Чтение онлайн

— Они? На нейтральной территории? Почему ты не сказал ей, что это невозможно?

— Она не поверила.

— Хейли не поверила тебе?

— Она сказала, что не могут враждовать два сильнейших клана, учитывая то, что во Втором Королевстве все спокойно и войн не было уже очень давно.

— А главным аргументом, конечно же, послужила дружба Асакуро и Элайзы с ней?

— Да.

— Не лишено логики. Вот только Хейли совершенно не учитывает желание родителей и их условия. Для сохранения союза академия не имеет права отправлять студентов из Второго Королевства на территории другого клана, к которому студенты не относятся. Исключения — смески.

— Именно так я ей и сказал.

— Ты попрощался с ней?

— Да. — Я готов был поклясться, что Асгар был расстроен этим фактом.

— Не грусти, вы скоро увидитесь, — и с чего бы мне утешать демона?

— Да будет так! — низко поклонившись, воскликнул он.

День чудес. Не иначе.

— Сколько тебе еще нужно времени для восполнения энергии?

— Минут десять, Райан.

— Хорошо, — я кивнул и вновь отвернулся к окну.

Девочка моя, простишь ли ты эгоиста, который отбирает у тебя единственное существо, связующее тебя с академией? Я знаю, как тяжело тебе приходится рядом с драконом. Знаю, как страдала ты от проснувшихся насекомых. Как села на муравейник и долго чесалась от их укусов. Прости меня, девочка, что отнимаю того, с кем ты могла поговорить и узнать новости. Но я надеюсь, что в этот месяц ты найдешь для себя собеседников. Госпожа Ратовская отличный рассказчик и добрая женщина. Она отыщет для тебя и слова утешения, и подбодрит, когда ты станешь грустить об утраченном, пусть и на время, друге. Знаю, как страшно оставаться одной, когда вокруг чужие и незнакомые люди. Но я уверен, ты справишься и заведешь себе друзей. По сути, этот месяц — заслуженный тобой отдых. Если разбить весь срок практики, то два месяца студентам отведены под отдых. И у многих хватает ума найти себе убежище. А особо одаренные учащиеся понимают, что в это время лучше не пользоваться магией. Только для тебя ваше путешествие кажется вполне обычным. Вы куда-то идете, добываете себе пищу, ложитесь спать бок о бок со стражем. Но на самом деле, день за днем, каплей за каплей, твой дракон тянет из тебя магию. Впитывает ее как губка, чтобы стать с тобой единым целым. Чтобы стать тобой. Твоим продолжением и дыханием.

Ты обязательно поймешь это несколько позже. Я верю в тебя, девочка моя. И безумно сожалею, что не могу сказать, увидимся ли мы вновь.

— Пора, — тихо произнес Асгар.

— Да.

Хейли Сизери

Я проснулась. Нет, не так. Проснулась с большой буквы! Это первое утро, когда я чувствую себя чудесно, волшебно, восхитительно! И даже тот факт, что немного ноют ребра и начались регулы, не делает это утро отвратительным.

Я наконец-то сплю в теплой постельке! Под пуховым одеялом, на мягких подушках! А в воздухе витает аромат свежеиспеченных булочек. Да, жизнь прекрасна, господа!

— Проснулась, деточка? — ласково произнесла Софи, внося в комнатку поднос, на котором дымилась чашечка с чаем и мой завтрак. — Доброе утро.

— Доброе, госпожа Софи.

— Ну что же ты, подзабыла совсем? — резвая старушка подмигнула. — Мы же вчера договорились — зови меня Софи. Или я совсем плесенью покрылась, да не заметила?

Женщина по-доброму рассмеялась, и я улыбнулась в ответ.

— Ты, наверно, умыться хочешь? — ставя еду, дурманящую мое обоняние, на прикроватный столик, спросила она.

— Было бы неплохо, — согласилась я, прислушиваясь к своему организму.

— Я помогу тебе, милая.

— Спасибо, — поблагодарила я, когда она не только помогла мне подняться, но и проводила в маленькую комнатку, где и находились все удобства, а затем помогла лечь обратно в постель.

Поднос был торжественно поставлен мне на живот.

— Кушай, милая, не стесняйся, — нежно проведя ладошкой по моим волосам, сказала женщина. — Я позже вернусь за посудой.

И без слов понятно, что Софи не хочет смущать меня. А вот и зря. Я настолько соскучилась по домашней пище, что ни о каком стеснении и скромности даже не думала. Удивительно, как быстро пролетел этот месяц. Чего только я не пережила в этом лесу! Как вспомню, в дрожь бросает. Особенно досталось мне от насекомых. Я и представить не могла, что их укусы, вызывают такой зуд! Спасибо баночке с мазью, которую передал декан. И что бы я без нее делала? Вернее сказать, что я бы делала без декана! Сколько радости он принес мне в особо хмурые дни! Жаль, правда, сам не объявлялся, но подарки передавал такие, от которых душа пела. Никогда не забуду ту корзинку с фруктами, да еще помноженную на два, до сих пор голова кругом идет.

Все-таки, наш декан — восхитительный мужчина и потрясающе отзывчивый человек. Да к тому же принц. Не мужчина — мечта для любой девушки. Получит же его какая-то красавица. От этой мысли похолодело внутри. Я даже вилку отложила. Так стоп, Хейли, а чего ты расстраиваешься? Это же закономерный итог. Все принцы женятся. Рано или поздно. Неужели ты не пожелаешь счастья своему учителю?

Внутренний голос подсказывал, что да, пожелаю, но рада не буду. Все же за прошедший месяц я привыкла к мысли, что забота обо мне стала частью жизни декана и он видит во мне еще девушку, а не студентку, которая приносит лишь неприятности его факультету. Я схватила вилку и яростно проткнула кусочек бекона.

С такими мыслями я управилась со всем, что было на подносе, и довольно откинулась на подушки. Не знаю, как Софи почувствовала, но она пришла ровно в тот момент, как я поела.

— Вы волшебница, — улыбнулась я ей. — Это было невероятно вкусно! А ваш липовый чай и булочки с яблочным вареньем — неподражаемы!

И я не лукавила, так вкусно меня кормила только тетя Марыська. Но подобных булочек она не пекла.

— Ох, и щедра ты на похвалу, засмущала совсем. — Софи ловко забрала поднос. — Сейчас мы с тобой поменяем повязки, и ты сможешь еще поспать.

Я в который раз поразилась ее ловкости и скорости. Вот только что она стояла тут, и уже скрылась за дверью. Не успела я моргнуть, как женщина вернулась, неся в руках небольшой сундучок. И вот опять исчезла, чтобы прийти уже с тазиком и бинтами.

— Ты не бойся, деточка, Софи и не такие раны лечила. Ох, и повидала я, — приговаривала она, стаскивая с меня ночную сорочку. — Ты молоденькая совсем, ранки твои, тьфу, разотри, да как и не было.

Я охнула, когда она стянула первый бинт, и закусила губу.

— Ничего-ничего, моя красавица. Потерпи умница, ты вот какая молодец, — с этими словами она смочила бинты и легонько дернула. Ощущение, что с моего бока кожу живьем сняли, но я лишь резко выдохнула, даже не пискнув. Как назло, ни одно заклинание, убаюкивающее боль, не шло в голову. — Куколка моя, ласточка ненаглядная, я тут тихонечко пошепчу, ты прикрой глазки.

Глазки упорно не закрывались, ровно до того момента, пока мой слух не уловил какую-то мелодию. Нет, это Софи что-то шептала, но казалось, будто она поет. Немного скрипучим голосом, однако женщина выводила мелодию.

И веки сомкнулись, и пульсирующая боль ушла. И море бескрайнее чудилось. Спокойствие, умиротворенность, лишь изредка нарушаемая резкими движениями моей целительницы.

— Вот так, солнышко лучистое, храбрушка маленькая, — закончила свою мелодию старушка и перешла к перевязке. — Котик ласковый, ребятенок совсем, а сильный-сильный.

Я распахнула глаза и поймала себя на мысли, что мне нравится то, как называет меня Софи.

— Поднимай ручки, моя хорошая, Софушка управилась, — на лбу женщины выступили бисеринки пота, а в глазах читалась усталость. Это ж сколько сил забрало мое лечение? — Ну что же ты хмуришься, листочек мой весенний, капелька росы в ясное утро, не горюй, моя золотая, Софушка водою ключевою умоется, и усталости как не бывало.