Чтение онлайн

Лена же в силу того, что не разбирается в магии от слова «совсем», могла как-то неправильно понять. Или понять только то, что к магии отношение имеет весьма посредственное.

Впрочем, я и сам не был уверен, что пойму объяснения друга. Он иногда в такие дебри магической науки залезает, что чуть ли не каждую фразу приходится уточнять из-за наличия специфических и не известных магам общего профиля терминов из каких-нибудь весьма узких ответвлений магии.

И это я ещё закончил магическую академию. А если он на самом деле ударился в терминологию, то тем более нет ничего удивительного в том, что Лена не поняла из объяснений Кима ровным счётом ничего.

Фарфоровая леди смешно наморщила носик и фыркнула:

— Знаешь, если ко всему происходящему слишком серьёзно относиться, никаких нервов не хватит. Жизнь слишком скоротечна, растрачивать её на лишние нервы — последнее дело.

Тихо хмыкнул.

Нет, так-то она права… вот только на деле редко получается мыслить подобным образом.

— Ким хоть посмотрел, что с тобой, или сразу в уборку ударился?

— Посмотрел, — её улыбка стала не такой искренней, более натянутой. — Он сказал, что я потихоньку возвращаюсь в относительно нормальное человекоподобное состояние, но, скорее всего, условие для полного снятия заклятия останется тем, что наложил Босхафт. Правда, он так и не ответил, что со мной будет, если я за оставшиеся месяцы не найду того самого единственного и неповторимого…

Та-ак. А вот это мне уже совсем не нравится.

Ну… просто я хорошо знаю своего друга. И с полной уверенностью могу заявить, что деликатный Ким — это что-то за гранью.

Не стал бы он молчать в таких серьёзных вопросах, не в его это характере, скорее наоборот выдал бы полный расклад со всеми вероятностями развития событий, чтобы было понятно, к чему конкретно готовиться.

И, так как Леной он занимается по моей личной просьбе, сам бы начал усиленную подготовку. Всё-таки не так уж часто я своего друга прошу о помощи в таких серьёзных вопросах…

Ким — гений. И с экспериментами Босхафта разбирается практически всегда, даже если сначала у него что-то не получается, то через какое-то небольшое время становится очевиден прогресс, а зачастую случается и полное избавление от заклятий и проклятий. Собственно, это и была та самая причина, по которой я сумел протолкнуть его на место королевского колдуна в обход всяких там родовитых и потомственных кандидатов — он же полукровка, сын человеческий, а здесь таких… ну не то, что не любят, обычный-то народ спокойно относится, а вот аристократия презирает. Но нашего гения быстро признали из-за заслуг перед отечеством. Было за что, хотя его прямолинейность ой как не любили.

Так почему же Ким не остался верен себе и не рассказал Лене всё про её нынешнее состояние? Почему не объяснил, из-за чего сам не может снять заклятие? Почему умолчал о том, что с ней будет, если не найдём способ избавить её от этого кошмара?

Куча вопросов и ни одного ответа.

И объяснение этому может быть только одно: по истечении срока, отмеренного Босхафтом, Лена снова обратится в фарфор. На этот раз уже окончательно. И друг просто не стал её пугать, полагая, что ни к чему девушке лишние нервы, и без этого знания их хватает. А за год она либо судьбу свою найдёт, либо он решит её проблему, экспериментируя с зельями и словесными формулами.

Вот только это молчание… как бы хуже от него не стало.

Нет, точно надо будет с другом поговорить потом наедине, вызнать всё. Ну и… может, всё-таки найдём какой-нибудь способ помочь Лене. Две головы явно лучше одной, пусть и гениальной.

— Мы со всем справимся, — ободряюще улыбнулся я девушке. — Нет такого заклятия Босхафта, которое Ким не смог бы обратить. Или найти способ его снять.

И обхватил её маленькие фарфоровые ладошки своими руками, стараясь придать ей хоть капельку уверенности. Не знаю, как там считает Ким, но я глубоко убеждён, что правильный настрой на победу — уже полдела. Без него можно сотни лет топтаться на месте, а то и вовсе уходить от цели подальше.

— Правда справимся? — в этих глазах напротив, что были необычного медового цвета, было столько надежды…

Да и сами глаза затягивали, от них невозможно было оторваться.

Чувствовал себя сейчас пчелой, увязшей в таком сладком и опасном меду. И это были всё ещё нарисованные глаза. А мне так хотелось заглянуть в них настоящие…

— Правда, — постарался вложить всю свою уверенность в этот короткий ответ.

Не нужно сомневаться, от этого будет только хуже. А вот верить в успех совсем не помешает.

И я заметил, как Лена постепенно расслабляется. Вот уходит едва заметная складочка между бровями, опускаются плечи, а холодные до этого пальцы ощутимо теплеют. И это произошло явно не от того, что я не выпускал её руки из своих: не могло от этого простого жеста случиться настолько резкое изменение температуры. Буквально несколько секунд назад фарфоровые пальчики всё ещё были холодными.

— У тебя такие руки горячие, — едва слышно пробормотала она.

— Это просто ты потихоньку отогреваешься. Если на морозе долго простоишь, а потом дотронешься до кого-нибудь, находящегося в помещении, он тоже покажется тебе горячим, хотя на самом деле холодной будешь ты, — с улыбкой ответил я. — Так и тут, наверное. Если хочешь, спросим у Кима, как только он явится пред наши светлые очи. Но что-то мне подсказывает, что ты возвращаешься в человеческое тело.

— Ты всегда такой оптимист? — Лена кривовато улыбнулась.

— Нет. Но… ты знаешь, у меня прекрасная чуйка. Воровская. И сейчас она мне подсказывает, что всё у тебя будет хорошо. Ты же мне веришь?

Честно, сболтнул просто так, не подумав. И только потом прикусил язык: не слишком ли откровенные вопросы в самом начале знакомства я задаю? И, честно говоря, я не готов услышать ответ, будь он хоть отрицательным, хоть положительным. Но сказанного не воротишь.

С чего бы она вообще должна мне доверять? Я для неё — посторонний, просто тот эльф, который забрал её из весьма сомнительной компании Босхафта, приняв за статую, и по доброте душевной разрешил Киму попытаться снять заклятие.

А то, что меня к Лене магнитом тянет… так меня же, не её. И мои иррациональные влечения её вообще не касаются, если уж быть честным с собой.

Вот только…

— Верю, — почему-то шёпотом отозвалась она.

И это тихое, едва различимое «верю» было настолько неожиданным, что я в первые секунды растерялся. А потом… честно, не знаю, что на меня нашло! Сам не отдавал себе отчёт в своих действиях.

Я коснулся тонких пальчиков поцелуем. Едва заметное, ничего не значащее прикосновение, но…

В лаборатории полыхнуло.

— Да вашу ж мать! — воскликнул выскочивший из другой комнаты Ким. — Что… что это?!

Я от яркой вспышки между мной и Леной пока отходил, так что по понятным причинам не видел ничего. Интересно, что там такое случилось?

Проморгавшись, поднял взгляд на Лену, в первую очередь осматривая на предмет всяких повреждений. Не пострадала ли она от этой непонятной магической вспышки?

К счастью, нет. Только испугалась сильно.

Что вообще произошло? Почему меду нами так вспыхнуло? Чему так возмущается Ким? Ничего не понимаю…