Чтение онлайн

В прихожей он взял с полки спичечный коробок и чиркнул раз, другой, ругнулся:

– Спались оно в пепел!

Но ничего не только не спалилось, но даже и не думало воспламеняться. Марлена с недоумением понаблюдала за его неуклюжими попытками, потом засмеялась и отобрала коробок.

– Избалованный огневик, когда ты последний раз зажигал свечу спичками? Ты не той стороной чиркаешь!

– Ну, отвык немного, – признал Дилан. – А здесь темно к тому же, поди разбери, чем там чиркать.

Он пошел в спальную, на ходу стаскивая сюртук, бросил его на кресло, с облегченных вздохом упал на кровать и заключил:

– Главное, мы все же встретили Эмила! Как он тебе?

Марлена поставила свечу на прикроватный столик возле портрета родителей, присела рядом с Диланом, задумалась, пытаясь упорядочить свои противоречивые впечатления.

– Он, похоже, хорошо умеет скрывать эмоции, - заметила она, вспомнив сосредоточенное худое лицо с остро очерченными скулами и холодными стальными глазами. – Не проявил ни малейшего удивления, когда я к нему подошла.

Радости Эмил тоже не проявил, скорее, как сейчас казалось Марлене, узнав Дилана, смотрел на него от дверей так, словно тот своим появлением создал какие-то проблемы.

– Должно быть, за прошедшие годы научился, - предположил Дилан невесело.
– В семнадцать лет, когда мы познакомились, не особо умел скрывать.

– В семнадцать? Разве вы не ровесники?

– Эмил младше на год, - ответил Дилан. – Он что-нибудь сказал тебе?

– Ничего, - покачала головой Марлена, не зная стоит ли признаваться в том, что по ее мнению Эмил не слишком обрадован их появлением. – Только кивнул, что услышал, не переставая играть. Но я обратила внимание, как он смотрел, когда только вошел в зал и узнал тебя… Просто застыл на месте, будто испугался чего-то.

– Я бы тоже застыл, если бы вдруг на службе узнал его в новом штатском докторе. Эмил же наверняка был в курсе по поводу чьего прибытия вечеринка. Я вот ушам своим не поверил, услышав, что он играет гимн и военные марши. Он их люто ненавидел.

– Может быть, это плата за возможность подойти к инструменту, - вздохнула Марлена. – Он исполнял и еще что-то незнакомое. Причем очень самозабвенно. Буквально растворялся в своей музыке.

– Завтра спросим, - оптимистично пообещал Дилан и потянул ее за прядь волос. – Иди же поближе! Предчувствую, что ты выставишь братца спать на диван в кабинете, так хоть поваляемся чуть-чуть вместе.

Предсказание Дилана насчет дивана оправдаться просто не успело. И поваляться чуть-чуть им тоже не удалось. Марлена еще помнила, как прилегла рядом с вытянувшимся на спине Диланом, так что ее щека оказалась у него на плече, а его пальцы запутались в ее волосах. Кажется, она заснула почти сразу, а Дилан, наверное, еще прежде, чем девушка перестала ерзать, устраиваясь у него под боком.

А вскочили они одновременно и ничего не соображая спросонья. Свеча на столике погасла, комната слабо освещалась лишь проникающим сквозь неплотно закрытые занавески лунным светом. И откуда-то доносился громкий стук и трудноразличимые выкрики, которые, судя по всему, их и разбудили.

Дилан выбежал в прихожую, нашарил на полочке связку ключей, так же на ощупь нашел замочную скважину. Сквозь приоткрытую им дверь Марлена разглядела стоящего на крыльце человека.

– Сержант Конинг, ночной патруль, - назвался он. – Господин доктор, открывайте лечебницу, у нас пострадавший!

Через дверь, соединяющую коридоры, они пробежали в здание лечебницы. Пока Дилан подбирал ключ к входной двери, Марлена зажгла висевшую на вбитом в стену крюке масляную лампу, огляделась и подвезла поближе замеченную еще в первый приход сюда невысокую деревянную каталку.

Дилан распахнул обе дверные створки и отступил в сторону. Патрульные внесли, держа за края, кусок брезента, на котором, под чьим-то плащом лежало неподвижно скрюченное тело.

– Сюда! – Марлена подтолкнула каталку под растянутый брезент, и патрульные осторожно опустили свою ношу.

Дилан наклонился и отогнул край плаща. Под ним показались светлые, почти белесые, волосы, с протянувшейся от виска до небольшого хвостика на затылке прядью, как небрежным мазком широкой кисти окрашенной во влажно-блестящий кровавый цвет.

Дилан резко откинул плащ и приложил пальцы к шее лежащего неподвижно Эмила. Облегченно выдохнул:

– Жив! – и обернулся к патрульным: - Что произошло?

– Выясним, - пообещал тот, что стучался в докторский флигель. – Можем быть свободны?

– Идите, - махнул им Дилан. – Льен, где тут смотровая или операционная?

– Сейчас, - Марлена схватила связку ключей и побежала по коридору, заглядывая во все двери. – Где же она?

– Предпоследняя справа, - подсказал тихий голос с каталки.

Дилан выругался:

– Адово пламя! Фуриозо

[1]

Закрыть Furioso - бешено, неистово, яростно (муз.)

, я просил, чтобы ты пришел в лечебницу, а не чтобы тебя притаскивали бессознательного!

– Я сознательный, - не согласился Эмил. Он по-прежнему лежал, не шевелясь и зажав рукой левый бок, но глаза его были открыты и разбитые губы кривились в подобии улыбки. – И тоже рад встрече, Фокозо.

– Что с тобой случилось? – наклоняясь к другу, спросил Дилан.

– Не имеет… значения, - ответил Эмил отрывисто и поморщился.

– Дилан, ему трудно говорить, - вмешалась, подходя, Марлена. – Быстрей в смотровую!

– Марлена закончила целительский, хотя и специализировалась в фармации, - хмуро пояснил Дилан, берясь за ручки каталки. – Поэтому генерал тут она.

– Везунчик Фокозо, - с трудом пробормотал Эмил, - ты все-таки заполучил свою алхимическую королеву.

За предпоследней дверью справа оказалась стандартно оборудованная смотровая с кушеткой, столом и застекленными шкафчиками с инструментами и снадобьями по стенам. Марлена пробежала по помещению, дрожащими от спешки и волнения руками и тоже не всегда с первой попытки зажгла все лампы и вернулась к каталке.

– Эмил, нужно вас осмотреть. Сможете приподняться?

Эмил мгновенно сдвинул руку, оперся о край кушетки и рывком попытался сесть, но рука его подломилась. Дилан успел подхватить его с одной стороны, Марлена поддержала с другой. Сообща им удалось усадить его на кушетке так, что теперь он спиной опирался на стену.

– Не надо резких движений! – запоздало воскликнула Марлена.

Опустив голову с покрытой коркой засохшей крови половиной лица, Эмил дышал тяжело и прерывисто, с посвистом втягивая воздух сквозь стиснутые зубы. Виски его под растрепанными белыми волосами, с одной стороны окровавленными, покрылись каплями пота. Дилан с тревогой посмотрел на Марлену.