Чтение онлайн

Он ещё и остановился на расстоянии больше двухсот метров, как раз за границей поражения магией без наложения штрафов — будто знал, что я совсем не раскачивал свой Заклинательный Покой. Конечно, накастовать на него что-нибудь убойное я мог и так, но с двойным ослаблением. Решил этого не делать — куда лучшим вариантом показалось максимально эффективно использовать магию и ослаблять войска тёмного колдуна, на которые можно обрушить всю колдовскую мощь без ограничений, а уже потом относительно безопасно добить предводителя обычными боевыми единицами.

Тем временем, всё здание Замка сотряслось от удара — кадавр врезался в него с разбега. Нас накрыло волной нестерпимого смрада. Страшная голова монстра, с бледными бельмами вместо глаз, с омерзительной безгубой пастью и зияющей дырой вместо носа, возвышалась немного над крышей, позволяя разглядеть себя во всех подробностях.

Он увидел нас. Без единого звука, не меняя выражения на застывшей оскаленной маской морде, чудовище подняло вверх одну из рук, с вмонтированным в неё крюком, и снесло с таким трудом возведённую нами импровизированную стену. Одно из брёвен отлетело в сторону, чуть не задавив одного из наших. Но он, к счастью, успел вовремя отскочить.

Не дожидаясь команды, все, у кого было древковое оружие, позволяющее бить относительно безопасно, с расстояния, бросились к кадавру Лучники, среди которых был, кстати, и внук старосты, заметно повзрослевший — как говориться, не по дням, а по часам, в мире «земель» буквально — начали бить в упор, практически без промахов.

Кто-то, воткнувший копьё в руку чудовища, полетел с крыши — тварь просто крутанулась, не обращая внимания на торчащее из себя древко, и смела наглеца вниз. Раздался страшный вопль, и не умолкал какое-то время. На освободившееся место подскочили Рыжий и Всесвет, принявшись с молчаливой сосредоточенностью вдвоём охаживать кадавра, всякий раз едва уворачиваясь от страшных, но неуклюжих ударов.

Остальная мёртвая рать ломилась в двери и пыталась пролезать в окна, к счастью, слишком узкие для этого. Снизу доносилось дикие крики перепуганных пленников — они, связанные, остались прямо там, и сейчас переживали не лучшие моменты в жизни. Да я и сам, если честно, чувствовал себя участником фильма ужасов. Становилось страшно до жути, как только представлял себя раздираемым на части этими ожившими кошмарами. Локальный зомби-апокалипсис, ещё и с мутантами. Вот бы любители этой темы порадовались, оказавшись на моём месте…

Те, кто был не занят непосредственно дракой с мёртвым гигантом, кидали вниз камни, чурки и целые брёвна, стараясь задеть как можно большее количество мертвяков. Гаргуши, неуклюжие и с корявыми когтистыми лапами, ждали своего часа, до поры не вмешиваясь. Я пока тоже не участвовал, следя за полем боя в основном через карту.

У меня прошёл откат, маны хватало на простейшее заклинание, и я вновь скастовал Червей на монстра, опять без каких-либо видимых результатов. Затем, чуть поколебавшись, дал команду нашему «засадному полку» из сыновей Ратмира атаковать некроманта и его свиту, и выделил грифонов, чтобы не пропустить момент и синхронно ввести в операцию.

Отвлёкшись от карты, увидел, что кадавру всё-таки нехорошо — прямо из лопнувшего глаза вывалился отвратительный белый червь, размером с большой палец. Одновременно, бродэкс Всесвета очень удачно попал чудищу по руке, так, что безобразная трёхпалая кисть безвольно обвисла, держась только на клочке кожи. Из обрубка сочилась какая-то омерзительная слизь…

Снова сосредоточив всё внимание на карте и отследив скорость приближения нашей кавалерии, отправил грифонов в полёт, указав целью фигуру в плаще. Наш засадный полк, на всех парахвшющая некроманта, развернулась в ту сторону. Когда до победоносной сшибки оставалось буквально чуть-чуть, повелитель армии мёртвых взмахнул своим посохом, на вершине которого бледно-зелёным сверкнуло навершие, и сыновья Ратмира внезапно замедлились. Лошади из резвых скакунов превратились в еле переставляющих лапы кляч, даже Белоснежка, а всадники, казалось, еле удерживаются в сёдлах, и вот-вот упадут вниз.

Твари из охранения набросились на них, не встречая заметного сопротивления: двоих стянули вниз и повалили на землю сразу же, остальные ещё вяло отбивались, кто оставшись в седле, а кто — неуклюже спешившись.

Я быстро перенаправил двоих грифонов на помощь нашим: терять их не хотелось, это невосполнимые потери, да и привык я к ним. Из-за этого атака по непосредственной охране некроманта оказалась в три раза слабее, и Кешу, который приземлился на одного из мертвецов и стал раскидывать остальных, начали теснить массой. У Епифании и Говоруна, на которых была возложена спасательная миссия, дела шли много лучше, они явно побеждали, оттеснив мертвяков от наших, но, тем не менее, какая-то тварь с одним из сыновей Ратмира на плечах выскочила из мясорубки и довольно шустро запрыгала к своему хозяину. Тот, кинувшись навстречу, выхватил нож и одним ударом перерезал горло пленнику. Посох, зажатый в другой руке, полыхнул зелёным. Я выругался сквозь зубы.

Одновременно, земля содрогнулась — это, наконец, рухнул кадавр. Из глоток защитников Замка вырвался радостный вопль: того, что происходило в отдалении, они, в отличие от меня, не заметили, с головой погруженные в схватку. Камни, стрелы и деревянные чурки полетели вниз с удвоенным энтузиазмом, наверное, скакнула вверх мораль…

А у грифонов и бойцов засадного полка дела были плохи. Последние пришли в себя, но были уже сильно потрёпаны. Птички тоже устали, и хоть их окружали окончательно упокоенные трупы поверженных противников, но двигались всё медленнее. Кешу вообще пришлось отозвать, уводя в последний момент, атака на вражеского предводителя сорвалась.

А принесённый в жертву воин уже был поднят некромантом, и присоединился к общей свалке, теперь не на нашей стороне… И я скомандовал отступление, надеясь, что удастся обойтись малыми потерями.

Епифания взлетела нормально, Кеша уже какое-то время кружил сверху, но в Говоруна вцепились мёртвые лапы одной из тварей, и никак не хотели отпускать. Один из сыновей Ратмира, тот, что оставался верхом, пытался прикрыть второго, который лишился лошади. Троих выживших деревенских из засадного полка отрезали от остальных, и они отчаянно пробивались на волю.

Очень нарпяжённый момент. И я решился — скастовал на некроманта Каменный Шип, несмотря на дистанцию, отвлечь его, чтобы не вздумал опять наложить какое-то проклятие.

Вражеского колдуна совсем слегка подбросило, но не было похоже, что заклинание доставило ему хоть сколько-нибудь сильное беспокойство. Но, как бы там ни было, наша авиация и кавалерия смогли оторваться и отступить без ещё каких-то сюрпризов, и сейчас двигались в разные стороны — грифоны направлялись к скалам, а деревенские и выжившие Ратмировские сыновья, вдвоём на одной лошади, скакали прочь из долины.

Снизу послышался треск. Дверь к тому моменту уже давно выломали, и разносили баррикаду. При захвате Замка я лишусь притока маны. Этого нельзя было допустить…

Повинуясь моей команде, гаргульи шагнули вперёд и почти синхронно прыгнули вниз. Одновременно ополченцы с дружным хеканьем похватали и начали спускать вниз брёвна-лестницы — для простого человека из плоти и крови сигать с крыши всё же чревато.

Гаргульи легко расправлялись с хоть и многочисленными, но куда более слабыми врагами, и уже освободили небольшой пятачок земли, как раз для десанта пехотинцев. Те сбегали вниз и сразу присоединялись к замесу, образуя постоянно расширяющуюся стену из щитов, ощетинившуюся копьями и клинками. Бурлящая масса нежити раздалась в стороны. Мы брали верх!