Чтение онлайн

Разводилов снял шлем с головы Вола.

– Послушай, ты же сам знаешь Джедая, он может убить. – Испугался Вол.

– Уже не сможет, братан.

Вол попытался дать по газам, но Разводилов опрокинул его вместе со скутером. Вол тут же вскочил и бросился в лес. Длинноногий Разводилов быстро догнал его, повалил и усевшись на него замахнулся, но Вол вдруг что-то закричал:

– Погоди! Погоди! У меня кое-что есть!

Разводилов опустил руку и вцепился Волу в горло.

– И какого хрена ты сразу не говоришь об этом?!

– Я не знаю, может, это не связано, но…

– Говори!

– Короче, пару недель назад под фундаментом старой общаги нашли труп с распиленным черепом. Общагу готовили для зареченских переселенцев, но из-за трупа ее открытие задержали на сутки.

– И зачем мне эта хрень? – Разводилов сжал пальцы.

– Дело так и не завели, его вообще нет в реестре! Как будто и тела нет, но оно есть. То есть было.

Разводилов ослабил пальцы и слез с Вола. Косвенно его слова подтверждались тем, что о найденном трупе в отделе Разводилов точно узнал бы, если конечно Вол не соврал или не напутал что-то.

– Кто нашел труп?

– Говорят, старый алкаш Сидор.

Разводилов прищурился.

– Это который одноглазый?

– Да. Его там вроде наняли откопать шурфы и он вызвал патруль.

– Как ты узнал об этом?

– Ты же сам сказал мне греть уши! Вот я и грел. Я между прочим чуть не спалился! А сейчас они все на взводе реально!

– Ну?

– Банан с Ильдаром трепались по пьяни, когда вышли покурить. Не знали, что я стою за углом.

Разводилов задумался. Все это конечно странно, но при этом походило на правду, учитывая, что Вол назвал Ильдара. Вряд ли ему самому удалось бы все это сочинить. Дело, конечно, странное. Зачем скрывать труп, да еще старый, если только…

– Ладно, – полицейский поднялся и склонившись над Волом нацелил указательный палец ему в лицо, – даю тебе еще два дня. Это последний мой тебе подарок. И больше не бегай от меня.

Оставив испуганного Вола на краю леса, Разводилов поехал в южную часть города, где за старой железной дорогой доживал последние деньки небольшой частный сектор.

Остановив машину в начале грунтовки, он прошел мимо покосившихся развалюх, черных бревенчатых изб с кривыми оградами, за которыми гниющая мертвая листва прятала вековой мусор. У самого жалкого домика он остановился, поглядел по сторонам, затем пересек дворик, усеянный пустыми бутылками и постучал в грубо сколоченную дверь, прислушался – тишина, поколотил еще носком ботинка – бестолку; заглянул в мутное окно – за разводами сплошная темень.

Разводилов, знавший, что некоторые люди имели привычку затаится в доме в надежде, что от них отстанут незваные гости и потому продолжал колотить в дверь еще около минуты. Однако, все же каким-то полицейским чутьем он понимал, что дом был пуст и не просто пуст, а пуст уже давно.

– Уехал Сидор. – Раздался скрипучий голос справа.

Разводилов повернул голову и увидел старика за оградой – в телогрейке и ушанке, такого же серого цвета, как перегной под его ногами. Возможно, поэтому Разводилов его не сразу заметил.

– Куда уехал?

– К дочери.

– Давно?

Старик махнул рукой и извлек из кармана трясущейся рукой пачку «Примы».

– Две недели уж нет. Точно к дочери умотал, куда еще…

Разводилов снова посмотрел на дверь.

– Ключи вот только забыл оставить.

– Че? – насторожился Разводилов. – Какие ключи?

– Ключи мне обычно оставляет, чтоб по пьяни не прое..ать. – Беззубо улыбнулся старик.

Когда Разводилов садился в «Тойоту», раздался звонок с «неизвестного номера». Властный голос велел немедленно ехать на старую лодочную станцию. Разводилов выругался и завел двигатель, бросив смартфон на сиденье, рванул с места.

На лодочную станцию он приехал через пятнадцать минут, припарковался, бросил смартфон в бардачок, как было указано и направился к бывшему пирсу. Справа возникла крупная фигура в проеме заброшенного сарая. Разводилов узнал охранника мэрши и свернул к нему. Тот кивнул и исчез в помещении.

– Руки, – сказал охранник, когда Разводилов вошел в тесный сарай.

Разводилов нехотя поднял руки и охранник довольно грубо и обстоятельно облапал его с головы до ног, после чего протянул ему копеечный мобильник «Дигма», который почти наверняка будет уничтожен, как только Разводилов услышит по нему очередную порцию угроз.

– Слушаю.

***

Юлия Вадимовна сумела немного выиграть время, сославшись на обоснованную осторожность собственных действий и нездоровую суету в городской полиции. Марку Анатольевичу было сообщено что у Ермилова тоже пока ничего нет на таинственную парочку, все его подчиненные «в мыле» и сам он теряет терпение (последнее Юлия Вадимовна присочинила). Информацию о трупе с распиленным черепом, найденном под фундаментом бывшего общежития она припасла напоследок в надежде смягчить отсутствие хороших новостей, не особенно при этом рассчитывая на результат, но Марк Анатольевич неожиданно оживился.

– Я правильно понимаю, что полиция скрывает факт нахождения трупа с признаками насильственной смерти?

– Более того, мой человек говорит, что свидетель нашедший тело, пропал без вести в тот же день и он почти уверен, что его нет в живых.

– А вот это дело, Юля! – неожиданно обрадовался Марк Анатольевич. – Если они это скрывают значит замешан кто-то из них или… и того лучше! Это нам на руку. Вот что, Юль Вадимовна, пускай твой человек покопает и в этом направлении. Надо обязательно узнать чей это труп. Если надо я помогу с ДНК.

Юлия Вадимовна подошла к окну. Из-под навеса выглядывал капот «Туарега», криво припаркованный мужем три месяца назад. «Вечером все равно в город ехать», сказал он тогда, а через десять минут лег на полосатый диван.

Увидев с гребня огненную пелену, изрезанную мутными прожилками синевы, Виктор с Ольгой с удивлением обнаружили, что провели в подземелье не только день, но и ночь. Ноги обоих были мокры от росы, ветер трепал их куртки, норовя забраться под влажные от пота воротники.

Виктор хотел отыскать какой-нибудь источник света, чтобы успеть сориентироваться пока позволял рельеф, но свет неожиданно сам обрушился на них в виде слепящего луча фонаря.

Без лишних слов, как опытные беглецы, они в миг скатились с насыпи и, спотыкаясь о кочки, бросились к темнеющим зарослям за ограничительным валом. Пропавший на время луч снова отыскал их, отобразив на поле две длинные тени.

– Стой! Стрелять буду! – разорвал тишину молодецки-недобрый голос.

Ольга привычно уходила вперед, до зарослей ей оставалось только перескочить через рельс. Щелкнул затвор и следом трескучий хлопок разнесся над стрельбищем.