Чтение онлайн

— Я рассчитывал, что Сивер хотя бы дождется коронации, — продолжал тот, не замечая или мастерски игнорируя ее реакцию, — а он поторопил свою засланную к вам в дом птичку и понесся искать справедливости.

— Вы банально не успели, — подытожила Амелия.

Гидеон бросил на нее острый взгляд, словно метательный нож.

— Не успел, — произнес с явным отвращением в голосе то ли по отношению к принцу, то ли к тому, что и он сам допустил ошибку. — Сивер не поставил меня в известность, взял дворцовую стражу и помчался сюда. Когда мне сообщили, все уже было кончено.

— Не кончено, — процедила Мэл.

И глаза собеседника вспыхнули.

— Не кончено, — согласился охотно. — Все в ваших руках. Дайте мне истинного наследника, и я изменю этот мир.

Она молчала.

— Черт вас дери, Амелия. — Новый удар по столешнице. — Время истекает! Выберите, наконец, сторону. Где истинный наследник?!

Амелия не успела ничего ответить — ее опередили.

— Я здесь, — твердо произнес звонкий голос от двери.

Мэл стремительно обернулась.

— Джерри?

Подросток стоял на пороге и серьезно смотрел на присутствующих. Вошел в дом, подслушивал… Но почему? Он ведь ни разу не входил в особняк, играя с Шебой лишь снаружи…

Словно отвечая на ее невысказанный вопрос, Джерри вытянул руку и продемонстрировал ей раскрытую ладонь с лежащим на ней кулоном.

Подросток переступил порог, бросил на замершего Гидеона настороженный взгляд и посмотрел прямо Амелии в глаза.

— Верьте этому человеку, миледи, — сказал до ужаса серьезно, будто вдруг в одночасье повзрослел на несколько лет. — Он говорит правду, я слышу его мысли.

— Менталист, — кажется, в совершенном восторге выдохнул Глава Королевской службы безопасности.

Ни она, ни Джерри не обратили на него внимания.

— Я догадался еще тогда, когда вы увидели кулон. — Подросток швырнул маленький черный предмет с обрывками веревки на стол, и тот, ударившись о твердую столешницу, со звоном закружился, пока не замер, разметав кончики шнурка, словно мертвый жук тонкие усики. — Родители… Они говорили, что это подарок от деда, потом — от бабки, потом — от милорда. И я его снял.

— И в прошлую нашу встречу… — прошептала Амелия, наконец, осознав, что произошло. Она ведь тогда так громко думала о том, похож ли Джерри на своих венценосных предков…

Юноша снова кивнул в ответ на ее мысли.

И когда он с обидой сказал: «Я думал, что он мой друг». Уже тогда Джерри все понял и обиделся вовсе не на запрет так часто посещать дом.

Снова кивок.

— Боги… — Привставшая, когда в дверях появилось новое действующее лицо, Амелия без сил опустилась обратно на стул, проведя ладонью по лицу.

Но аура… Это вновь была всего лишь мысль, но Джерри ответил:

— Милорд учил меня ставить блоки.

Те самые, которые он снял прямо в этот момент. Мэл ослепило, она вскинула руку к лицу. Синяя, ярко-синяя, мерцающая — самая мощная аура менталиста, которую она видела когда-либо своими глазами.

Мальчишка усмехнулся несколько нервно — присмотревшись к нему, Амелия заметила, что его потрясывает от волнения, он просто упрямится и держится.

— Видимо, блоки у меня получились. Вы же не заметили.

Не заметила. И сама все рассказала парнишке, искренне считающему себя сыном кузнеца и доярки…

А Глава СБ вдруг поднялся на ноги, громыхнув тяжелым стулом, шагнул вперед и согнулся в глубоком поясном поклоне.

— Ваше высочество.

Джерри инстинктивно попятился. К его лицу прилила кровь, он мучительно покраснел и как-то жалобно взглянул на Амелию. Она ободряюще улыбнулась и кивнула.

«Да, малыш, ты высочество. Это твое право».

— Н-не надо, — выдавил из себя подросток, совершенно смешавшись, — поклонов.

Гидеон моментально выпрямился.

— Как пожелаете, ваше высочество. И, раз уж вы слышали, о чем мы здесь говорили, смею вам напомнить: у нас мало времени. Нам следует немедленно отправиться в столицу.

В глазах юноши мелькнул испуг, но он быстро справился с собой.

— Хорошо, но у меня одно условие! — заявил чересчур звонко, будто выкрикнул. — Мои родители поедут со мной во дворец.

Гидеон закусил губу, замявшись.

— Ваше высочество, ваши настоящие родители…

— Мертвы, я знаю. — Джерри вскинул голову, отчего волнистая челка привычно взметнулась. — Мои приемные родители поедут со мной. И милорд… — Гидеон вновь красноречиво на него посмотрел, без слов говоря, что Рэймер ему кто угодно, но только не «милорд». — Лорд Монтегрейн должен быть освобожден. Иначе я отказываюсь в этом участвовать.

— Как прикажете, ваше высочество, — на полном серьезе ответил гость. — Тогда нам тем более следует поторопиться. — И уважительно склонил голову.

Взрослый мужчина, Глава Королевской службы безопасности — перед мальчишкой в криво обрезанных штанах и стоптанных ботинках.

Цинн

До столицы добирались три с лишним часа — наследник не спешил. Когда отъехали от Монна, Сивер велел Рэймеру ехать рядом с ним, тот не спорил — какой уже смысл? Сам же принц время от времени бросал в его сторону довольные взгляды, с особым удовольствием задерживаясь на наручниках с вкрапленными в них антимагическими камнями.

Монтегрейн игнорировал и эти взгляды, и победную улыбку на лице ненавистного наследника. Хочет радоваться, пусть радуется — Джерри он все равно не получит, что бы ни придумал. Лишь бы Амелия не дала слабину, тогда принц может хоть ужом извернуться — ничего ему не светит.

Амелия… Мэл так на него смотрела, прощаясь, что Рэймер на какой-то миг испугался, что она сломается — прямо сейчас выпалит наследнику все, что знает, лишь бы тот унялся и оставил их в покое. Не сломалась, выстояла.

Он даже улыбнулся при этой мысли и тут же поймал на себе пристальный, полный подозрения взгляд Сивера. Тут же посерьезнел — перебьется, никаких эмоций ему на потеху.

А когда въехали непосредственно в Цинн, Рэймер понял, что его заставили двигаться неподалеку от наследника не только для того, чтобы тот мог всю дорогу любоваться его положением — это тоже было частью унижения. Одетый в золотые одежды, в окружении хмурых воинов и суровых магов, на белом коне, принц привлекал внимание даже тех горожан, которые не знали его в лицо. Волей-неволей притягивал взгляды и тот, кто ехал по центру процессии с наследником бок о бок. Единственный не в дорожной одежде, а в белой рубашке и безрукавке, как был одет дома, и с заметными грубыми браслетами, соединенными между собой толстой цепью, в которых на солнце особенно ярко поблескивали всем известные антимагические камни.