в симпатичной униформе, с приклеенными доброжелательными улыбками на лицах и пожеланием «Спасибо, приходите еще» даже в ответ на «Чтоб вы сдохли, кооператоры проклятые».

Как Номад решал вопросы с официальными проверяющими и криминалом – не знаю. Как-то решал. Судя по тому, что один раз прошел слушок, что где-то под Солнечногорском бандиты поубивали друг друга – решал кардинально. Ибо я такого эпизода из своего детства не помню. Пост ГАИ на пересечении Ленинградского и Пятницкого шоссе в черте города расстреляли – было дело. А вот бандитские разборки… Не припоминаю. Всё это было в больших городах. У нас более-менее спокойно происходил первичный этап накопления капитала.

Идея Номаду понравилась настолько, что через некоторое время после Сергея Павловича на территории США, в хосписе при больнице какой-то там святой, вышел из комы Роберт Бейнар. Потомок еврейских эмигрантов из Польши. Семейству не повезло проснуться во время ограбления собственного дома полгода назад. Родителей Боба положили на месте, сам Роберт получил две пули в грудь и впал в кому. Страховку семейство оплачивало исправно, так же исправно ее исполнила и страховая. Здесь Роберту особо никто медицинские услуги не навязывал. Хочешь идти? Подпиши эти бумаги – и на все четыре стороны. Через полгода Роберт разобрался со всеми юридическими делами, наследством, нападением и так далее, взял кредит под залог дома и открыл собственную инвестиционную фирму. Пройти мимо инсайдерской информации по котировкам на биржах Номад не мог. Сначала был какой-то затык с лицензией, потом лицензию удалось получить, за полгода частично погасить кредит, после чего открыть фирму уже в офшоре. К тому времени Сергей Павлович перебрался в Москву и организовал совместное предприятие с фирмой Роберта Бейнара. После чего Номад начал крутить сам с собой какие-то аферы.

Тела доноров пошли в биолабораторию Номада. У обоих уже начались необратимые изменения мозга и, даже если тело можно было вылечить, на выходе получили бы двух слабо соображающих идиотов.

Сам Номад к денежным знакам относился как к легкодобываемым ресурсам. Не более того. Астероидный пояс в Солнечной был не особо богатым. Ковырять планеты он посчитал слишком трудозатратным. Легче было обменять уже добытое землянами на бумагу. Ну и у мамы появился официальный доход. И ОБХСС уже не будет интересоваться «а откуда, интересно, у вас взялась сумма на приобретение автомобиля ВАЗ-21063».

В течении года ближайшие родственники прошли через медкапсулы рейдера. Единственное моё условие было – в бессознательном состоянии. Даже для родного брата. Мама, слава богу, с понимаем отнеслась к моему требованию, особенно узнав каким образом Миша меня подставит в будущем. Нет, отношение к нему не изменилось, но то, что посвящать во все эти дела его не стоит и держать подальше от больших сумм денег – согласилась. Я вообще поражаюсь, как она до сих пор не растрещала обо всём своим подружкам и, тем более, своим родителям. Да тому же Мише. Нет, признаю, руку я к этому приложил, внушая ей, что об этом говорить нельзя ни в коем случае. Но те возможности пси воздействия, которые были у меня сразу после появления в этом времени, не шли ни в какое сравнение с тем, что я имел при отбытии, и которые заметно подтянулись после установки симбионта. Может так звезды сошлись, может так Номад в медкапсуле при первой обработке повлиял, может быть и моя ежедневная обработка при доводах дала эти результаты. А может и всё сразу, но факт остается фактом. Для мамы вот эта тайная жизнь для непосвященных стала не то, что тайной. Для посторонних ее вообще не стало. Обо всём этом можно разговаривать только наедине, будучи уверенным, что никто не подслушает. Ну, кроме любимицы-Ночки. Да и то, в последнее время и на нее начала с подозрением поглядывать. Видать дошла до раздела базы, где изучалось как с помощью домашнего питомца можно устранить объект. Или устроить локальный теракт на площади… Тут все от размеров питомца зависит. Среднестатистического кота хватит для того, чтобы пронести и подорвать капсулу с отравляющим веществом достаточную для того, чтобы накрыть объем в трехэтажный коттедж. Метров под триста квадратных. Даже если кто и выживет после первичной атаки, скончаются спустя двое-трое суток в больницах. Антидота для яда из арсенала Джоре здесь не существует, как и медкапсул…

В один прекрасный день она свалилась буквально на голову с заявлением «Я могу управлять шаттлом самостоятельно». Хорошо, что это было в субботу вечером.

– И что? – ответил я – Поздравляю.

– Стас, ты не понимаешь… Мне страшно лететь одной. – ответила мама.

– Ты же уже летала. – не понял я – И не раз. И тренажер прошла, раз Номад дал разрешение на самостоятельный вылет. Да и сам Номад подстрахует.

– Номад с тренажером – это одно. – заявила мама – А живой человек с опытом пилотирования – совсем другое. Тебе трудно со мной первый вылет совершить?

– Да нет. – пошел я на попятную – Тогда выполним рейс на восстановление инфраструктуры, чтобы порожняком не летать. Вторым пилотом я побуду, но на Фобос придется заглянуть, взять оборудование. Готова?

– Пускай Номад до Фобоса доведет и загрузит, дальше я сама попробую. – ответила мама.

– Дальше тебе и так, и эдак самой придется. Номад не дотягивается. Давай старт к Номаду. – сказал я.

Загрузившись в шаттл отправились к Фобосу. По дороге предложил маме попрактиковаться, но она, почему-то отказалась. Как сказала, «пока не готова». Чему там готовится? Ведь на тренажере уже сто раз должна была все отработать.

– Номад Стасу.

– На приеме.

– Доставить к посадочной площадке три стержня питания для реактора СР-7М. Доставить к площадке четыре спутника ретранслятора СР-19М1. Исполнять.

– Принял, шеф…

– Это зачем? – поинтересовалась мама в голос, пока мы смотрели как на маркере Фобоса уменьшаются цифры, показывающие расстояние.

– Скинем ретрансляторы и оживим буксир в нашем астероидном поясе. – ответил я.

В ответ мама промолчала. Мы лихо припарковались на шаттле около обломков. Вот хорошо, что тут пыль отсутствует и Номад уже раскинул маскировочную сеть. Дроиды быстро закинули ретрансляторы и топливные элементы.

– Погрузка завершена. – проинформировал Номад.

Ну? – я посмотрел на маму – Бери управление. Ты же знаешь, что нужно делать? Базу выучила? Тренажерку прошла? Одобрение Номада получила?

– Ну да… - она глубоко вздохнула. Мы с Виталей меньше волновались – Номад Тень-два.

– На связи Тень-два. – тут же отозвался Номад

– Прошу вектор на сближение с шахтерским комплексом.

– Приблизительный маршрут построен. – сообщил Номад – В узловых точках прошу осуществить сброс ретрансляторов.

– Приняла. – ответила мама – Разрешите взлет в ручном режиме?

– В ручном режиме? – уточнил Номад.

– Да! – недобро покосившись на меня, сказала мама.

– Ты уверенааа… – всё, на что меня хватило. Ибо маман, кроме резкого подрыва с поверхности Фобоса, еще и мощность гравикомпенсаторов в обитаемом пространстве уменьшила до номинала земной.

Номад тут же разразился целой трелью о недопустимости и так далее. Мама же, с легкой улыбкой, смотрела как я оживаю в кресле второго пилота.