Чтение онлайн

– Самый большой радиус действия по стране и самые привлекательные тарифы!

– ...позволь себя соблазнить!

– Грипп атакует. Приди и сделай прививку всего за...

– ... и найди нас на Фейсбуке[16]!

Я уже не могу, отталкиваю от себя всю эту ярмарку, наклоняю голову, чтобы не пробуждать их заинтересованности, только все это ничего не дает. Ничегошеньки... Я пытаюсь перекричать отвратную какофонию у себя в голове, повторяя, что лишь бы до метро, что уже недалеко, лишь бы выдержать, что, хотя возле самой станции будет хуже всего, но потом уже покой, тишина, только частичные останки надоедства в своем районе, только ведь этовсеравночтоничего, будтоихвообщенету, лишьбыдостанцииметро ишагзашагом всеройснеговойкаше, лишьбытолькодобратьсядометроооо....

– ...новейшая мужская мода...

– ...настоящие домашние пельмени только у нас...

– ...позволь себе капельку шика, самая изысканная косметика....

– Бляаааааа! Отъебииииииииииииись!

Это было ошибкой. Свора на мгновение застывает в тишине, все глаза многоголового чудовища уставились на меня. И вот они трогаются! Все уже видят истекающую кровью добычу, все уже вынюхали жертву. Они почуяли жрат...

– Уважаемый пан, а не нужно ли вам....

– Совершенно по смешной цене, всего лишь...

– Новейший крик моды...

Метро уже совсем рядом, но... я не выдержууу-ууу! Так жить нельзя! Где же этот рай... Господи Иисусе, а ведь завтра на работу тоже на метро. Ну пускай же они, в конце концов, хоть что-нибудь сделают! Пускай все это запретят! Или, пускай, наконец, разрешат НОРМАЛЬНУЮ РЕКЛАМУ!

Этот рассказ уже выставлялся на Флибусте, но в формате .doc

АНДЖЕЙ ПИЛИПЮК

(из книги "КОНАН – ДИСТИЛЛЯТОР" 2016)

СТАЛКЕРЫ

Якуб вкатился в пивную, явно спеша. Бардаки инстинктивно втиснули головы в плечи. Каждый из них спешно посчитал все свои грехи. Вот только, о чудо, экзорцист, хотя и влетел вовнутрь, словно биллиардный шар, на сей раз ни за кем не гнался и не рвался в драку.

– Включи телевизор, - приказал он бармену.

– А что? Матч какой пускают? – Арендатор[17] копался в ящике, разыскивая пульт. – Наши ж, вроде как, не сегодня играют…

В конце концов он нашел, что над. Устройство как-то держалось, благодаря русской изоленте, некоторых кнопок на пульте вообще не было, но когда бармен нажал на одну – еще не выколупанную, старый телеприемник, подвешенный в углу, ожил. Картинка снежила, из прицепленной внизу колонки доносился какой-то хрип.

– Давай погромче. А вы – рожи в кружки и слушать! – рявкнул Якуб в сторону представителей враждебного племени.

– А программа которая? – глядя в экран, спросил арендатор.

– Ну… та, вторая. А может третья? Или даже шашнадцатая… Неважно! То есть – очень даже важно! Переключай, пока не увидим синие такие декорации.

– Синие… Во, есть тебе синие, - обрадовался арендатор. – Черт… - неожиданно сделался серьезным он. – Война должна начаться или чего?

Сквозь сетку помех был виден какой-то обвешанный орденами генерал, держащий речь в штаб-квартире НАТО. Мина у него была самая грозная, к тому же он угрожал кому-то кулаком.

– Не… не такие синие. Ты дальше клацай.

– Ты погоди… - бармен уставился в телевизор. – Оно, наверное, важно.

– Война – не заяц, никуда не убежит! А ежели чего-то атомное упадет нам на головы, наверняка и сами заметим! В общем, давай свой вихайстер[18], сам поклацаю…

Общими силами они начали разыскивать программу с соответствующим оформлением студии.

– Развелось этих каналов, - возмущался экзорцист. – Перед войной же этого не было! Нам эти телевизоры вообще нужны не были! Поболтал человек вечером с соседом через плетень, в картишки в амбаре поиграл, пошел к колодцу по воду или в пивную. Общественные связи теснее только становились. Ну а сейчас валяется народ по диванам и в ящики пялятся, только время теряют и обрастают салом…

– Если тебе телевидение не нравится, можем вообще выключить, - обиделся арендатор. – Или плату начну брать за просмотр.

Волна мертвой тишины дала ему понять, что он, похоже, ляпнул какую-то глупость.

– Ну, чтобы на новый телевизор собрать, - буркнул он. – А то этот едва-едва фурычит…

Тишина сделалась еще более зловещей. К счастью, Якуб как раз обнаружил нужный канал. Звук он вывернул на всю катушку.

– Вы глядите! – порекомендовал он.

Картинка представляла телестудию. В нем поставили три кресла. Посредине сидел некий типчик, наверное – ведущий программы. Слева удобно развалился чувак в костюме, ну а справа все посетители пивной к собственному изумлению высмотрели Сэмэна.

– А этого как еще в телевизор занесло? Еще стыда на всю страну нам натворит! – удивился Изидор Бардак, но Якуб только погрозил яму цепярой.

– Я сказал: тишина! – рявкнул он[19].

– Это ведь и вправду необычная находка, - произнес чувак в телевизоре. – Только представьте себе, дом разбомбили в сентябре тридцать девятого года. И до настоящего времени развалин никто не перекопал.

Стена за креслами ожила, на нее спроецировали снимки глубоких ям. На их дне были видны старые кирпичные стены, какой-то строительный мусор, куски штукатурки, ржавые трубы и занятые трудом люди. Строители, видя, что их снимают на камеру, браво размахивали лопатами.

– Только лишь наша фирма, подготавливая раскопки под фундаменты дома с роскошными апартаментами, очистила старые подвалы и обнаружила вот это. – Камера отъехала в сторону, а точечный прожектор выловил из полумрака покрытый толстым слоем ржавчины металлический ящик, то тут, то там еще носящий следы краски.

– Это довоенный почтовый ящик для писем, - ведущий передачи пояснил не столь врубающимся зрителям, что же за объект видят те на экране.

На стене поочередно сменялись фотографии артефакта в момент обнаружения.

– Этот ящик, что подтверждается старыми снимками, перед войной висел на фронтоне здания. Стена рухнула вовнутрь, почтовый ящик присыпало обломками, и он сохранился до нашего времени в практически нетронутом состоянии. Мы вскрыли его в нашей лаборатории и извлекли из него сорок три не высланных письма

На стене студии мелькали довоенные фотографии дома. Потом показали почтовый ящик на металлическом столе. Его окружали типы в белых лабораторных халатах. В конце концов появилась кучка пожелтевших конвертов с наклеенными довоенными марками.