Чтение онлайн

– Еду! – отозвался я с чувством. Флора – это такая девушка… К тому же у нее в квартире марсианская гравитация – 0,4 земной. Аппаратура для нейтрализации марсопортского псевдогравитационного поля, конечно, штука дорогая, но она того стоит, а трудностей с оплатой у Флоры никогда не было. Да что там, если вы хоть раз держали в объятиях девушку при 0,4 "же", так ничего объяснять не требуется, а если не держали, так и объяснять бесполезно, могу только посочувствовать: что толку рассказывать, как летают в облаках!

Я отключил видеофон – зачем пялиться на изображение, если есть возможность увидеть оригинал во плоти,– и шагнул из кабинки.

Вот тут-то, в этот самый момент, на меня и дохнуло катастрофой. Это дуновение приняло мерзкий облик Рога Кринтона из Марсианского Управления Службы Безопасности,-лысина, сияющая над блекло-голубыми глазами, тускло-желтая физиономия и непотребного окраса усы. Впрочем, я и не подумал падать на карачки и отбивать ему поклоны: мой отпуск начался с той самой минуты, как я сошел с корабля.

Так что я поинтересовался вполне вежливо:

– Какого вам черта? У меня свидание. Я тороплюсь.

– У тебя свидание со мной. Я ждал еще у трапа,– ответствовал мой плешивый шеф.

– Я вас не видел.

– Ты вообще ничего не видел. Он был прав.

Если он пытался перехватить меня в шлюзе, так у него голова кружится до сих пор, наверное: я проскочил через камеру быстрее, чем комета Галлея сквозь солнечную корону.

– Ладно. Что вам от меня нужно?

– Есть тут одно дельце, приятель. Я выдал ему точную анатомическую характеристику того места, куда он может засунуть свое дельце, и предложил помочь, если он сам не справится.

– У меня отпуск, приятель.

А он мне:

– Готовность номер один, друг мой! Это могло значить только одно – мой отпуск кончился, не начавшись. Я не поверил. Я взмолился:

– Рог, имейте совесть! У меня самого готовность номер один!

– И думать забудь.

– Рог! – взвыл я.– Неужели нельзя вызвать кого-нибудь другого?

– На Марсе ты единственный агент класса А.

– Так запросите с Земли. У них же в штабе куча агентов.

– А нам надо с этим разделаться до 23.00. Да что у тебя – трех часов не найдется?

Он был непробиваем. Оставалось вернуться к видеофону, гордо бросив Рогу через плечо: "Частный разговор!"

Флора снова засияла на экране, словно мираж на астероиде:

– Что-нибудь не так, Макс? Только не вздумай сказать, что не можешь. Я уже отказалась от приглашения.

– Флора, детка,– сказал я.– Я буду. Я в любом случае буду. Но тут надо кое-что уладить.

Ее не интересовало, что я там собрался улаживать. Она задала самый естественный вопрос. И голос у нее был обиженный.

– Нет никакой другой девушки,– тоскливо ответил я.– В одном городе с тобой не бывает других девушек. Существа женского пола – возможно, но не девушки. Флора, сладость моя, это – работа. Подожди. Совсем недолго!

– Хорошо,– ответила она, но от ее ответа я вздрогнул.

Я выбрался из кабины и вяло поинтересовался:

– Ну, Рог, какую кашу мне предстоит расхлебывать?

Мы пошли в бар космопорта, заняли отдельный кабинет, и Рог Кринтон, наконец, сказал:

– В 20.00 по местному времени, то есть через полчаса, с Сириуса прибывает "Гигант Антареса".

– 0'кей.

– Среди прочих с него сойдут три человека. Они останутся ждать "Пожирателя пространства", который сядет в 23.00 и немного погодя уйдет к Капелле. Стоит этой троице ступить на "Пожиратель", как она окажется вне нашей юрисдикции.

– Так.

– Между 20.00 и 23.00 им предстоит сидеть в отдельном зале ожидания, и тебе вместе с ними. У меня с собой голограммы всех троих, так что ты не ошибешься. За это время тебе надо узнать, кто из них везет контрабанду.

– Какую?

– Самую скверную. Измененный спейсолин.

– Что?

Все. Нокаут. Я знал, что такое спейсолин. Если вы хоть раз бывали в космосе, вы тоже знаете. И даже если никогда не покидали Земли, все равно знаете. Он необходим для путешествий в Пространстве. Первую дюжину полетов в нем нуждаются почти все, а многие вообще без него не обходятся. Боятся головокружения в невесомости, тошноты, а то и психоза. Спейсолин все это снимает, а привыкания и побочных эффектов не дает. Спейсолин идеален и незаменим.

– Вот именно,-. сказал Рог,– обработанный спейсолин. Простейшая -химическая реакция в простейших условиях превращает его в препарат, с первого раза делающий человека наркоманом. Эта штука пострашнее самых опасных алкалоидов.

– И мы только сейчас об этом узнали?

– Служба знает об этом уже несколько лет. Но прежде удавалось прихлопнуть любое заведение, где додумывались до такого. А сейчас дело зашло слишком далеко.

– Каким образом?

– Один из троих везет с собой немного обработанного спейсолина. Система Капеллы не входит в Федерацию – ее химики легко сделают анализ образца и еще легче его синтезируют. После этого нам останется либо бороться с торговлей самым опасным наркотиком без всяких шансов на успех, либо сразу закрывать лавочку, запретив исходный продукт – спейсолин,– и поставить крест на полетах в Пространстве.

– И кто же из них его везет?

Рог осклабился:

– Да если бы мы это знали, на что бы ты понадобился? Ты и разберешься – кто.

– Ну и работенку вы мне подсунули.

– Смотри, не ошибись. Каждый из них -большая шишка на своей планете. Первый – Эдвард Харпонастер, второй – Джоакин Липски, третий – Андьямо Ферручи. Ну как?

Он был прав. Я слышал обо всех. Вы, наверное, тоже. И без серьезных улик ни к одному из них не подступиться.

– Неужели кто-то из них связался с такой гадостью? – спросил я.

– Тут пахнет миллиардами,– ответил Рог.– А значит, каждый из них мог связаться. И один связался – Джек Хоук установил это прежде, чем его убили.

– Джека Хоука убили?! – На минуту я забыл о новом наркотике. На минуту я забыл даже о Флоре.

– Да. Именно один из этих типов и организовал убийство. Теперь слушай. Ткнешь в него пальцем до 23.00 – получишь повышение, прибавку к жалованию, сочтешься за беднягу Джека и в придачу – спасешь всю Галактику. Ошибешься – будет скандал галактических масштабов, а ты вылетишь из Службы и угодишь во все черные списки отсюда до Антареса и дальше.