Чтение онлайн

Через пару секунд всё успокоилось, и, опять садясь на пол, Джейк поймал на себе гневные взгляды близнецов. После чего передал орудие в руки Кевину, который зарядил снаряд и пульнул его более безопасно для всех, попав в солдатика, который от попадания стал вращаться во все стороны, что вызвало бурное оживление. Но его сменило ощущение безумного страха, причём у всех троих, когда в порыве радости они не услышали шаги Эммы в коридоре, которая уже открывала дверь. Все поняли, что сейчас будет. Джейк, схватив орудие, спрятал его за спиной, так и не убрав оттуда руки. Близнецы, просто оцепеневшие от страха, так и остались сидеть на полу. Джейк как раз успел спрятать игрушку, как Эм появилась на пороге.

Первым делом она увидела странную стену по центру комнаты с болтающимся там солдатиком, и переведя взгляд на троицу, сидевшую между кроватями как раз напротив этой стены, спросила:

– Что вы тут делаете?

– Ничего!

– Сидим!

– Играем!

Невпопад ляпнули все, каждый свою версию. И тут же поняв, что они допустили ошибку, Джейк, отодвинув катапульту за спину Кевину, начал вставать, чтобы как-то спасти ситуацию.

– Да мы тут сидим болтаем о всяком, уже собирался укладывать их в кровати, – начал оправдываться Джейк, подходя к жене и немного прилагая толчковых усилий, выпихнул удивлённую Эмму за дверь, проговорив:

– Я потом всё расскажу, – и закрыл перед ошарашенной женой дверь, оставляя её в коридоре.

Повернувшись к мальчишкам, он натолкнулся на их испуганные взгляды. На что он пожал плечами, сказав:

– Я ничего лучше не придумал.

– Так, ладно, я думаю, на сегодня хватит игр, давайте всё уберем и быстро в кровать, договорились?

– Да, пап! – дружно ответили близнецы, благодарные за сохранность своей тайны.

Через десять минут оба уже лежали в своих кроватях и мило сопели. Футбольный матч сделал своё дело, как только их головы коснулись подушки. Джейк, немного посмотрев на них, выключил свет и вышел из комнаты, тихонько проследовал в ванную, а затем некоторое время спустя оказался в спальне, где в кровати уже лежала Эм с книжкой.

– Ну рассказывай, и что это было? – отложив книгу, проговорила Эмма.

Джейк, подойдя к жене, которая лежала на ближней половине кровати, одним прыжком перепрыгнул её и плюхнулся на свою половину. После, накрывшись одеялом до пояса и убрав руки за голову, приступил к рассказу. Начал с игрушки, переделанной в катапульту, и закончил пересказом всего произошедшего на работе, не забывая инцидент с розыгрышем, акцентируя больше внимания на совещании, чуть ли не дословно пересказывая. После чего они выключили свет и улеглись спать. Завтра было воскресенье, самый нелюбимый день в неделе для Джейка. День, когда надо было идти в церковь…

Этим утром Джейк, как обычно, остановился в нескольких домах от церкви и, подождав пока дети выйдут из машины, в очередной бесполезной мольбе обратился к Эмме:

– Дорогая, может, я всё-таки здесь вас подожду? Или пока схожу в спортзал? Ты же знаешь, как я к этому отношусь!

– Так, Джейк! А ну-ка быстро вышел из машины, в сотый раз повторяю тебе: я не хочу выглядеть там как брошенная женщина с детьми. Все обратят на это внимание, а городок у нас маленький, пойдут слухи, почему ты не ходишь в церковь. Дальше подумай сам, к каким выводам это приведёт! Хорошо, если это остановится на супружеской неверности! – выпалила Эмма.

– Ладно, иду, – сдался Джейк и заглушил двигатель.

– Ну вот и славно. Только в этот раз, пожалуйста, не корчи рожицы детям.

– Они первые начали! – детским обиженным голосом пошутил Джейк.

– Закрывай машину и шагом марш в церковь! – приказала Эм Джейку, который неохотно подчинился.

На этом и закончились их споры. Джейк молчал до самого входа в церковь.

Сама церковь выглядела скромно. Как обычно. Как все подобные церквушки в маленьких городах. Прямоугольное деревянное здание белого цвета. Треугольная зелёная крыша. Стены усыпаны окошками, с улицы эти окошки были обычными, а внутри на них изображались святые или особо важные моменты из Библии. Справа к зданию примыкала высокая башня, на вершине которой висел колокол, оповещавший всех, что служба идёт или скоро начнётся, или ещё что-то, Джейк точно не знал. Вход в здание был обычным крыльцом с деревянными перилами. Правда входная дверь больше напоминала ворота, потому что была в два раза больше обычной двери, наверно, для удобства, чтобы людскому потоку было удобнее попасть внутрь, без пробки, толкотни и суеты.

Как раз оказавшись в таком несильном потоке, вся семья Джейка потихоньку двигалась в церковь, которая была уже наполовину заполнена.

Джейк знал, что в существование Бога он верил. Ну может «верил» слишком громко сказано, скорее допускал возможность. Но вот сама церковь вызывала у него чувство тревоги. Он не понимал, зачем нужно каждую неделю, а то и два-три раза в неделю, собираться и говорить то, что Бог и так знает и видит. Если, конечно, он существует. Потому что так говорит церковь? священник? религия? Как можно им верить? В истории есть много моментов, которые показывали, что не стоит принимать всё так, как говорят. Все эти мысли Джейк прокручивал в голове каждый раз, когда плыл в этом потоке.

Проходя невидимую линию, которая отделяла порог от непосредственно самого помещения церкви, и вот только носки ботинок Джейка пересекли её, как он начал, ёрзать и потихоньку приседать, судорожно сжимать и разжимать пальцы рук, повторяя при этом достаточно громко:

– О боже, я горю, я горю!

Люди, находившиеся рядом, к огромному стыду Эммы и Сары, стали тыкать пальцами и отходить подальше от Джейка. Только мальчишки, которые стояли сзади, Кевин и Дилан, начали хохотать и повторять движения папы. Но, увидев, как папа получил увесистый подзатыльник от мамы, они выпрямились и сделали вид, что ничего не было. Пока Джейк с улыбкой оправдывался, что это просто шутка и нет в ней ничего такого страшного, вся семья дошла до свободных мест и вместе все сели на деревянную скамью.

Огромная высота потолка создавала акустический эффект любого звука, потолок был украшен тремя огромными люстрами. Золотого цвета. С множеством свечек на них, по стенам всюду были изображения, на фоне которых очень красиво смотрелись тёмные мраморные стены и такой же пол, деревянные дубовые скамьи были выстроены в два ряда, от входа до самого начала ступенек подиума, на котором и проходило выступление пастора. За подиумом было огромное количество различных чаш, ваз и всякой мелочи, которыми были уставлены три небольшие арки, над которыми и возвышалось огромное распятие с Христом, так сказать главное украшение этого места.

Как обычно, уже к середине службы Джейк начал кемарить, на что постоянно получал толчки в бок локтем от жены, которая внимательно слушала всё.

– Какой пример ты детям подаёшь, – тихонько повторяла Эмма при каждом толчке в бок Джейку.

– Когда они подрастут, то сами смогут принять решение о своей вере, а то, что сейчас ты их пичкаешь «своей верой», не оставляет им свободы выбора…

– Выбирай выражения, ты в церкви, – разгневалась Эм.

– Простите, простите! – послышался язвительный ответ Джейка.

Следующие десять минут Джейк посвятил тому, что внимательно вглядывался в лица людей, которые находились в церкви, и играл в любимую свою игру, «угадай кто как согрешил».

Вон тот мужчина, немного правее, напоминает Ганнибала Лектора. Наверняка он мучает людей в подвале, а потом их съедает. Ух, какой у него здоровенный живот, а тут сидит и просит прощения у Бога с милым лицом или выискивает новую жертву? Сменил направление мысли Джейк, когда мужчина начал осматриваться.

Или вот эта женщина, которой явно за сорок, скорее всего, грешит с молоденькими мальчиками втайне от мужа.