Чтение онлайн

– Вот так оно и выглядит. А у меня для вас подарки.

– Подарки, - изумилась девушка.

– Ведь сегодня же Сочельник.

Он раскрыл мешок, достал изнутри несколько потрепанный паспорт.

– Это вам, - вручил он документ Митьке. – Новый паспорт. И еще кое-что, - подал он ему небольшой золотой ключик. – Москва, улица Некрасова четыре, квартира восемь. На новую жизненную дорогу.

– Что это значит?

– Жилье. Для вас.

– Но ведь я же не…

– Все соседи подтвердят, что там ты живешь уж с десяток лет, пять лет назад родители уехали в Вологду, и ты остался на хозяйстве сам. Ты учишься в политехническом. Зачетная книжка и расписание занятий в шкафчике под радио. Кефир в холодильнике[54].

– Каким же это чудом… - начала было Дарья.

– Это ночь чудесных событий. Пускай она останется в вашей памяти навсегда. В России осталось уже очень мало порядочных людей. Мы обязаны о них заботиться. А для тебя, душенька, покопался он в мешке и вытащил небольшую, красивую грузинскую икону, нарисованную на томпаковоой пластине[55]. – Твоя покровительница. Пускай принесет тебе счастья в работе, потому что о личной жизни беспокоиться тебе нечего, - указал он жестом на бывшего дезертира[56].

– Приди к нам через год, - попросил Митя.

– Боюсь, что уже не смогу. Так мало людей в меня верит. Сила моя слабеет.

– Я с нынешнего дня в тебя верю, - шепнула Дарья. – И буду тебя ждать, даже если ты не придешь.

Святой послал им грустную улыбку и вышел в темноту. Теперь с него свалилось все напряжение этой особенной ночи. Он их одарил. И теперь был всего лишь человеком. Никто его уже не ждал. Лес был пустой и темный. Николай шел вперед. Шел много часов. А потом упал в снег.

Протокол осмотра трупа

Десятого января сего года милицейский патруль на дороге, ведущей из города в заброшенную медную шахту, нашел труп мужчины. Покойник был одет в неполный костюм Деда Мороза, то есть, бархатную шубу (красную), с посохом и с плоской красной шапкой в форме миски. Бороду имел натуральную. Возраст, на вид, лет сто. На теле не найдено каких-либо документов или удостоверений, которые бы позволили идентифицировать личность. Возле покойника лежал мешок с крайне контрреволюционными предметами, то есть, с книжками, изданными еще до введения народной власти, в том числе – часть на тему религиозного суеверия, олеографические портреты последнего царя, дорожные иконы, старинные куклы и т.д. (подробный перечень в приложении). В карманах покойного найдены золотые часы с монограммой последнего царя, ключ от навесного замка и семь рублей двадцать одна копейка мелочью. Часы и деньги хранятся отдельно. Предполагаемая причина смерти – замерзание.

Не прошло и десятка лет, и вся Польша (понятное дело, какая-то ее часть, читающая фантастику) восторгается появлением нового, истинно польского фантастического персонажа – не какого-то там ведьмина Геральта, но самогонщика и экзорциста из Войславиц, Якуба Вендровича. С кем только не сражался неутомимый Якуб: с мертвяками, фашистами, бюрократами, полицейскими, инопланетянами и даже с мумией Ленина. В своих похождениях Якуб (и в самом раннем, и в зрелом возрасте) встречался и со святым Миколаем.

Но сравните его с Николаем из предыдущего рассказа… Этот уже не против оружия. Это вообще уже какой-то другой Николай, в чем-то похожий на участников свиты Воланда: Коровьева или даже кота Бегемота… Все течет, все изменяется…

АНДЖЕЙ ПИЛИПЮК

РОЗЫГРЫШ ПЕРЕД РОЖДЕСТВОМ

(из сборника "Загадка Джека Потрошителя" 2004 г.)

(Andrzej Pilipiuk – Wigilijna rozgrywka)

(zb. Zagadka Kuby Rozpruwacza 2004 r.)

Войславице 1908 год

Вендрович вставил вырванную с корнями елочку в пустую кадку для ферментации бражки. Подсыпал торфа и полил водой из ведерка.

– Ну вот, праздники постоит, а потом снова можно будет перед домом заткнуть, - довольным тоном сказал он.

– Браво, - буркнул Святой Николай, - Необходимо развивать экологическое мышление.

– Эко… чего? – удивился семилетний Якуб.

– Лет через восемьдесят поймешь, - пояснил гость. – Ну да ладно, сейчас подарки раздам, и пора в дорогу… - Он покопался в мешке и вытащил целую кучу пакетов. – Для вас, хозяин, ящичек динамита. Пригодится для этой вашей ППС[57]. Это если захотите полицмейстера снова взорвать…

– Да тихо вы! – прошипел Павло.

– А кто тут нас услышит? – пожал святой плечами. – Вот тебе еще револьвер… Скоро случится первая мировая война, вот и пригодится.

– Быть может, наконец-то, независимость обретем, - вздохнул отец маленького Якуба. – И самограйчик можно будет гнать легально, потому что эта царская спиртная монополия народ совершенно расстроит.

Николай ничего не сказал, лишь печально усмехнулся.

– А для тебя, мальчоночка, - подал он Якубу картонную коробку, - образовательная игрушка. Набор "Маленький самогонщик".

– Спасибо, - обрадовался пацан. – Я всегда мечтал о подобной игрушке.

– И еще моток тормозного тросика для силков. Будет гораздо лучше, чем провода, которые воруешь с телеграфных столбов.

Парень слегка покраснел. Павло спрятал динамит и револьвер в шкаф. Успел он в самый последний момент, потому что кто-то постучал в двери, и в халупу ввалился молодой сосед – казак Сэмэн[58].

– О, святой Николай? – удивился он. – Здраствуйте[59], подарки есть?

Он стряхнул с папахи слой снега и потопал по полу, чтобы отряхнуть и валенки. Из кармана у него торчала початая бутылка русской водки.

– Пошел, дурак. К тебе приду в соответствии с вашим православным календарем, через две недели, - буркнул прибывший. – В свою очередь, могли бы как-то и унифицировать, а то ведь бахнуться можно: и работа не раз в году, и подарки на две кучи делить…

– Так точно, - нахмурился молодой.

– Николай, а когда ты снова придешь? – спросил Якуб, пряча подарок назад в коробку.

– Ой, нескоро… Лет через сорок, - пояснил тот.

– А почему же так?

– Когда я эту работу начинал, было легко, всего несколько сотен тысяч людей одарить. А теперь крещеных десятками миллионов считать требуется… А я ведь не разорвусь. Приятно было с вами поболтать, только мне пора.

Он допил мутный самогон[60] из стопки, закусил паштетом из соседского Серка и вышел из хаты, где взгромоздился на санки и, тряхнув вожжами, помчался в темноту.

"Каждый святой ходит, улыбаясь"[61], - запел он, щелкнув, с выкрутасом, бичом.