Чтение онлайн

— И что мне теперь? За собственной женой бегать? — химик приосанился. — Вообще-то у меня тоже гордость есть.

— Изначально за тобой грешок был, так что гордость засунь себе куда подальше и действуй. У тебя два варианта, покупаешь букет цветов и приходишь к теще. Отдаешь ей цветы и забираешь жену.

— А второй какой?

— А второй более радикальный. Начало такое же, только букетом по морде теще – и забираешь жену. Вариант выберешь, исходя из того, как тебя там встречать будут — с белым флагом или баррикады поставят. По обстановке действуй. Но я за первый вариант, конечно. Не можешь победить врага — сделай его своим союзником. Хитрость прояви и смекалку.

— Спасибо, Андрей. Вот поговорил с тобой, и на душе прям полегчало. Ты почаще забегал бы ко мне на чаек. Я нынче листьев смородины насушил мешок целый. Знаешь, какой из них чай получается! А какие цветы лучше купить? Ты, может, разбираешься?

— Розы, конечно, они цветы универсальные. Как для первого варианта подойдут, так и для битвы, с шипами потому что…

Химик повеселел, разглядев какую-то перспективу, а вот мне теперь было не до веселья. Как будто меня вернули на поле с надписью “старт” – а я-то думал, что почти добежал до финиша.

***

Суббота сразу не заладилась. Вначале молоко убежало, когда я пытался сварить кашу в первый раз без материнской помощи, потому что с самого утра она на рынок уехала за бараниной, пока не разобрали. В магазинах Новоульяновска такое мясо трудно достать, а баранчик для ее фирменного плова, ох как нужен был. И пришлось маме в выходной сорваться, а мне кашеварить.

Потом, когда брился, порезался и наклеил на щеку кусочек “Известий”. Лезвиями для безопасных бритв “Нева” порезаться непросто, не такие уж они и острые, но я умудрился. Привык в прошлой жизни скрести станками-картриджами, а такими сто лет не пользовался. Хотя в будущем “Неву” никакие картриджи так и не вытеснят. Как без них карандаши точить, аквариумы чистить и двойки в дневниках стирать? Хотя нет, последнее с приходом электронных дневников уже не актуально. А в этом времени – очень даже да. Главное под лист зеркало подложить, тогда аккуратнее получается. Почему именно зеркало, а не стекло — кто его знает, но разница и правда есть. Наверное, магия какая-то.

Позавтракав наспех приготовленной яичницей и проглотив стакан чая с “Юбилейным”, собрался как на свидание. Надел новые брюки и новую рубашку. Посмотрел в потемневшее зеркало трюмо: ни дать ни взять - жених. Вот потому-то Сонька на меня и запала. Восемнадцатилетним юнцом от меня сейчас и не пахло. Плечистый статный парень с мордой немного пролетарского кроя, но вдумчивыми и пронзительными глазами и широким лбом. Лоб большой, значит, ума палата.

Покрутился, осмотрел свой наряд, поморщился. Штаны и рубашку мне мать купила, и все-таки такой наряд даже сейчас выглядит немного старомодно. Еще не так давно модной считалась даже та одежда , что сшита дома бабушкой или мамой, которые таким хитрым образом боролись с дефицитом одежды. Но сейчас самопошив перестал быть актуальным. Покупать ткань и шить по выкройкам из журналов теперь не очень популярно. Потому что в моду вошли заграничные вещи — джинсы, кроссовки и прочая фарца — которые невозможно произвести в домашних условиях.

Теперь сразу видно, кто честным трудом зарабатывает, а кто родился в семье дипломата или директора Гастронома (последние даже побогаче жили, чем дипломаты). В лексикон вошло выражение “фирмА”. Ёмкое “исконно русское” слово, обозначающее всё качественное, модное и дорогое, что удавалось достать из-за бугра.

Но я не привередливый. Обойдусь и без джинсов. Не готов я отдавать за штаны с этикеткой ”Levis” целую зарплату. Пусть я не самый модный парень на деревне, но девки меня и так любят. Особенно некоторые рыженькие…

До дома, где жил Олег, я добрался на автобусе. Вороновы вручили мне пасынка с большой радостью, а когда узнали, что я поведу его в парк на аттракционы, даже денег хотели дать, чтобы подольше там его развлекал и не торопился обратно… От денег я отказался, уж на что-что, а на карусельки заработал. Конечно, зарплата у меня не как у главбуха Евгении Петровны (Олег называл ее тетей Женей, а не мамой), но не меньше, чем у ее мужа доцента.

Вороновы даже до парка нас на своей машине подкинули. Не пришлось трястись на автобусе.

Мы вылезли из автомобиля, и приемная мамаша вдогонку уже выдала мне “ЦУ”, что Олежку мороженым не кормить, а то горло заболит, сладким тоже в меру угощать, чтобы не слиплось.

После чего парочка укатила по своим делам. Судя по их сияющему виду, сегодня у них наконец, намечался романтик, впервые за несколько недель они снова смогут побыть одни. Судя по всему, раньше они такое не особо ценили и принимали как данность, а теперь умчались от нас на желтой копейке со скоростью звука. Не думал, что копейка так с места стартовать может. Алексей Владимирович лихач оказался, а с виду очкарик.

День выдался погожий, припекало не по-осеннему. Аллеи парка забиты праздным людом, мамочками с колясками и стайками молодежи, что кучковались на отдаленных лавочках с гитарами, скромно покуривая.

Курение пока не считается особо вредной привычкой, даже в самолете можно было дымить, а персонажи советских фильмов в кадре вообще не расставались с сигаретой. Вся пропаганда вреда курения сводилась лишь к малопопулярным публикациям в специализированной прессе — вроде журнала “Здоровье” и наглядной агитации в виде плакатов и календариков с лозунгами типа: “Раннее старение — результат курения”.

— Жалко, что мороженое нельзя, — вздохнул Олег, разглядывая пухлого фактурного школьника, напоминающего персонажа из “Ералаша” (”Да… Жаль, что у тебя нет мандарина”), что сидел на лавке и уплетал эскимо на палочке.

— Кто сказал, что нельзя? — подмигнул я ему.

— Но тетя Женя велела…

— Правила нужны, чтобы их нарушать (Макаренко из меня тот еще), — я потянул Олега за руку к киоску с незатейливой вывеской “Мороженое” и, отстояв положенную очередь, вручил ему эскимо за одиннадцать копеек.

— Спасибо, дядя Андрей! Последний раз мне мороженое мама покупала.

— Называй меня, просто Андрей, договорились? Мы же друзья?

— Конечно, друзья!

— И тете Жене не обязательно рассказывать о наших с тобой делах. Она женщина хорошая, но у нас должны же быть свои тайны? Согласен?

— Тайны? Ух ты! Как интересно… У меня никогда не было тайн, мама всегда заставляла все ей рассказывать.

— Запомни, Олежка, у мужчин всегда есть и будут маленькие тайны. Но это не значит, что ты должен врать и совершать что-то плохое. Тайна тем от вранья и отличается, что никому вреда не причиняет.

— Привет! — сзади послышался знакомый девичий голос.

Я недоуменно обернулся:

— Привет, а ты чего здесь?

— Ну как же? — сияла Соня, играя лучиками солнца в огненных рассыпавшихся по плечам волосах. — Ты же сам сказал, что в парке гулять будете, вот я и решила к вам присоединиться. Уже час как дожидаюсь.

— М-м… Ты не говорила, что приедешь…

— Сюрприз! — Соня подпорхнула ближе и, обдав меня ароматом лаванды, чмокнула в щеку. — А ты что, не рад? — сквасила она личико.