Чтение онлайн

— Если честно, то я не знаю. Все что со мной происходило, было спровоцировано самой Системой. Я же был простым человеком.

— Мы все такими были. Ничего не представляющим из себя кусочком огромного стада. А потом приходит потрясение, что меняет нас и дает возможность раскрыться. Кто-то теряет любовь всей жизни, кто-то здоровье, а кто-то получает миллион на халяву. У всех свой путь, удачливый или нет, но этот путь всегда персональный.

— А с тобой что произошло?

— Я не буду отвечать, мы с тобой не друзья и даже не коллеги. Мы два отморозка, каждый по-своему, но мы отщепенцы в поисках своего уголка. Пока нам по пути, это хорошо. Но путь закончится, и мы разойдемся. А откровенность побереги для своей женщины или настоящего друга. А наш с тобой разговор, это просто убийство времени, причем бесцельное и не имеющее смысла. Пиво закончится, и мы забудем слова, оставив лишь выводы.

— Понятно. А у тебя у самого-то друзья есть? — скептически уточнил я. Расти же ненадолго задумался, наверно пытаясь вспомнить их, а потом удивил меня, слегка изменившись в лице, приоткрывая глубоко посаженную личность простого человека.

— Пошли, кое-что покажу, — пират встал с высокого стула, и быстро допив пиво, поставил стакан на стойку, затем поманил меня за собой.

Трезво решив, что оставаться одному будет совсем уж кисло, а этот тип хоть и сложный, но все же компания, я решил пойти за ним. Покинув территорию мрачного и вонючего бара, мы вышли в широкий коридор, по которому прошли примерно метров сто и резко свернули в узкий проход, над которым красовалась картинка-граффити в виде рыбного скелета, проплывающего через круг. Уровень освещения в новой локации был на три порядка хуже, чем на основной станции, зато пахло здесь очень приятно и даже знакомо. Узкий ход оказался не глубоким и заканчивался он толстыми ткаными шторами, прикрывавшими другое, более скромное и уединенное помещение. Расти остановился перед этой преградой и постоял почти минуту, просто задрав голову, словно проходил незримую идентификацию, а затем нырнул между шторами внутрь. Я зашел следом без остановки, и едва мои глаза привыкли к новому стилю освещения, я понял, где мы оказались. Грозный кровожадный пират стоял рядом с входом, и перехватил мое внимание, тихим голосом.

— Это слезы, слезы и боль утраты, — произнес он, вынимая из простенькой картонной коробки тонкие палочки из Боцди. — Жертва, отданная этому миру.

Расти сделал пару шагов и подошел к большой платформе, на которой горели сотни таких же свечек, воткнутых в песок или похожий на него сыпучий минерал. Пират поднес свечку из связки к огню, позволяя ему перепрыгнуть на новое место обитания.

— Ты спрашивал про моих друзей. Тогда слушай. — Расти поставил первую свечу. — Вивальди, — произнес он и взял следующую. — Симон-Гот, — затем следующую и так далее, суммарно произнося восемнадцать имен, последнюю свечку он поднес к своей груди и поставил ее со словом «Мама».

Голос пирата затих, и настала тишина, нарушаемая лишь тихим потрескиванием самодельных свечей. Я был в недоумении и не потому что на пиратской станции была маленькая часовня, а потому что я не понял, зачем Расти мне это вообще показал? Нет, безусловно, это не его слабое место, но вопрос остался — зачем? Он не ответил, ведь я не спрашивал, вместо этого я сам взял одну свечу и поднес ее к огню.

— Виктор любил огонь, — скорее для себя, тихо сказал я и поставил горящий символ к другим свечкам.

— Ты назвал только одно имя. Твой путь только начинается. Не стоит думать, что ты повидал жизнь, когда это не так, — спокойно и нравоучительно произнес знаменитый пират. — Я уже сказал, что все у нас измеряется болью. Прими ее, и ты сможешь стать сильнее и лучше.

— Зачем ты мне это говоришь и зачем все это показал? — не выдержав его речей, спросил я.

— Это просто, Брунен, ты… — Расти прервался и нахмурился, посмотрел куда-то вниз, я сопроводил его взгляд и сам замер в оцепенении. Моя правая рука светилась изнутри ало-багровым цветом прямо сквозь перчатки скафандра. Я поднял кисть на высоту глаз и увидел внутри трепещущийся огонек, что сейчас бился о мои кости, а затем посмотрел на Расти.

— Что-то происходит с Лексом…

— Алекс… — прошипел Ранус, и мы быстро побежали из часовни.

Интермедия 7

Алексею понравилось, что ему позволили остаться на корабле практически без присмотра. Жаль, конечно, что с ним оставили эту девку-Салину, ну да ничего, сильно она в любом случае не помешает. Хотя ее попытки заговорить с ним, уже довольно сильно расшатали его и без того слабые нервы. Алекс в очередной раз, как и годы назад, собирал в своих руках устройство, технологию создания которого он так тяжело добывал в квестах и безуспешно воссоздавал, закрепляя в памяти результаты своих усилий. Руки помнят, работа проходила не зря и сейчас он это понимал, как никогда. Человек едва не трясся как наркоман в предвкушении очередной дозы, остались какие-то минуты и все будет готово. Салина сбоку не унималась и все больше донимала его своими вопросами типа «А это что?», «А это зачем?». «Потерпи минуту» — отвечал ей хакер и продолжал свою работу, оснащая старую перчатку необходимыми параметрами для соблюдения главных условий, позволяя сложному техническому оборудованию, выйти в верный рабочий режим.

Скосив глаза на часы, Алекс заметно занервничал — прошло уже полтора часа как он начал заниматься целью всей своей игровой и пост-игровой жизнью. Благо пока его никто не тревожил, кроме глупой девчонки. Последние деления настроек завершили свой бег и переделанная наспех манжета, загорелась зелеными диодами. «Наконец-то» — вспыхнула мысль в голове человека, и он поднялся словно феникс из пламени, словно единственный выживший на поле боя. Он смог! Он достиг! Два шага вперед, один в сторону и вот он, так долго ожидаемый «Трон» — кресло пилота легендарного Лекса. Хорошо, что эта девка ушла куда-то, никто не помешает. Алекс сел в кресло капитана и коснулся рукой по приятному на ощупь жесткому подлокотнику, а затем провел рукой перед собой, как это делал Хеймс. На миг, перед его рукой появился зависший в воздухе пятипалый отпечаток ладони, на который хакер надавил своей рукой, не успев даже задуматься.

Виртуальная ладонь соединился с предложенной манжетой и в это время запустился скрытый скрипт, вшитый в перчатку. Искры с оборудования вызвали сильную боль у Алекса, из-за чего он стиснул зубы до боли в челюсти, а затем эта боль начала подниматься все выше и выше, пока человек просто не заорал на всю силу своих легких. Агония длилась бесконечно долго, но затем, она ушла разом, его отступило, и лишь громогласный голос корабля бубнил какую-то мантру. В помещение вбежала Салина и начала снова рассыпаться вопросами, которые Алекс не слушал. Он посмотрел на экран с изображенной пиратской станцией и произнёс:

— Я твой капитан, Лекс. Приказываю — покидай станцию, выходи в космос! — первые секунды затишья едва не убили бывшего геймера, а затем последовал абсолютно бесцветный голос корабля, ставший на порядок тише и слабее.

— Слушаюсь, капитан.

Девушка, услышавшая эти слова, кинулась на Алекса с криком, но куда ей тягаться с тем, кто жил в этом мире много дольше ее. Один удар, прямо в нос девушки, хруст переносицы, и маленькая кость прерывает ее жестокое существование, обрывая нить жизни заблудшей души, столько лет жившей в плену иллюзий. Однако глаза Алекса, налитые кровью от болевого шока, прошедшего не так уж бесследно, уже не обращал внимания на эти мелочи. Сейчас он смотрел на экран, на котором уже целиком была видна черная станция, скрывающая внутри себя последнюю угрозу могущества Алексея — Брунена, последнего капитана Живого флота.

— Лекс! Слушай мой приказ! Уничтожь станцию перед нами!

— Слушаюсь, капитан, — ответил корабль и начал собирать энергию на главный калибр.

Скверный случай может случиться с каждым, как с героем, так и со злодеем. Едва Живой корабль накопил энергию для единственного удара, силы и мощи которого хватит не только на станцию, но и на небольшой спутник, именно в тот момент, когда смертоносный луч был готов разнести цель — тело Гигантского корабля содрогнулось от пяти точных ударов по его защитному полю. Траектория выстрела слетела, и сильнейший поток Энергии прочертил космос, лишь отчасти попав по станции Пиратов и прочего сброда, стирая из мира около пятой части этого обитаемого пространства. Алекс ощерился как уличный кот при виде собаки и быстро запросил данные по тем, кто осмелился и открыл по нему огонь.

— Механоиды! — едва не взревел хакер и отдал приказ на уничтожение флота механо-разумных. Однако полминуты спустя, он самолично навел отдельное вооружение на станцию, чтобы никто не помешал его могуществу завершить начатое.

Корабли Машин были уничтожены за неполные десять минут, а после и станция исчезла с космических карт навсегда. Алекс был доволен, он ощутил все то, чего ему не хватало все эти годы — власти и силы. Он получил обещанное и сейчас ощущал долгожданное удовлетворение. Не будет больше унижения или позора, не надо будет угнетать себя ради низменных целей — он сейчас чувствовал себя равным Богу!