Чтение онлайн

От него пахло железом, почти так же, как от ее магии. Наверное, Кайлу можно было назвать чудной, но ей нравился этот запах. Это было последнее, что она запомнила перед тем, как позорно потерять сознание.

Кайлу разбудило карканье за окном. Она не помнила, как оказалась в комнате. Кто-то уложил ее на кровать, снял обувь и заботливо укрыл покрывалом. А вот окно открыть не удосужился, и Кроу изнывал за ставнями, чувствуя, что с ней что-то неладное, но не имея возможности попасть к любимой хозяйке.

– Ну тихо, тихо, – отозвалась на шорохи Кайла и с трудом села на кровати.

Рядом, прикорнув на стуле, спала тьенна Краст. Коса растрепалась, аккуратный бант на поясе съехал на бок, руки смяли юбку. Рот у девушки был приоткрыт, и она едва заметно посапывала. Умаялась, заботясь о ней весь вечер.

А ведь она могла стать неплохой целительницей! Работала в лазарете и колдовала недурно, по крайней мере, после лечения голова у Кайлы не болела. На столике рядом с кроватью стояли несколько неподписанных флаконов. Интересно, Аланда приготовила зелья сама или помог кто-то из знакомых? Кайла понюхала один из флакончиков и едва сдержала чих от резкого запаха.

– Тьенна Краст, идите в свою комнату.

Положив флакон на место, она дотронулась до руки гостьи.

– Что, как? Я не специально! – Девушка хлопнула глазами, не сразу сообразив, где и с кем она, а затем резко выпрямилась. – Ой, вы очнулись. Нет, не двигайтесь, у вас магическое истощение. Вам надо больше отдыхать.

Это Кайла и сама знала. И на случай проблем с магией хранила пару магических кристаллов. Жаль, они лежали в кармашке саквояжа, до них еще добраться надо.

– Как вы себя чувствуете? Голова не кружится? Не болит? – закидала ее вопросами сиделка, попутно поправляя покрывало и подушку.

Кайла и забыла, что бывает такая человеческая забота. Прислушалась к себе.

– Все уже хорошо, – успокоила она гостью.

Та вздохнула и вцепилась пальцами в юбку.

– Вы из-за птицелюда это сделали? Я почувствовала – защита дома стала прочнее. Но вы едва не перегорели. Если вы боитесь, что птицелюд нападет, то!.. – Она сжала пальцы в кулаки.

– Я не боюсь. – Кайла мотнула головой. – И вам не стоит. В отель никто не проберется без моего ведома, теперь уж точно.

Аланда с шумом выдохнула воздух и с напускной бодростью вскочила со своего места.

– Хорошо! Погодите, я сейчас принесу теплого молока. Или, может, доктора позвать?

– Нет! Не надо, ни молока, ни доктора, – чересчур поспешно возразила Кайла. Вряд ли из города успели привезти их семейного врача, а встречать в подобном виде Рейна ей не хотелось.

– Тогда я останусь с вами на ночь, – самоотверженно заявила девушка и украдкой потерла глаза. В этот момент Аланда напомнила Минту: та тоже помогала изо всех сил.

– Позвать Ланти вам постелить? – не сдержалась хозяйка комнаты.

– Зачем?

– На стуле спать неудобно. Или вы уже привыкли?

– Тьенна Абель, не говорите так. – Аланда недовольно сжала губы.

Кайла улыбнулась.

– Идите, я в порядке. Мне неловко, что я заставила гостью переживать о себе.

– Вы такие глупости говорите! Я работала сестрой милосердия. Нет ничего неловкого в том, чтобы заболеть и позволить о себе позаботиться, – совершенно серьезно заявила девушка, все никак не решаясь уйти.

– Спасибо! Обещаю, позову, если станет хуже.

Тьенна Краст несколько мгновений смотрела на нее, но больше не настаивала. Хотя по вздоху было слышно – эти больные такие капризные, только дай волю!

– Обязательно позовите.

Она повторила это несколько раз, прежде чем Кайла сумела выпроводить ее и захлопнуть дверь. Прошла к саквояжу, держась за стену. Ноги подкашивались: наколдовалась она вдоволь!

Магический кристалл лежал в потайном кармашке на черный день, и Кайла безжалостно раздавила его, забирая скопленную в нем магию. Дышать сразу стало легче. Пожалуй, с такими приключениями пора было озаботиться и приобрести еще несколько магических накопителей.

Она распахнула ставни, и Кроу тут же влетел в комнату и принялся ластиться, обеспокоенно нарезая круги.

– Слетал к Урху? – устало спросила Кайла.

Ворон потерся клювом о ее щеку. От него пахло сосновыми шишками и горьким дымом. Значит, все-таки слетал. А ответа не принес. Жаль, совет ей не повредил бы.

Впрочем, Кроу нашел отличную замену записке. Долгий пронзительный переклест нарушил тишину, и защита отеля едва слышно отозвалась на постороннего.

«Неудивительно, что ты любишь высоту. Отсюда чудесный вид на горы», – услышала в нем Кайла, не поверив собственным ушам, и позволила магии впустить гостя. В комнату из темноты, распахнув крылья, шагнул птицелюд. Огромный, худой, немного сутулый. Длинные волосы были собраны в жесткую черную косицу. Когтистые лапы мягко ступили на пол, а крылья свернулись за спиной пушистым плащом. Клюв не позволял ему говорить человеческим языком, лишь издавать многозвучный клекот, но Кайла к нему привыкла.

– Хорг!

Он распахнул руки с изогнутыми когтями, способными проткнуть крепчайшую броню, и Кайла обняла его, зарылась пальцами в мягкие перья. Слова были лишними, а все проблемы отошли на второй план.

Семнадцать лет – удивительный возраст! Время влюбляться, мечтать и строить планы на жизнь. Время отбирать часы от сна, отдаваясь чинным прогулкам под руку – или безумным авантюрам, ведь скоро придется примерить облик солидной дамы, а солидным дамам приключения не положены. У Кайлы Абель впереди первый выход в свет, первый танец, первая любовь…

Одна поломка дирижабля меняет все.

Когда лежишь на снегу, истекая кровью, рядом догорает остов дирижабля, а в горах подвывают голодные твари, единственная мысль – умереть побыстрее. Потому что не хочется, чтобы тебя начали жрать заживо. А ноги не двигаются, как будто их нет вовсе. И руки – едва-едва, только кончиками пальцев. Боль расползается по всему телу, но хуже всего – спина. Позвоночник горит огнем, в него будто вгоняют штырь и медленно там проворачивают.

Кайла ждет смерти. Ждет, чтобы навсегда избавиться от пронизывающего холода, от мучительной боли и страха – что она выживет, но никогда не станет прежней. И когда над ней появляется крылатая фигура с длинным птичьим клювом, она почти не боится. Лишь прикрывает глаза, надеясь, что ее убьют быстро.

Но долгожданный покой не наступает. Ее куда-то несут. Кладут на каменные плиты. Вливают в горло горький настой – от него немеет рот. Затем разрезают спину и вырывают у нее позвоночник, чтобы вплавить вместо него раскаленное железо – по крайней мере, ощущается это именно так, и Кайла кричит, не в силах что-либо изменить.