Чтение онлайн

И вместе с тем, фельдмаршал Мак дал бой под Сарно, а фаворит любвеобильной королевы Актон не сразу сдал позиции в городке Гаэта. Мак смог даже обрушить левый фланг республиканских войск, но не удержал победы, когда французы зашли фланговым манёвром в тыл неаполитанской армии, и в рядах итальянцев поднялась паника. Не будь её, при правильной оценке ситуации, Мак имел все возможности купировать прорыв французов и завершить разгром. А так… В Гаэте же неаполитанский флот, жалкая его часть, один линейный корабль «Минерва» и два фрегата, даже дали бой французскому флоту, но лишь для того, чтобы вырваться из бухты и отбыть в Неаполь.

— Я готова, господин адмирал, — сказала Мария Каролина и отправилась на выход.

Она была похожа на горделивую утку, идущую впереди и задающую темп всем своим семи детям-утятам. Правда, среди них были и взрослые утки, и холёные селезни, тоже дети королевы, но со своими семьями. Ещё одна дочь была замужем за австрийским эрцгерцогом и нынче пребывала в Вене. Другая взрослая дочка, Мария Луиза Амелия Тереза, шла со своим мужем герцогом Тосканы, оказавшимся в Неаполе в такие сложные времена. Также покорно за своей свекровью вышагивала жена наследника неаполитанского престола Мария Клементина. Особо гордо, чеканя шаг, в сопровождении мамок следовал за королевой её младший сын Альберто Лодовико Мария, четыре года отроду. Вся процессия проследовала к ожидающим их кораблям.

Как только вышла королевская фамилия, началось то, чего не очень любил Ушаков, но что посчитал в подобных обстоятельствах нужным — грабёж дворца и не только его. Снимались картины, складывались канделябры, дорогие часы — словом, всё, что обязательно заберут себе республиканцы, но что Фёдор Фёдорович рассчитывал отдать королю, как только вернёт ему престол. Например, можно было совершить обмен драгоценностей на неаполитанские корабли. И такие действия русский адмирал счёт вполне честными. В конце концов, ещё нужно обеспечивать безопасность Мальты, для чего мальтийского скромного флота просто не хватит.

На всех кораблях флота Неаполя уже были водружены Андреевские флаги, но был в городе один корабль, который ходил под другим флагом, британским. Держа данное слово, вице-адмирал Горацио Нельсон прислал фрегат, чтобы забрать английского посла при неаполитанском дворе Гамильтона. Также и другие англичане собирались отбыть на этом корабле. И было желающих так много, что требование Гамильтона забрать его коллекцию искусства капитан фрегата просто проигнорировал. Только личные вещи и на каждого пассажира не более двух коробок багажа.

Коллекция англичанина уплывала в Валетту, столицу Мальты, как и многое другое богатство. Хотя более всего Фёдор Фёдорович Ушаков стремился забрать пороховой запас, боеприпасы, оружие, даже обмундирование неаполитанских солдат и офицеров.

— Я требу… прошу вас, адмирал, отвезите меня в Палермо, а после поспособствуйте моему мужу туда же отбыть, — сказала королева Мария Каролина, когда взобралась на палубу русского линейного корабля «Мария Магдалина».

От «Марий» вокруг могла закружится голова. Даже у сыновей королевы третьим или четвёртым именем была «Мария».

— Евстафий Павлович, а что? Доставим королеву в Палермо? Так просит, даже умоляет. — ухмыляясь, на русском языке спросил адмирал у русского капитана корабля этнического грека Стаматиотуса Сарандинаки.

— Если угодно будат, то дайтем и до Палермо, дабы французам отдать, — отвечал капитан «Марии Магдалины», поддерживая шутку адмирала.

Мария Каролина, конечно же, не понимала русский язык. Нет, она даже знала некоторые слова, которым её в постели научил бывший некогда русским послом в Неаполе Андрей Кириллович Разумовский, но эти слова она произнести никак не могла. Однако женщина почувствовала, что над ней пытаются насмехаться, и потому потребовала, чтобы офицеры немедленно перевели всё ими сказанное.

Лицо Марии Каролины побагровело. Она была уверена, что всё ещё королева государства, которое лишь частью захвачено врагом, и то временно. А тут… Пришли сведения, что Палермо подвергся бомбардировке и штурму. Город пал, и там сейчас французский флот обустраивает военно-морскую базу. Был вариант отправиться в Мессину, там французов точно не должно было быть, так как пролив между материком и Сицилией контролировался русским флотом. Однако, если французы уже высадились в Палермо, то логичнее предположить, что они быстро приберут к рукам и иные города острова.

Ушаков так не думал и всерьёз рассчитывал укрепить Мессину, город на острове Сицилия, но всего в чуть более четырёх верстах от материка. Достаточно выставить пушки в самом городе и некоторых иных местах, выкопать ров и дать Мессине пару тысяч защитников с поддержкой корабельной артиллерии, и можно стоять, имея свой плацдарм на Сицилии. Там ещё и местность сложная для штурма, так что французам пришлось бы сильно напрячься для захвата Мессины. А им скоро будет не до Сицилии. Ушаков неплохо знал Суворова и понимал, что француз ещё прочувствует гений русского полководца.

— Отправляйтесь на Мальту, адмирал! — понурив голову, говорила Мария Каролина. — Я бы хотела в Австрию, но французы… В Испанию — так нужно вначале создать политическую почву для этого, да и при испанском дворе много почитателей Франции и даже Республики.

— Ваше Величество, вы не беспокойтесь. Если пожелаете, то я отправлю письмо моему императору, и вы сможете совершить долгий и небезынтересный вояж через русские строящиеся черноморские города в Санкт-Петербург. Между тем, в Одессе вы можете встретиться со своим супругом, если он не будет сильно озадачен работой при дворе императора Франца, — подбадривал Ушаков королеву без королевства.

Адмиралу было искренне жаль и её, заблудшую многогрешную душу, и детишек, растерявшихся и страшащихся будущего. Потому хотел что-то доброе сделать для этих людей. Но долг превыше. Поэтому королевская чета, без самого короля и королевства, подождёт в Валлетте, на Мальте. Уж прокормить сирых княжат найдётся чем.

Как только русский флот, пополнившийся ещё и неаполитанскими кораблями, как и усиленный оставшимися верными долгу военными частями армии, ушёл из Неаполя, республиканцы поспешили провозгласить Республику. Многие считали, что таким образом не только будет совершено то, чего хотели многие неаполитанцы, но и французы не станут грабить тех, кто с ними заодно, за Республику. Частью создатели Неаполитанской Республики были правы, французы не так чтобы сильно грабили тех, кто остался. Но вот дома беженцев они выгребли подчистую, сокрушаясь, что самые богатые дома в Неаполе были обчищены кем-то другим, наверное, русскими. А скажут же, что это они, французы, сделали.

*…………….*…………..*

Вена

18 апреля 1798 года

Вена встречала русских солдат. Чистые, важные русские воины, оправившись в предместьях столицы Австрии, шагали по мостовым города. Офицеры знатно накрутили солдат, и те боялись даже проявить эмоцию: помахать кому рукой или принять от какой женщины булку.

А вот офицеры сияли, как начищенные пятаки. Те, что помоложе — поручики, прапорщики или корнеты — улыбались каждой встреченной девушке, которые были чуть более раскованы, чем в России, и также позволяли себе мимолётный флирт с русскими красавчиками. Оказывается, что не все русские выглядят, как варвары с длинными бородами, а вполне себе ничего такие. Если получалось перекинуться фразой, то большинство русских офицеров всегда отвечали на французском языке, а некоторые даже на немецком. Чем рушили шаблоны про необразованных русских, и что единственного цивилизованного представителя общества Российской империи они отправили в Вену послом.