Чтение онлайн

– Дело - дрянь. Больных с каждым днем все больше. Как чума это все. Причем везде. На всем шарике, - парень сделал в воздухе круговые движения указательным пальцем.

– А лекарство? – осторожно поинтересовался профессор.

– Да нет лекарства! Я сам не пойму, что за хрень. Как это так: жили себе и вдруг на – эпидемия какая-то, а лекарства нет. Я думаю, врут все… тут или теракт или утечка какая…

– Теракт? Такое возможно?

– Да шут его знает, все возможно. В новостях последние пару дней говорят про какого-то нашего профессора, типа он виноват во всем… очередная догадка журналюг…

– И что, все это из-за одного человека? – с искренним любопытством, чуть приоткрыв рот, спросил Альберт Борисович.

– Да чушь собачья! Наверняка, крайнего нашли, а пресса раздула. Просто где-то авария произошла или, может, могильник с заразой вскрыли. Кто-то говорит, что вообще все из Китая пошло. Сейчас не разберешь уже, кто прав, кто виноват. Надеюсь, скоро эта шумиха закончится. Я-то дембельнулся три дня назад. Уже домой собирался в Саратов. А тут военное положение объявили, всех срочников - по базам, вас сторожить.

– От кого нас сторожить?
– профессор огляделся по сторонам.

– Не вас, а от вас! – усмехнулся солдат.

– Что?

– Ну, я про зараженных, – при этих словах военный скорчил злобную рожу.

– Объясните, я не в курсе…

– Ты, дядя, из пещеры что ли вышел?! Как так, не знаешь ничего?! – Солдат с недоверием покосился на мужчину.

– Да я орнитолог, в экспедиции был, птиц изучал на островах… месяц без связи жил…

– Во всем мире такая петрушка. Человек заболевает, ну типа гриппа. Кашель там, сопли, насморк, температура, вроде как обычно...

– Ну…

– Только резко очень: вечером заболел, а на следующий день встает и на людей кидается.

– Буйный что ли?

– Если бы просто буйный. Вчера отсюда трех таких буйных увезли. Они вон в том корпусе человека на куски порвали и мясо его ели...

– Это ужас просто, - профессор покачал головой.

– Да, хуже не придумаешь. У меня невеста в Саратове, свадьбу играть собираемся, она уже на шестом месяце, с прошлой моей побывки ходит. Каждый день дорог, нам быстрее пожениться надо, а тут такие дела.

– Вы не волнуйтесь. Я думаю, все образуется, у нас очень хорошая медицина.

– Спасибо, дядя. Утешил.

– Я, наверное, погуляю тут на воздухе, Вы не против?

– На территории можно, через забор нельзя. На поражение бить не будут, но по ногам могут дать, так что не шути, дядя.

– Да куда уж мне, старику, бегать, - Альберт Борисович, нарочно сутулясь и горбясь, стараясь казаться старше, чем есть, медленно зашаркал по дорожке.

– Дядя, - окликнул его дембель, - ты в оба гляди, особенно ночью. Тут такие дела творятся! Если что - кричи сразу.

Хаимович кивнул. Он прекрасно понимал опасность, но пока на территории базы не заметил больных с ярко выраженными симптомами «Новой звезды». «Если завтра день пройдет спокойно, вируса у меня не обнаружится, то есть шанс, что выберусь отсюда», - с надеждой подумал ученый.

За ночь на базе происшествий не случилось. Утром у людей взяли повторные пробы, и некоторых сразу же отправили в спецблок. Так как анализы Хаимовича были в порядке, профессору дали справку и разрешили покинуть резервацию.

– Привет, дядя. Жив еще? Ну, слава богу, - окликнул его вчерашний знакомый дембель.

– Да, все нормально. Справку дали, что здоров.

– А мне наконец-то увольнительную подписали, наша смена приехала. Вот сейчас в Москву, а оттуда - домой.

– А на чем в Москву поедешь?

– Ну, у нас же спецтранспорт, - служивый кивнул на большой грузовик, в кузове которого сидели военные.

– Слушай, солдатик. Подбросьте меня в Москву. Очень спешу.

– Дядя, это не положено, - качая головой и делая серьезное лицо, ответил дембель.

– Постой, ты же жениться собираешься? Свадьба - дело затратное. Я помочь могу, - профессор достал деньги, отсчитал несколько крупных купюр и молча, чтобы никто не видел, сунул солдату в руку.

– Да ты что, дядя?

– Бери, бери. Мне, правда, очень надо. Помоги… - почти шепотом сказал ученый.

– Ладно, стой тут.

Прошло минут двадцать, Альберт Борисович стал уже волноваться, не кинул ли его служивый. Денег ему было не жалко, он знал, что скоро они превратятся в обычные бумажки, гораздо дороже сейчас было время. Наконец, солдат вышел из здания части с мешком в руках:

– Вот, дядя, примерь-ка форму, должна подойти. Переоденься за углом, чтобы никто не видел, и быстрее к машине, я тебя там ждать буду.

Профессор натянул на себя сверху солдатские штаны и куртку и поспешил к грузовику. Солдат выглянул из кузова машины и помог профессору забраться:

– Полезай дядя, живее. А то все так захотят, народ уже и так злой, не надо масла в огонь подливать…

Запертые на карантин люди действительно были озлоблены. Многие еще не понимали всей опасности заражения. Даже те, кого формально отпустили, не могли уехать с базы в Москву – транспорт сюда ходил только служебный. Военные продумали, как привезти и разместить тут людей, изолировав их, а о том, как отправить назад, пока не позаботились.

Через несколько часов Альберт Борисович был уже в столице. Москва очень сильно изменилась: на въезде и в каждом районе стояли блок-посты, часть улиц была перекрыта колючей проволокой, военные с автоматами патрулировали жилые кварталы, периодически раздавались выстрелы, лица москвичей стали еще более угрюмыми. Хаимовича высадили у станции метро и, попрощавшись с солдатами, он вылез из грузовика. Спустившись в подземку, профессор втиснулся в переполненный вагон и через полчаса добрался до офиса транспортной компании. Рабочий день был уже на исходе, ученый приехал к самому закрытию.

– Мне забрать посылку.

– Приходите завтра. Рабочий день уже закончился, - манерно ответил клерк.

Альберт Борисович гневно ударил кулаком по стойке:

– Вы издеваетесь?! Я полдня до вас добирался! У меня самолет через два часа!

Сотрудник презрительно скривил губы и, цокнув языком, высокомерно закатил глаза:

– Ладно, какой номер накладной?

Получив контейнер с тремя ампулами вируса, Хаимович еле сдержался, чтобы не разбить одну из них о морду этого клерка.