Чтение онлайн

Лион недолго шуршал у него за спиной, устраиваясь под одеялом, а потом погасил половину порхающих под потолком сфер, чтобы приглушить свет. Будучи божеством, он на самом деле не нуждался во сне, но в нынешнем воплощении был слабее и уставал, – да и любил просто зарываться в одеяла и погружаться в мир грез. Там, насколько знал Эриас, Хаски общался с другими богами и началами в том числе. Мир грез раньше не выступал каналом связи, но Люциан популяризировал этот способ, потому что до сих пор не мог отучиться от привычки ложиться спать, хотя этого больше не требовалось.

Наконец, все стихло, и Эриас даже собственное дыхание не слышал. Он ушел глубоко в себя, прямо в недра души, но оставил небольшую щель, чтобы не разрывать связи с реальностью.

За год парного совершенствования вместе с Хаски его душа перестала иметь чистый голубоватый оттенок – к ней теперь примешались золотистые частицы божественного. Эриас не понимал почему, даже когда они с Хаски не прикасались друг к другу, духовная сила не покидала его, а продолжала теплиться внутри, но спрашивать не решался. Чувствовал, что ответ ему не понравится. Однако того факта, что сила нарастала и он мог уверенно защищать клан, вполне хватало, чтобы унять тревоги.

Медитация проходила спокойно, пока женский вопль не выдернул Эриаса в реальность так внезапно, что даже сбилось дыхание. Распахнув глаза, он обернулся к окну и увидел, что Лион уже открыл ставни и выглянул на улицу.

Крик повторился, заставив их быстро натянуть сапоги и выбежать за дверь. В коридоре они столкнулись почти лоб в лоб с переполошившимся Сетхом и, не проронив ни слова, выскользнули на улицу. Устремились к нужному дому, окно которого было распахнуто, и из него торчала женщина, отчаянно звавшая свою дочь.

– Защити смертную, мы пойдем по следу, – приказал Эриас Сетху, а сам вместе с Лионом направился по следу чужой тьмы, незримой для смертных. Ее было много, и она тянулась прямо из окна дома, откуда, видимо, тварь и выпрыгнула.

Нечисть, только что напавшая на смертных, двигалась настолько быстро, что нагнать ее не удалось, даже когда они перепрыгнули стены города и вошли в близстоящий лес. След запутался среди стволов деревьев и переплелся с духовной силой других существ и мертвых огней.

Лион и Эриас замерли и тревожно огляделись по сторонам. Прислушиваясь и даже принюхиваясь, они пытались понять, куда двигаться дальше.

– Ты знаешь, что это за тварь? – спросил Лион, плохо ориентируясь с заблокированными силами.

Эриас нахмурился, вспоминая, что ему удалось застать перед тем, как они оказались здесь.

«Крик матери, распахнутое окно, оклик дочери. Сущность украла ребенка? Хм… – Он пригляделся к духовному следу. – Кое-что напоминает».

– Возможно, здесь чанху, – предположил Эриас, и Лион выругался себе под нос.

Чанху причисляли к опасным тварям, и действовать стоило осторожно. Эти существа выглядели как полупрозрачная женщина в пышном платье с полным или частичным отсутствием волос на голове. С огромным ртом и сотней зубов, что с легкостью перемалывали кости детей. Чанху обычно выходила по ночам, забиралась по стенам и проникала в дома, воруя младенцев из колыбелей.

Услышав треск сухих ветвей поблизости, Эриас обернулся, и пара серебристых мечей тут же материализовалась в руках. Чанху бросилась на него, крича словно перепуганная женщина. Лион отступил в сторону, не в силах вмешаться в драку.

Эриас взмахнул оружием, чтобы обрубить язык твари, вытянувшийся из чудовищного рта на пару метров, но тот легко увернулся от удара и спрятался за клацнувшими зубами. Чанху вытянула вперед когтистую лапу с длинными тонкими пальцами, напоминающими ветки на зимнем дереве, желая вцепиться в его лицо, но Эриас успел отклониться. Отступил, лишь чудом сохранив равновесие и не повалившись на землю.

Чанху продолжила нападать, Эриас – отбиваться и пытаться ранить тварь. Но стройное женское тело оказалось столь ловким и гибким, что задеть его никак не удавалось. Казалось, существо двигалось чуть быстрее Эриаса, и поэтому он не успевал.

– Осторожно! – выкрикнул Лион, когда чанху обманным движением отвела от себя удар и выбила меч из руки Эриаса, а ее язык резко вынырнул из пасти и обвился вокруг шеи.

– Ах! – Эриас попытался полоснуть по скользкому отростку вторым мечом, но его рука не послушалась, а тело начало неметь.

– Нет!

Лион не выдержал и ринулся в его сторону, обнажая висевший на поясе меч. Их взгляды с чанху пересеклись, но он не успел даже приблизиться, как черно-золотая молния ударила ему прямо в голову.

Эриас в отчаянии захрипел, когда Лион рухнул на колени и сплюнул на землю кровь, от запаха которой чанху нахохлилась и зашипела на него. И хотя она сама ненадолго отвлеклась, язык ее продолжал сдавливать шею Эриаса с таким усердием, что если бы не духовная сила заклинателя, то кости давно были бы сломаны. Брыкаясь, Эриас попытался дотянуться до своей шеи, но сил хватило лишь на то, чтобы наполовину поднять ощущавшиеся свинцовыми руки.

Когда Лион начал подниматься на ноги, чанху зарычала. Она не могла напасть на него, потому что вкладывала все силы в удушение Эриаса и одеревенела так же, как и ее жертва. И хотя со стороны казалось, что она легко удерживала заклинателя, на деле каждый из них вкладывал немало усилий, чтобы не сдаться первым.

Эриас захрипел, словно пытаясь выкрикнуть: «Остановись!», когда увидел, что кожа на руках Лиона начала покрываться алой чешуей, а божественный свет окутал все его тело. Невесть откуда взявшийся ветер закружил опавшую листву, а свет звезд и луны внезапно померк из-за сгустившихся туч. Природа будто предупреждала его остановиться, но Бог Обмана не слушал. Он рванул к чанху, но успел лишь полоснуть острыми черными когтями по ее боку, прежде чем молния вновь пронзила его. Лион рухнул без сознания, и Эриас захрипел так, что связки едва не разорвались от боли.

Чанху загоготала, глядя на божественный полутруп. Осознав, что опасность миновала, она вложила в смертельный захват еще больше сил. В глазах Эриаса потемнело, а душа его начала покидать тело. Он не планировал сегодня умирать, но борьба была ему не по силам, а смерть уже стояла за спиной, обжигая затылок своим морозным дыханием. Жизнь еще не успела пролететь перед глазами – Эриас боролся до последнего, стараясь оставаться в сознании.

Перед тем как потерять связь с реальностью, он увидел, как мелькнула серебристая вспышка, рассекшая тьму леса. Следом за ней раздался отчаянный крик, и язык, сковывающий шею, наконец ослаб.