Чтение онлайн

После этих слов грозный Ворадор поставил Милагресс на землю, одним когтем вскрыл себе выну и поднес кровоточащую руку к ее лицу. Девушка вцепилась в эту волосатую лапу как в спасательный круг и начала лакать кровь мертвеца, а затем она просто упала на землю без признаков жизни.

— Хватит благотворительности! Вы здесь работаете! — вдруг ощерился наниматель и отдельно задержал взгляд на Тушканчике. — Через квартал вы выйдете на площадь с Мороком, а после него будет Ратуша. В ней засело два кольца Ведьм, они в состоянии удержать подход Исхирдана. Ваша задача — убить их, или выгнать, или мне плевать, что вы с ними сделаете, но к одиннадцати часам — Ратуша должна в себе иметь только Мэра и никого из защитников. Вам ясно?

— Не вопрос, Капитан! — первым отозвался Чу.

— Сделаем! — добавила Арфа, дернув острыми ушами.

— Постараемся! — резко бросила Тушканчик. — Зависит от того, что нас еще будет ждать в этой Ратуше.

— Ничего страшного, — улыбнулся Ворадор, и от этой улыбки у меня волосы на голове зашевелились, столько там было клыков. — Местные покидают центр, в обороне только сотня с лишком Иномирян, вот и все. Если будут проблемы — с Запада сюда уже выступает отряд Феанора, они вам помогут. С ним Артур-Бессмертный.

— Да! — тихо ляпнул я, но Вампир услышал и повернулся, осматривая меня как занятную игрушку.

— Я прослежу, чтобы они до вас добрались нормально, — добавил наш наниматель, перед тем, как расправил крылья с размахом под шесть метров и взмыл в небо с русалкой на руках.

— Ну? Хрена ли встали как истуканы? Трамвай ждем?! — буркнула Тушканчик, и первая пошла в сторону нашей заветной цели.

— А у нее есть бойфренд? — спросил брутальный полуголый Чу, глядя в спину нашей мелкой волшебницы, и все вокруг едва не попадали от смеха.

Пока все собирались на последний марш-бросок, я не поленился и присел рядом с телом Милагресс, провел рукой по ее бледной коже. Мертва она или нет? Я повернулся к стоящей рядом с Сэдом Тушканчику и задал мучавший меня вопрос:

— Ты не знаешь, что с ней?

— Суточное перерождение. Через двадцать четыре часа она проснется Низшим Вампиром, и в следующий день ей нужно будет решить — быть ей кровососом или умереть в муках от голода, — голос волшебницы был холодным, уверенным.

— Надеюсь, она выберет жизнь.

— Надеюсь, она выберет смерть! — вдруг высказалась Тушканчик, я посмотрел на нее с удивлением. — А что ты на меня пялишься? Неужели ты до такой степени дурак, что не видишь и не понимаешь. Сэд! Хватит меня дергать! Он же реально идиот! — принц Подгорного народа вновь пытался утихомирить свою спутницу.

— Прошу пояснить! — твердо произнес я и встал в полный рост. Эта девчонка меня уже основательно бесила.

— А чего тебе объяснять, если ты дебил?! Мы столько времени рядом, а ты не перестаешь меня удивлять! Разве не ясно? Она Ведьма! Ведьма, каменюка ты тупая! Темная тварь, знающая темные искусства! Она о нежити знает больше меня и тебя! Еще с первой своей смертью она уже понимала, что происходит, но упрямства ради или из-за страха перед смертью она решила жить дальше, ясно понимая к чему это приведет! Вторая смерть у нее отняла магический талант, но и тогда она осталась с нами, или потому что дура, или она изначально желала сменять жизнь на посмертие! — Тушканчик перевела дух и злобно посмотрела на меня. — Она очнется без контроля мозгов, словно ничего и не происходило, она отречется от Ворадора, но кровь все равно будет ее толкать к правителям Сумерек. И если она поест хоть раз, ее роль будет закреплена до упокоения. Если выразиться проще, это тупик ее судьбы. И если ты воспылал к ней любовью, то ваши пути разошлись еще у белой стены, когда она скончалась!

Я молча выслушал ее тираду, так же молча ушел от тела той, кто предпочла смерти путь нежити. Зачем я вообще связался с этой волшебницей и ведьмой? Почему я реально в таком обществе? Мне же за вредность не платят.

Пока я терзал себя тяжелыми мыслями, окружающие меня игроки и Сэд уже собрались в дорогу, к ним я и присоединился, встав рядом с двумя бойцами, в чьих одеждах было поменьше дыр от вражеского оружия. И думайте что хотите, но я не видел смысла идти дальше именно с Тушканчиком, вокруг полно воинов, они смогут ее прикрыть, не выслушивая оскорблений, а я лучше прикрою других.

Мы выступили через десять минут, сводный отряд, не превышающий и сотни голов — остатки от почти двухтысячной армии, что выступила против пяти тысяч местных и еще полутора тысяч разумных. И всего один день, одна ночь и утро на всё. В армию шли ради денег и славы, ради приключений и новых приставок к имени. Я помню задор в глазах участников, когда мы стояли в зоне распределения, и где же он теперь? Вокруг меня только пираты, называющие себя Моряками, улыбались, да и то только Нэкам. Остальные же, кто, как и я, прибыл не из порта, шли понурив голову — нам уже не нужны деньги или слава, мы просто хотим закончить этот кошмар как можно скорее, чтобы избавиться от напряжения и боли, от слабости в конечностях и ощущения враждебного взгляда на затылке. И что я получу со всего этого? Полторы тысячи баксов? А что я с ними буду делать? Может реально, стоит послушаться Сэда и Милу? Взять все накопленное и махнуть отдохнуть? Полторы тысячи может хватить на горящий тур в тот же Таиланд.

Справа меня кто-то приложил плечом и повернувшись увидел Адмирала Чу, что поглядывал довольный и бодрый, со сталинским прищуром. Я кивнул ему и продолжил путь по неширокой улице.

— Знаешь, за что я люблю Орбис? — вдруг спросил меня Чу, я повернулся и качнул плечами.

— Ну и чем же?

— За возможности! За открытые двери и мир без гнилой политики!

— Не согласен, в Эльфятнике политика уже есть, и не маленькая, — высказал я свое мнение, даже не заметив, как легко общаться с такой птицей как этот Адмирал.

— Эльфы? Так это ж Амеры как один, вон один Феанор, кажется, белорус, а так, что ни ушастый, так или местный, или Звездно-полосатый. Я говорю про мир людей или хотя бы горный народ. Это мир чистый, не гнилой, здесь меч стоит больше Уголовного Кодекса! А законам вынуждены следовать все! Тут нет депутатской неприкосновенности.

— Тебя обижали в реале? — хмыкнул я, уже видя впереди площадь с Мороком.

— Нет, я просто очень много занимался этим. Я учителем сорок восемь лет проработал и кое в чём разбираюсь. Но тут… — Чу, мгновенно набравший в моих глазах сто очков мудрости, глубоко втянул воздух и выдохнул. — Здесь этого нет, и еще долго не будет.

— Возможно, — не стал я спорить.

Да и правильно сделал, так как Чу, едва мы вышли на площадь, решил немного покричать, от чего у меня голова разболелась. Ор стоял над древней площадью, а я остался в стороне, ожидая, пока все выстроятся так, как угодно руководству. В этот момент ко мне подошла Тушканчик и Сэд, я кивнул им.

— Ты как? Готов ведьмам головы рубить? — сходу спросил Сэд, едва остановился рядом.

— А куда я денусь? Контракт есть контракт, — на эти слова волшебница только фыркнула, но смолчала. — Чу сейчас своих орлов построит, да и пойдем. А там Ратуша и конец нашего пути.

— Верно, — вздохнул Сэдридрон Силкран, Четвертый сын Короля Гномьего народа. — Я после этого, наверно, найду самый дешевый кабак и выпью столько, сколько смогу за один вечер. Пусть этот день навсегда исчезнет из моей памяти.

— А если не секрет, почему ты вообще этим занимаешься? — спросил я у НПС.

— Мой отец Король. Он всегда говорил, что тот, кто клинок в печени не ощущал, никогда не поймет солдата. Тот, кто не голодал долгими походами, не познает душу нищего. Тот, кто не вкалывал, не узнает душу рабочего. А какой же из тебя король, если ты ничего из этого не знаешь? — Сэд хмыкнул и улыбнулся. — И ведь он, мать мою так — прав!