Чтение онлайн

— Ясно, — Витька сполз с лавки и подсел к Катерине, — я… покемарю немного.

На самом деле Егоров не спал. Глаза, спрятанные за зеркальными очками, внимательно следили за командой, а голова работала со скоростью компьютера. Делить шкуру неубитого медведя Витька не любил, но даже его критический склад ума не протестовал против выстраиваемых планов на будущее. В том, что они легко перестреляют семь десятков бирманских солдат во главе с… (зубы страшно скрипнули) с Ауном, Егоров не сомневался и очень надеялся на то, что все оставшиеся на островах земляне живы и, по возможности, здоровы.

Дмитрию и Данияру доверять было можно. С оглядкой и осторожностью, но можно. У этих закадычных друганов, несомненно, был свой взгляд на будущее, но, в целом, они были ему союзниками. Полностью доверять он мог лишь Олегу и Йилмазу.

'А Петру?'

Егоров мысленно поморщился.

'И Петру тоже… ладно — война план покажет!'

— Савади, Кхап! Привет, Лак!

Видеть старых друзей Витька был чертовски рад. Старый солдат, окружённый такими же, как и он сам, квадратными низкорослыми дядями, белозубо улыбнулся и, высоко подняв сложенные вместе ладони, низко поклонился. Полтора десятка сиамских военных моряков поприветствовали 'большого белого человека' гораздо спокойнее.

А потом они увидели Катю и её зелёные глаза.

'Ух!'

Егоров поковырялся в ухе. Там ещё звенел слаженный вопль солдатских глоток прооравших парадное приветствие. Катюша царственным взмахом руки подняла тайцев с колен и милостиво позволила им заниматься своими делами. Витька восхитился. И ёжику было понятно, что это был СПЕКТАКЛЬ, но как же здорово Катя сыграла роль королевы! Экипаж 'Урагана' тоже впечатлился — полное и безоговорочное повиновение опытных воинов Егорову остудило многие горячие головы и заткнули рты, требовавшие немедленного дележа привезённого хабара.

Кораблик, как две капли воды смахивающий на 'Птицу', подтянули к высокому борту 'Урагана'.

Когда капитан Кхап увидел, как из вонючего и жаркого ущелья выходит чёрный корабль, сердце его забилось, словно у несмышлёного юноши на первом свидании. Это было почти тоже самое…

'Придёт — не придёт?'

Он поставил на господина Вита всё. Буквально всё. Даже свою жизнь. Впрочем, его жизнь — это мелочи. Он привёл сюда, на вершину мира, десятки людей, которые поверили ему и отправились за ним в эти страшные места, где обитают дикари-фаанги и бывают безжалостные манмарцы.

'Придёт — не придёт?'

ОН ПРИШЁЛ.

Господин Вит улыбался, кричал на своём рычащем языке и радостно размахивал руками, ведя себя совершенно неподобающе для ГОСПОДИНА, но госпожа… корабль содрогнулся от одновременного удара пятнадцати каменных лбов по доскам палубы, а старый моряк с радостью увидел на плече своего господина ту самую железную палку, о которой столько слышал.

Ав. Том. Ат.

Кхап поднял ладони и очень низко поклонился.

— Говори.

— Мой господин, — Лактаматиммурам был очень серьёзен, — на большом острове, там, где был посёлок, пусто!

— Таааак…

Витя переглянулся с Димой и Даником.

— Дальше.

— Железная птица лежит на берегу, но возле неё тоже никого нет!

— Совсем?

— Да. Капитан послал разведку. Они обошли весь остров и даже взошли на железную птицу, но никого не нашли. Бирманские корабли лежат на берегу соседнего острова. Мы видели дымы костров, но не видели на берегу ни одного человека.

— Сколько кораблей?

— Четыре. Два военных катамарана и два грузовых.

Егоров посмотрел на приятелей — в джунглях большого острова можно было укрыть уйму солдат и спрятать всех пленников. Лазить по зарослям, рискуя в каждую секунду получить в спину дротик или нож, не хотелось, но делать было нечего — все, и бирманцы, и земляне находились где-то на этом островке. Все остальные возможные места обитания людей были заброшены.

— Ну что, мужики. Двинули.

Освободительный поход начался с банальной драки. Данияр, поняв, что дальше оттягивать разборки смысла нет, и чувствуя за спиной поддержку Сенсея, Егорова и тайцев, вызвал 'поговорить' местного смутьяна. Разговор получился коротким и по существу. Капитан корабля не заморачиваясь превратил лицо высокого молодого парня с наглыми глазами в кровавую кашу и, вдобавок, 'для профилактики', сломал ему обе руки. Хруст ломаемых костей окончательно добил группу из десяти гребцов и те, понукаемые пинками остальных матросов, предстали перед Данияром. Капитан встал и толкнул речь. Громкую и совершенно нецензурную. Благодаря щедрым порциям мата, которым Даник сдабривал свой монолог, Витька, с интересом наблюдавший за внутренними разборками среди казахов, понял, что кэп предложил всем несогласным не отнимать у него времени и немедленно утопиться.

Несостоявшиеся 'жентельмены удачи' топиться не пожелали и, бросая отчаянные взгляды на то, что осталось от их вожака, немедленно присягнули на верность капитану корабля.

— Хоп!

Витя с одобрением хлопнул в ладоши и решив, что пора и ему показать, кто здесь царь горы, взялся командовать.

Первым делом были извлечены автоматы. Сиамские ветераны благоговейно вынимали невиданное оружие из ящиков и низко кланяясь передавали его господину Виту, который не менее торжественно вручал его вызываемым капитаном людям. В этом дурдоме не хватало строя, знамени и текста присяги, зачитываемой вслух, но это было необходимо, потому что Катерина, Сенсей и кэп убедили Виктора Сергеевича провести церемонию вручения боевого оружия максимально торжественно.

Десять моряков, получивших автоматы, Витьку порадовали. Это были крепкие мужчины в возрасте, которые имели в прошлом опыт обращения с оружием. Впрочем, особых проблем с китайскими калашами не было — специалисты на той стороне уже сняли с них заводскую смазку, как следует всё почистили, проверилии пристреляли. Перед самым отъездом украинцы даже набили патронами полсотни магазинов. Вот просто вынимай автомат из ящика и стреляй!

Кэпу и Сенсею Егоров презентовал по пистолету. Эти стволы он выбирал лично, ориентируясь на размер, калибр и ощущение статуса. Сравнив всё, что предлагали торговцы, Витька остановил свой выбор, ткнув пальцем в самые блестящие цацки a-la 'мечта афроамериканского репера'.

У Кхапа и его бойцов железное оружие было — дрянного качества короткие мечи из тёмно-серого, ноздреватого железа и ножи-самоделки, привезённые Виктором в прошлый раз. Егоров ухмыльнулся, представляя какими будут рожи у этих пока невозмутимых солдат.

— Держи Кхап. Это тебе.

Из тиснёной, тёмно-серой кожи с тонким шелестом выползло лезвие. У тайцев отвисли челюсти — такого металла они ещё не видели никогда. Тесаки, закупленные Леонидом, на поверку оказались вовсе не мачете, как это было указано на наклейке. Это были настоящие мечи. Короткие, обоюдоострые шестидесятисантиметровые лезвия из нержавеющей стали, блистали на солнце так, что больно было смотреть.