Чтение онлайн

— Всё в порядке, — тут же пропищала Элина, тоже сделав подобный вывод. — Вы меня никоим образом не обидели.

— Тогда, до свидания, — Закрос кивнул, и Элина с Эшем вышли за дверь.

«Это что сейчас такое было? Почему он даже не отругал, а попросил прощения?» — удивление девушки было столь велико, что её глаза стали в два раза больше.

«Понятия не имею, — ответил ей Эш. — Идём уже быстрее в комнату».

Хранитель открыл портал, и они оказались прямо перед хмурым Дарионом.

— Всё в порядке? — спросил Дар.

— Всё странно, — ответил ему Эш. — Закроса, будто вывернули наизнанку, а потом сложили обратно, когда он полез целоваться к Элине. Но она точно этого не делала, я проверил.

— Ого! — Дарион присел на кровать. — Эль, что там произошло?

— Сначала он выяснил, почему моя иллюзия повела себя очень странно, — сказала девушка, плюхнувшись на стул. — А затем решил, что я к нему неровно дышу и захотел поцеловать.

— И? — Эш ждал продолжения.

— И ничего… упал как подкошенный, — в недоумении пожала она плечами. — Я хотела оказать ему первую помощь и дала пару пощёчин. Потом зашли Эш с секретарём и Закрос пришёл в себя. Только вместо выговора он принялся просить прощение… Странно.

— Очень странно, — Дарион покачал головой, — Эль, не надо больше к нему в кабинет попадать, договорились? А то умрёт болезный, а тебя обвинят в убийстве ректора и племянника главы Ордена.

— Хорошо, — сказала Элина, — я и сейчас не стремилась туда. Просто не сдержалась.

— Медитация, час в день, — заявил вдруг Эш, — чтобы впредь сдерживалась.

Он подошёл к ней, поцеловал в нос и, улыбнувшись, продолжил:

— Но песня упыря для ректора, это было нечто. А вид твоей пятерни на лице Закроса будет греть меня по ночам! Спокойной ночи, чудо моё, сегодня тебе надо хорошенько отдохнуть. Долги будем отдавать завтра.

Подмигнув, он открыл портал, оставив смущённую девушку и весёлого брата в комнате.

— Эль, а что за долги, может помочь? — внезапно произнёс Дарион.

Но ответом ему стал громкий заливистый кашель Элины и её пунцовые щёки.

Каин стоял в просторной спальне гарема около кровати, где лежало пока ещё не оформившееся тело девушки. В ярости сжимая руки в кулаки, тёмный бог даже не поморщился, когда его ладони пронзили когти. Кто бы мог подумать, что верный слуга сможет вызвать у бога такую злость…

— Как он посмел! — шипел Каин, распрямляя пальцы и убирая с ладоней кровавые следы. — Элина де Гис неприкосновенна!

От смерти Хорнейвена спасло то, что он об этом не знал. Каин даже не подумал, что кто-то, кроме него позарится на человеческую девчонку, как бы дико это не звучало. К тому же Хорн являлся самым верным и преданным слугой, поэтому получил лишь наказание в виде боли. Правда, ему повезло дважды, поскольку девушка не имела никаких претензий, что выразила довольно чётко. Иначе академия лишилась бы второго ректора за год.

Каин прикрыл глаза и начал делать глубокие вдохи, настраиваясь на позитив. Необходимо было срочно избавиться от несвоевременной злости. Скоро должна была пробудиться Искорка, а её ни в коем случае нельзя пугать. Смерть Марики внесла свои коррективы в планы тёмного бога. Без жертвы, которую требуется подготавливать в течение нескольких лет, невозможно открыть разлом. Точнее, теперь жертв понадобится очень много, но даже при этом без помощи Искорки ничего не выйдет.

Решив, что злость можно отложить и на потом, Каин успокоился и нацепил на лицо радостную улыбку. Бог принялся вливать Силу в женское тело, чтобы пробудить Искорку, и на кровати тут же появились знакомые очертания Элины. В этот раз он облачил её в длинное платье с открытыми плечами из серебристой струящейся ткани.

Одобрительно кивнув, он поднял девушку на руки, после чего перенёс её на веранду и усадил в плетёное кресло. Пусть полюбуется видами, когда откроет глаза, может тогда она станет более сговорчивой.

Опустившись на корточки перед креслом, тёмный бог начал разглядывать спящую девушку. Он не понимал, чем же Элина его зацепила, поскольку в данный момент мог поклясться, что не испытывает к этому телу абсолютно ничего! Вот в библиотеке и в кабинете у ректора, он готов был бросить к ногам Элины де Гис все известные миры, а сейчас… Ему было плевать! И так происходило постоянно. Без души девушки, оболочка его абсолютно не интересовала.

Пальцы медленно погладили очень знакомое лицо, которое сейчас казалось Каину чужим. Приблизившись к девушке, он какое-то время просто смотрел, после чего неожиданно прикоснулся к её губам своими и… ничего не почувствовал. Не было того безумия, которое бог испытал в новогоднюю ночь рядом с Элиной. Досадливо поморщившись, Каин поднялся и вернулся в комнату, чтобы не раздражаться ещё сильнее.

Примерно через час Элина распахнула ресницы и удивлённо огляделась по сторонам. Она заметила, что сидит в плетёном кресле на веранде и не могла понять, как сюда попала. Мысли проплывали в голове как-то вяло, словно нехотя, прохладный ночной воздух приятно холодил кожу, а аромат цветов наполнял каждую клеточку тела удовольствием.

Потянувшись, Элина решила, что пора бы узнать, где же находится это чудесное место. Она поднялась на ноги и подошла к перилам, чтобы посмотреть на ночной город, который призывно сверкал огнями, словно зазывая к себе людей на прогулку. За высокими стенами внизу, веселились какие-то люди. Оттуда доносились радостные крики и песни. Стараясь припомнить, какой сегодня праздник, Элина начала пристально разглядывать веселье за стеной.

— Что тебя так заинтересовало, Искорка? — раздался за спиной голос Каина.

Он подошёл к Элине сзади и обнял её за талию, отчего та замерла, боясь пошевелиться. Внезапно у неё закружилась голова, а ноги стали словно ватными, поэтому пришлось откинуться назад и позволить мужчине обнимать себя, лишь бы не грохнуться на пол.

Усмехнувшись, Каин отметил, что вновь почувствовал возбуждение. Смешно, но стоило сознанию Искорки пробудиться, как тут же всплыли воспоминания о великолепной ночи, проведённой с ней во сне. Наверное, поэтому тёмный бог решил усилить напор. Почему бы не совместить полезное с приятным?

По телу девушки пробежали всполохи магии, отчего сердце чуть не выпрыгнуло из груди. Элина в прямом смысле слова задрожала от желания и захотела прижаться к мужчине, чтобы потереться о него всем телом. Словно она была большой кошкой, выпрашивающей ласку от хозяина. При этом она знала, что ей следует умолять Каина, чтобы он никогда и никуда её не отпускал. Вот это испугало сильнее, чем вся боль, которую он уже ей причинил.

— Я скучал, — тёмный бог провёл пальцами по её оголённым плечам, вызывая хоровод мурашек на коже.