Чтение онлайн

И наконец, третий проект Геббельса «Германия защищает Европу от орд с востока» начал реализовываться позже всех. Публикации о зверских насилиях русских в поверженной Европе, прежде всего в Германии, стали появляться как тенденция где-то с начала нового тысячелетия. А в 2002-м вышла уже упомянутая книга английского историка Энтони Бивора.

Автор — британский историк с именем, и книга его — о взятии Берлина, а вовсе не об изнасилованиях. Но так уж получилось, что сейчас ее вспоминают почти только из-за них. Удивляться тут нечему: Бивор «подсчитал» общее число изнасилованных немок, которое затем пошло гулять из публикации в публикацию:

«По оценкам двух главных берлинских госпиталей, число жертв, изнасилованных советскими солдатами, колеблется от девяноста пяти до ста тридцати тысяч человек. Один докторсделал вывод, что только в Берлине было изнасиловано примерно сто тысяч женщин. Причем около десяти тысяч из них погибло в основном в результате самоубийства. Число смертей по всей Восточной Германии, видимо, намного больше, если принимать во внимание миллион четыреста тысяч изнасилованных в Восточной Пруссии, Померании и Силезии. Представляется, что всего было изнасиловано порядка двух миллионов немецких женщин, многие из которых (если не большинство) перенесли это унижение по нескольку раз».

Тут мы наблюдаем традиционные домыслы: «видимо… представляется…» Я не буду подробно разбирать механизмы, с помощью которых Бивор и его последователи выводят свои огромные числа, это уже делается специалистами. Например, подробный разбор домыслов ревизионистов дается в работе Никиты Мендковича «Кто „изнасиловал Германию“?» {146} , в которой автор опровергает версию о двух миллионах изнасилованных немок последовательно, подробно и доказательно.

Цель данной книги другая — показать «прорастание» сорняков фашизма из прошлых времен — в нынешние. Важная внешняя составляющая процесса — наличие общих признаков (в лексике, поведении, аргументах, способах вести спор). Эта общность, вероятно, проистекает не от духовной близости, а от общего для них врага, то есть России, как бы она ни называлась — Империей или Союзом. Сходность чаще всего неумышленная, но от того не становится менее наглядной.

Укажу только на очевидные совпадения, наблюдаемые у современного британского историка и у министра пропаганды Третьего рейха.

Геббельс: «В лице советских солдат мы имеем дело со степными подонками…»

Бивор: «Берлинцы действительно могли подумать, что их город оккупировали монгольские орды».

Геббельс: «В отдельных деревнях и городах бесчисленным, изнасилованиям подверглись все женщины от 10 до 70 лет».

Бивор: «Жертвами становились девушки моложе восемнадцати лет или пожилые женщины. Изнасилованными могли стать даже двенадцатилетние подростки».

Геббельс: «Кажется, что это делается по приказу сверху, так как в поведении советской солдатни можно усмотреть явную систему».

Бивор: «Пропаганда ненависти к врагу превращалась в пропаганду ненависти ко всему немецкому» {147} .

В подтверждение русских зверств в Восточной Пруссии Бивор ссылается на пропагандистский фильм нацистов. И делает вывод: «В результате сами немцы, особенно это касается женщин и детей Восточной Пруссии, подверглись в конце войны такому же насилию, какое немцы применили к гражданскому населению оккупированных областейПольши и Советского Союза» (выделено мной. — Г.С.).

«Такому же»? Но по улицам Кенигсберга и Берлина не ездили советские душегубки, подобные немецким в Харькове и Минске. Нам не известны на территории Германии места массовых захоронений убитых мирных жителей, подобные киевскому Бабьему Яру (свои такие яры были в каждом крупном городе на оккупированной советской территории). Не знаем мы также ни об одной карательной акции с убийствами мирных жителей и сожжением живьем, которую бы провела в Германии РККА. Историкам неизвестны лагеря, где голодные немецкие военнопленные должны были есть траву. Архивы не сохранили фотографий показательных повешений немецких функционеров на фасадах домов, какие немцы повсеместно практиковали в России.

Гитлеровцы ни в одном захваченном городе на территории СССР не организовывали снабжение продовольствием местного населения — все, что возможно, должно было идти на нужды немецкой армии или вывозиться в рейх. Советские войска, заняв немецкий город, первым делом выводили на улицы полевые кухни и начинали бесплатную раздачу еды. Бивор об этом прекрасно знает и даже пишет в своей книге, правда, очень странно, как будто упрекает:

«Простым берлинцам в этот момент было отнюдь не до символов. Они накрывали лица убитых солдат кусками газет или шинелями и стояли в очереди к полевым кухням, развернутым красноармейцами по приказу генерала Берзарина. Тот факт, что в этот самый момент в Средней Азии свирепствовал голод и даже имелись случаи каннибализма, не влиял на новую политику советского руководства, призванную завоевать доверие немецкого народа».

Наверное, британскому автору действительно странно: как это можно бесплатно кормить «чужих», когда «свои» голодают. Наверное, одна из целей ревизионистов в том и состоит, чтобы нам это тоже стало казаться странным.

«Я думаю, что „Таймс“ еще не раз будет иметь возможность сетовать на самоуправство Кремля… Мы развернем теперь широкую кампанию внутри страны и за границей», — пишет Геббельс в своем дневнике 2 марта 1945 года. Продолжение этой кампании мы имеем несчастье наблюдать и сейчас. И «Таймс» действительно имела и до сих пор использует любую возможность «сетовать» на Кремль. Все сбылось, рейхсминистр был бы доволен.

Красная Армия в побежденной Германии вела себя гораздо гуманнее, чем любая армия в побежденной стране. Особенно — с учетом того, что гитлеровцы творили на территории СССР. Все познается в сравнении — как вели себя в своих зонах оккупации союзники — американцы и англичане?

Осмар Уайт (1909–1991), австралийский военный корреспондент в рядах 3-й американской армии, которой командовал знаменитый генерал Джордж Паттон, на основе своих газетных статей и дневников 1944–1945 гг. составил книгу «Conqueror's Road» («Дорога Победителя»). Вот несколько цитат:

«Радиообращение Эйзенхауэра „Мы приходим победителями!“ подразумевало, что командование имело право реквизировать любое пригодное жилье в полуразрушенных городах. Стариков, больных, детей часто выгоняли из домов в развалины, чтобы они беспокоились сами о себе.„Единственный способ научить krauts (кличка немцев, данная им американцами, происходит от немецкого слова, обозначающего кислую капусту) тому, что в войне нет ничего хорошего, заключается в том, чтобы обращаться с ними так же, как они когда-то поступали с другими“. Я слышал этот девиз постоянно…