Чтение онлайн

Лицо гулящей тетеньки не разглядеть, но, судя по голосам, настроение у обоих прекрасное. О чем-то даже шутят. Слышен сдерживаемый смех. Парочка зашла в дом и заперла за собой дверь.

Я вылез из укрытия и прильнул к окну дома. Стекла в инее, да еще и завешены изнутри чем-то вроде дырявой мешковины. Шторы в стиле лофт, блин. Я пытался разглядеть, что происходит внутри, но нихрена не вышло. Черт. Прислушался. Голоса попритихли. Парочка явно занималась не беседами. И где он с дамой дружит? На полу прямо, что ли? Не потащит же он ее в свой секертный погреб.

Постоял, подождал. Ничего не происходит, вроде, никто никого не убил.

— Андрей, — выбравшись из черноты, прошептал Катков. — Пойдем уже. Я замерз.

Его плечи передернулись, и он втянул голову в шею.

— Иди, — отмахнулся я. — Я еще подежурю. Что за бабу он привел? И зачем?

— Ну, ясно зачем… — оскалился в какой-то немного грустной улыбке Катков. — Он хоть и питается силой Земли, но женщин любит. Это сразу видно. Много их в его пастве.

— Вот, учись, Леха… Мужику под сраку лет и ходит как бич, а женщин у него — целая стая.

— А мне не надо много, — прошептал Алексей и вдруг заговорчески добавил. — Я одну люблю.

— Кого это? — вскинул я на него бровь. — Свету, что ли?

— И ничего не Свету! — по-детски стал отмахиваться Катков. — Какая тебе разница?

— Никакой, пока твоя любовь никому вреда не приносит. Но смотри, чтобы кукушка на этой почве не свистнула. Были у меня знакомые, что от неразделенных чувств чудить начинали. А ты человек в погонах. Самое чудное, что тебе дозволено делать, это петь в туалете. А в остальном, сам понимаешь, примером для граждан должен быть. Чтобы милицию уважали.

Я сам удивился своим словам. Никогда не был образцом поведения, но все-таки время сейчас было такое, что как-то очень хотелось честь мундира держать.

— Зря я тебе рассказал, — даже в темноте я чувствовал, как Катков покраснел.

— Да не боись ты, не выдам. Но ты, Алеша, замков воздушных не строй, реалистом лучше будь. Можно всю жизнь жар-птицу безуспешно пытаться поймать, когда вокруг столько синичек скачет.

— Синички мне не интересны, — мечтательно проговорил Катков. — А вот жар-птица…

Неожиданно брякнул откидываемый крючок. Входная дверь распахнулась. Мы прижались к стене и потихоньку отошли за угол. На крыльцо вышла гостья в сопровождении Ивана. Гуру обнял женщину и смачно шлепнул ее по заднице. Та приглушенно хохотнула, играючи вырвалась из объятий и, оглядываясь на бородача, направилась в сторону калитки. Миновала изгородь и через несколько секунд скрылась в темноте. А Погибов все стоял и смотрел ей вслед. Казалось, он чего-то ждал. Пока он тут статую изображает, нам со двора не выбраться. Ну, что ж, подождем.

— Я знаю, что вы здесь, — вдруг проговорил Иван. — Выходите…

Я аж вздрогнул от неожиданности. Твою мать! Как он нас вычислил? Катков громко сопел или “старец” следы на снегу в темноте сумел разглядеть?

В любом случае, прятаться больше не имело смысла. Я вышел первым. Лучшая защита, это сразу в морду. Поэтому я перешел в наступление:

— А прихожане знают, что у вас, так сказать, есть любимица? Или любимицы?

— А что? Законом запрещены отношения между мужчиной и женщиной? — бородач прищурился.

— Как-то странно, вы проповедуете отречение от земных благ и сами нарушаете свои заветы, — продолжал я наседать.

— Любовь не благо — она приводит к деторождению, которое никак не идет в разрез с моими убеждениями. Мы плодим себе подобных. В этом и есть предназначение человека и природы.

О как запел герой-любовничек. Оказывается, не снегом единым…

— А не боитесь, товарищ Погибов, что муж этой гулящей все узнает? Про ваши грандиозные планы на деторождение?

— Против природы не попрешь. Все мы дети Земли, — включил Иван режим проповедника, а потом сам перешел в наступление. — А позвольте поинтересоваться, зачем вы подглядываете за чужими окнами?

Ага… Значит, он еще не обнаружил, что замок в его погребке вскрыт. Предъявил нам только слежку.

— В целях безопасности той самой женщины, которая была у вас. Вы прекрасно знаете, почему мы здесь, по какому делу.

— Вы все-таки считаете, что я причинил вред тем пропавшим?

— Я так не говорил, но нам довольно-таки любопытно было наблюдать, как к вам в поздний час заявилась гостья. Смотрелось это подозрительно, после всех ваших заявлений. Мы должны были убедиться, что с ней ничего не случится. Служба такая, понимаете ли.

Если он ждет моих извинений, то не дождется. Он мне не начальство, козырять перед ним не буду.

— В следующий раз спросите меня об этом в открытую и не прячьтесь. Спокойной ночи, товарищи милиционеры, — гуру развернулся и вошел в дом.

Последнюю фразу он произнес с какой-то издевкой. Будто знал что-то о нас такое, о чем мы сами не подозревали.

Но делать нечего, мы с Катковым направились домой.

— Как он нас разглядел? — недоумевал Алексей. — И кто это женщина, что была с ним?

На этот раз я знал не больше, чем он.

— Понятия не имею, самому интересно. Жалко, в темноте лица не видно было.

***

Я рассказал Горохову о своей вылазке в “стан врага” путем незаконного проникновения в жилище. Думал, тот будет меня корить, но получилось все наоборот:

— Молодец, Андрей, только почему меня не предупредил?

— Так вы в райцентре были, — включил я дурачка. — А тянуть было нельзя. Я же не знал, что под домом — еще дом. Думал, этот нудист скелеты там свои из шкафа прячет.

— Интересный субъект, — Горохов потер виски, помогая мозгу лучше думать. — Пенсионер КГБ… Вот это поворот. Завтра через участкового передам запрос на Погибова. Нам нужна полная информация по нему, хоть пока нам и нечем за него зацепиться.

— Информация, наверное, засекречена, — предположил я.

— Значит, рассекретим, — пожал плечами Горохов. — Не в первый раз. Тогда вот что, снова сам в райцентр поеду. Через участкового ненадежно как-то будет. Позвоню куда надо и спецсообщением запрос передам.