Чтение онлайн

Киевлянка Мария Кирилловна Нестеренко, в тридцать четыре года так и не ставшая матерью, удочеряет «скелетик в трусах» Анютку, не подозревая о последствиях импульсивного поступка… А какие гены заложены в девчушке её отцом — пятнадцатилетним пацаном, вроде бы сыном самого Вольфа Мессинга, и матерью — тридцатишестилетней библиотекаршей, выясняется не сразу… «Невыносимый ребёнок» читает и пишет справа налево, без ума от зеркал, с детства «видит» своё и чужое будущее…

Книга заинтересовывает сразу, повествование — перемежающееся/перекрещивающееся — не отпускает до самого конца. Ведь роман не только о левше Нюте — о жизни в Жмеринке, Гурьеве, Киеве, Франкфурте, Монреале, Вермонте… О музыке («настоящая музыка — настоящая тоска»), о цирке — как «смачно» пишет Рубина о жизни цирковых (хорошие у неё были консультанты)!

Нюта так и не назвала Машу мамой, эта «зеркальная девочка» не стала красавицей, но её тело амбидекстера — «безумно талантливо». Толчок к тому дала нянька Христина, на седьмом году жизни Анюты «перелицевавшая» её (насильно заставившая равнозначно работать обеими руками). Имея возможности «большие, чем требуется человеку для счастья» (со своим «зеркальным тоннелем внутри лба»), Нюта-неприкаянная не находит ничего лучшего, как стать цирковой артисткой. А в цирке не зря стала крылатой фраза «Один день в неделю — для встряски организма — надо не пить»! Обладая с детства неутолимой жаждой к непрерывному постижению, Нюта все же решает: главное — цирк! При всей расположенности к физике, теории Эверетта, М-теории струн («Ё-моё! Вот мозги у девки!»)

Всегда «стремясь прочь», Нюта в цирковом училище «зависает», проходя жесткую и требовательную школу. И здесь книга Рубиной напомнила роман «Vita Nostra» Дяченко… Сама выбирая, кого любить, Анна бросает молодого, красивого циркового мужа, уходит к старому, седому, неприкаянному лабуху Сене… Почему? Да просто это «её мальчик», ну не срослось сразу…

Хрупкий и жутковатый дар начинает приносить неприятности — неправды не говоря, комфортным человеком не станешь… Нюту считают «ведьмой», участь свою она принимает, понимая — изменить ничего не сможет… Демиург хочет остаться человеком…

Как живописует Рубина еврейское лето в Жмеринке — какая фактура! Не со всеми её пассажами могу согласиться, это из Иерусалима легко говорить (устами персонажа) о бывшей родине: «Власть всегда будет разбойная, потому что земля такая…» Просто «ошибочка» автора, сродни другой, технической: «система охлаждения заправлена соляркой»…

Став разработчиком иллюзионов/фокусов, Анна Нестеренко/Стрелецкая от массива чужих мыслей старается убежать — на мотоцикле, поезде, самолете. Но от мыслей собственных не убежишь… «Для чего я?» В гроб вогнала приемных родителей, радости принесла мало кому, одни неприятности. «Я просто зеркало… Мне не позволено ничего исправить…» Да-да, но… Не жалеть никого ради истины — тяжело… Что ж, выбор есть выбор, Анна «на середине моста вздёрнула мотоцикл на дыбы и, вылетев поверх ограды, понеслась по зеркальному коридору»… Откуда только силы отказаться от «дара», отринуть навязанный дар небес…

Но куда понеслась? Тут начинаются разночтения. В другую зеркальную Вселенную (согласно давней идее некоего Эверетта)? Но что внесёт в повествование эта «дурная фантастическая струя»? Бесследно исчезла довольно известная женщина, улетела по небу на мотоцикле… Уж лучше парапсихологию приплести, «мистику»! Но роман Рубиной совсем не мистический, реалистический (почти)… А в романе героиня не может исчезнуть без следа. Такое только в жизни случается… Так что Сеня встречается с Анной ещё раз…

M. Version: Велика сила притяжения фантастического метода. Кого только не затягивает эта «чёрная дыра»! Робски ранее не читал — к чертям с матерями катись любая её книга, но эта!.. Про «фиолетовых инопланетян»-гермафродитов книжку проглядеть пришлось… Зачем сорокалетняя успешная бизнесвумен-райтер, воплощение «мечты идиота» о красивой жизни, обратилась к фантастике — вопрос, конечно, интересный… Она-то так поясняет: «…Роман получился именно таким, как я хотела». (Неужто Робски хотела написать пародию?)

С некой планеты Тета, чьи обитатели давно живут без эмоций, на землю «в поисках любви» отправляется Вторая экспедиция. Фантастический антураж жалок и смешон, вот лишь самые примечательные фрагменты: 1.Я нажал на газообразном эллипсовидном кристалле «паузу»… 2. Лёгкое кристаллически-фиолетовое тело дёрнулось на галогенном экране… 3. Он отключил от своей головы огромные круглые механизмы, считывающие мысль… 4. Мы летели через системы погружающих трансформаторов под названием звёзды… 5. На этих планетах высшие существа имеют обличье диких или домашних животных… 6. Используя небольшую радиолокационную камеру… Имеющей высшее (верхнее?) образование особи такое писать все же не пристало…

Ну пусть, изначально было ясно, что фант-гаджеты тут будут сбоку припёку. Ведь роман «про наши страсти и наше одиночество» (из авторской аннотации). И что ж находят на Земле отправившиеся «за формулой любви» Млей и Тонисий? С их сверхзадачей — научиться плодиться и размножаться — совершенно непонятно, почему высаживаются они в районе Рублёвки… Для «этого» Рублёвское шоссе — совсем не благоприятный регион. А всё просто, для автора жизнь за Рублёвкой — чуть ли не Terra Incognita…

Владея «всеми техниками превращения», фокусники-клоуны-инопланетяне познают нравы рублёвцев и рублёвок. Что ж оказывается? «Землянин ищет предмет любви не в себе, а во внешнем мире… Людям не нужны их идеалы. Люди вокруг ничего не хотят…» Разве что пожрать и выпить! Унаги, угорь на рисе, кайсо, папердели с белыми грибами, фуа-гри… Потрахаться и то не каждый хочет/может…

«Я хочу, а он — не может!» Ну просто ужас! Как не согласиться с Натальей Петровной: «Мне нужны были эти мужики? Но как без них-то?» А также без Paul Smith, Hermes, Yves Saint Laurent… «В Armani было слишком просто, в Prado — узко, в Brioni — смешно…»

«Фантастика» со второй четверти книги становится «исчезающей»… Персонажи «играют в любовь без правил». Лишь тут Робски хоть что-то подмечает верно: «Люблю его… Он без меня пропадёт» — это горничная Галя (настоящая землянка!). Странные существа люди помогают тетанам (тетанцам) именно на Земле «найти» друг друга: Тонисий и Млей («я вообще не мужчина, я — инопланетянин») зачинают двоих детей…

«Серебряный корабль планеты Тета начал облучение всей территории Рублёвского шоссе зомбирующими частотами ультракоротких волн… на фоне огненного заката любвеобильной планеты Земля»… Каково?! Если это не графомания, то что же? И вот такое «изделие» выпускается тиражом 150 000 экземпляров…

F. Version(short): Эта фантастика, суётся куда не надо! Я читаю все книги Робски, пришлось и эту! Ну зачем Оксаночка — такая замечательная — обратилась к фантастике? Чего ей не хватало? О «поисках любви» можно было написать и без этих противных фиолетиков…

Зачем все эти кристаллы, экраны, какие-то трансформаторы… Господи, ведь роман про страсти и одиночество! А этого на Рублёвке и без пришельцев достаточно. О, какие страсти!! «…А он не может!» Это ж ужас/horror, ну куда денешься, конечно, к другим побежишь!..

Слава Богу, Armani, Prado, Brioni никуда не делись, как и Yves Saint Laurent! Ах, вот бы с ними!..

Все же как-то непривычно, что двоих детишек зачинают двое вроде бы «мужиков», но с другой стороны, Млей же говорит: «я не мужчина, я — инопланетянин»!