Чтение онлайн

Люди, исполнители — вот кто нужен. И такой ресурс могут найти Куракины. Я уже узнавал, что они через свои поместья сотрудничают со многими. Не они знаются с купцами, а приказчики, но людей в поместьях хватает и деятельных также.

— Мы подумаем, — отвечал за всех Александр Борисович. — Что ещё?

Уже не упрекает, уже думает. Вот и хорошо, пора и про «военторг».

— Вот, господа, идея «военторга». Нынче же на Кавказе война, нужно успеть к ней, — сказал я, передал ещё пять листов бумаги с записями и стал рассказывать суть предложения.

Всё просто: нужно взять под контроль всех или большинство маркитантов. На войне необходимо многое, чего, порой, и не достать здесь и сейчас, особенно, если эта война будет далеко и с логистическими проблемами.

Я предполагал уже сейчас постараться купить много товаров военного или околовоенного назначения. Те же пистолеты, порох, свинец, обувь, одеяла, плащи, продукты питания и алкоголь, бумага, чернила — да всё, что угодно, чего не будет на Кавказе или будет, но мало. А также «военторг» может заниматься тем, что станет скупать трофеи, ну, или брать их на хранение.

— А сие уместно? Не обвинит государь в преступности деяний? — с нотками испуга спросил Алексей Борисович.

— Тут всё прописано. У нас будут свои склады в Моздоке и Георгиевском. Мы лишь предлагаем купить, а уже дело всех иных, делать ли это, — отвечал я.

Идея с «военторгом» оказалась более интересной для Куракиных, чем предыдущая. В этом времени даже любой гражданский чиновник знает о военной службе немало, часто из армии и переходят в государственные чиновники. Ну, а то, как армия снабжается, знаю все.

«Военторг», по моей задумке, должен заменить и всевозможных маркитантов, которые, словно мухи, роятся возле каждого войска, а также вполне конкурировать с интендантскими службами. Последнее, конечно же, афишировать не стоит. Соперничество с интендантами может выйти себе дороже. Но когда у снабженцев проблемы с поставками, а они сплошь и рядом, и не бывает беспроблемных интендантских служб, то на помощь приходит «военторг».

Подобное новшество я собирался вводить, но гораздо позже, и никаких Куракиных к тому привлекать не думал. Полувоенизированный «военторг» — это замечательное прикрытие чуть ли ни для маленькой армии. Первоначально охрану я запланировал нанимать из казаков. Узнавал, такие услуги вполне возможно приобрести и у донцов, и у иных станичников. После же постепенно охрану думал заменять на своих бойцов. Так что военторговцы будут заниматься не только продажей или скупкой, но и получать реальный опыт в бою, как особые иррегуляры.

— Есть у меня в Надеждино один отставной прапорщик из детей солдатских. Выслужился из солдат и смог сам получить офицерский чин. Ещё не стар, сорок годков, притом разумник такой, что ещё поискать, — сказал Александр Борисович.

— Так вот, господа, я о том и говорю, что по всем имениям можно сыскать людей, которые и грамоте обучены, и до коммерции приспособлены, вот их и стоит привлекать, — сказал я, внутренне ликуя, так как видел, что идея о «военторге» пришлась по душе моим собеседникам.

Безусловно, если бы я в своей презентации проекта делал акцент на то, что «военторг» — это лишь коммерческая организация, которая будет призвана облапошить офицера или даже какого-нибудь солдата, что, по сути, и должно происходить, то идея вызвала бы крайне жёсткую критическую оценку. Только я всё больше прибегал к таким фразам, как «призван помочь армии», «облегчить переходы войск», «сделать солдатскую кашу сытнее» и нечто подобное по смыслу. Так что «военторг» видится, как некая патриотическая организация, которая придёт в случае необходимости на помощь.

— Я займусь этим, — сказал Степан Борисович. — Есть и у меня людишки способные. Но ты, Александр, присылай своего инвалида [в понятии ветеран].

— Не спеши, Степан, — сказал Александр и с прищуром посмотрел на меня. — На каких паях будет тот «военторг»? Господину Сперанскому десятая доля, а как далее нам решить?

И кто здесь мне только что говорил, что он ни разу не коммерсант? Торговаться мы начали, словно нет никакой сословной разницы, будто на восточном базаре. Я сдавать свои позиции в «военторге» не был намерен. Потому как планировал использовать его для разных нужд. Если от продажи леса нужны только деньги, то «военторг» — намного больше, чем заработок.

По итогу вышло так, что мне пришлось вложить в дело двенадцать тысяч, при том, что выторговал я себе лишь восемнадцать процентов. Может показаться, что я прогадал, но нет, я почти уверен, что долю Алексея Борисовича смогу выкупить, как и перехватить управление «военторгом». Фавор Куракиных должен через пару лет несколько ослабнуть, а вот я через те же пару лет рассчитываю быть более значимой фигурой. Ну, а если мне не получится подняться вверх по карьерной лестнице, то и большинство начинаний и планов окажутся бессмысленными.

После долгих споров и торгов я уже размышлял о том, стоит ли говорить, как мне кажется, о самом вкусном, но здесь время поджимало. Ещё два года — и мы не сможем быть первыми.

— Ваши Сиятельства, самое прибыльное я оставил напоследок. Не сочтите за дерзость, но то, что я знаю, стоит весьма и весьма дорого. Я же хочу заиметь, не вкладываясь более деньгами, двадцать долей. Без торгу, господа, — сказал я, чем вызвал недоумение и даже некоторую брезгливость со стороны братьев.

С чего это они будут давать своё слово, если даже не знают, о чём пойдёт речь? Однако, я заручился обещанием, что в случае интересного проекта мне пойдут навстречу.

— Господа, вам нужно купить земли у городка Миасс. Я узнавал, что владельцы Миасского медеплавильного завода тяготятся наследством, доставшимся от дядюшки. Там два наследника, Иван и Николай Максимовичи Лугинины. Заводик, как я понимаю, работает не в убыток, но великого дохода не приносит, — к теме миасского золота я подходил издалека.

Знал я о нём, так как ещё в школе отлично учил географию, а после неплохо учился в университете. О богатствах России кое-что, да знаю. Вот не всё расскажу, но что выгодно, то постараюсь оседлать или иметь долю.

— Вы предлагаете нам стать горнодобытчиками? Для сего потребны особый склад ума и учёности, — выразил сомнение Александр Борисович.

— Нет, господа, я предлагаю вам добывать золото, — сказал я, наблюдая ошеломление.

— Золото? — переспросил Алексей Борисович.

— Да, господа. Мне доподлинно известно, где у Миасса наличествует много золота, — отвечал я.

— Лихо, — рассмеялся Александр Куракин. — Ничего не вложив, вы желаете двадцать долей. А подумали ли вы о том, сколь нужно для того, чтобы золото добывать, будь оно действительно там? И я, уж не взыщите, но сомневаюсь. Откуда вам известно?