Чтение онлайн

В нежном возрасте двенадцати лет Джоанна решилась тайно обвенчаться — ни больше ни меньше! — с Томасом Холландом, который вскоре покинул малолетнюю жену и отправился в крестовый поход. В его отсутствие родственники Джоанны, ни о чем не подозревавшие, настояли на ее браке с Вильямом Монтегю, сыном графа Солсбери. Увы, Холланд вернулся из похода живым и не год, не два прослужил управляющим имениями Вильяма и Джоанны.

— Только представь себе, — восклицала Изабелла с недостойным злорадством, — как весело было у них в доме! Какой поразительный m'enage `a trois[79]! Как думаешь, с кем из них она делила ложе?

В конце концов Холланд обратился с прошением к самому Папе и получил свою жену назад, а ее брак с Монтегю был признан недействительным. Холланд жил с ней до самой своей смерти, случившейся как раз в том году, когда я увидела Джоанну в монастыре. Едва овдовев, она отправилась туда замаливать грехи в удалении от мира. Не думаю, что покаяние помогло Джоанне спасти душу, — насколько я припоминаю, по Холланду она нимало не скорбела, предпочитая не исповедоваться и молиться, а играть на лютне да любоваться своими драгоценностями.

— Но Монтегю-то был жив! — продолжала между тем Изабелла. — При живом муже, пусть брак и был аннулирован (тоже весьма спорное дело!), Джоанна не очень годилась в невесты принцу королевской крови. На мой взгляд, это попахивает двоемужием. Многие могут усомниться: считать ли законным наследником престола сына, рожденного моим братом от Джоанны? Или их сын Ричард просто бастард? — Изабелла сморщила нос. — Вряд ли такое наследование пройдет гладко[80]. Кентская дева! Вот уж кто-кто, только не дева! Но брат мой заткнул уши, и брак совершился. Джоанна уловила-таки его в свои сети. — Она скривила губы. — Джоанна — женщина слишком честолюбивая.

Ну, упрекать ее за это я не могла.

— Вроде меня? — спросила я, криво улыбнувшись.

— Совершенно точно. Потому-то она тебя так ненавидит.

Ну, у Джоанны для честолюбия были основания. А когда умрет Эдуард, ее мечты сбудутся, меня же ожидает только изгнание до конца дней моих. Пальцами я впилась в платье, раздирая ногтями тонкий шелк, когда Изабелла невольно заставила меня снова задуматься о коронации Джоанны. Она тогда станет праздновать, а меня с огромной радостью вышвырнет на улицу, в сточную канаву.

— Ты ее видела? — заговорила снова Изабелла, не ведая о моих мыслях и не считая нужным смягчать выражения. — Джоанна Жирная! Она все еще распускает хвост и гордо улыбается, будто все так же красива, как когда-то. И поэтому она не в силах постичь, как ты сумела приобрести такую власть над королем, коль скоро ты не красавица. — Она окинула меня откровенно критическим взглядом. — Если на то пошло, скорее уж просто уродина.

— Премного благодарна за комплимент. — Я сдержала возмущение, вызванное столь беспардонным заявлением. Впрочем, я к этому уже, кажется, притерпелась. По крайней мере, душа моя больше не болела.

— Я всего лишь сказала правду.

— Король думает иначе, — заметила я.

— Король просто слеп!

За это я мысленно возблагодарила Бога. Но какие ценные сведения я получила! Принцесса Джоанна станет моим врагом. А вот Изабелла… Наши нелегко складывавшиеся отношения вдруг резко изменились, однако умная женщина не станет придавать слишком большое значение такой внезапно вспыхнувшей доверительности. Я вскинула брови, собираясь наседать и выспрашивать Изабеллу дальше.

— Правильно ли я поняла, миледи, что вы станете мне другом?

— Настолько далеко я заходить не собираюсь! — Ответ прозвучал резко, как я и ожидала.

— У меня никогда в жизни не было подруги, — сказала я: было интересно услышать, что она на это ответит.

— Меня это не удивляет. Твое честолюбие гораздо сильнее того, что большинство людей готово стерпеть. — Она с любопытством пристально вглядывалась в меня. — Но вот что я скажу. Мне будет интересно поглядеть на поединок между двумя такими близкими к трону особами. И не уверена, что захотела бы сделать ставку на ту или на другую. Не удивлюсь, если этот пир так и не состоится.

Но я подготовила пиршество в честь возвращения принца и принцессы Уэльских, проявив при этом уместную расточительность. Единственный недовольный голос — нашей неподражаемой принцессы — потонул в звоне кубков и радостных кликах пирующих вельмож.

— Так сколько вы ставили на то, что этот пир благополучно состоится? — спросила я у Изабеллы.

— Да ни гроша! — ответила она лукаво. — Я была уверена, что вся подготовка сойдет на нет из-за ненависти Джоанны.

— Значит, вы ошибались, — заметила я с радостной улыбкой.

— Выходит, что ошибалась.

Но Джоанна от своего не отступилась. Она еще даже не взялась за меня как следует. Когда пир подходил к концу, когда вино полилось рекой, а менестрели весьма немузыкально (на мой вкус) стали орать свои песенки, подзуживая придворных прыгать и скакать в буйном исступлении, принцесса Уэльская незаметно поменялась с кем-то местами, оказалась рядом со мной, наклонилась и вперила в меня тяжелый взгляд.

— Когда я стану королевой Англии, я уничтожу тебя за то, что ты натворила.

— И что же такого я натворила? — Я не опустила глаза, а во взгляде моем сквозило даже некоторое высокомерие.

— Околдовала его! Ты завладела разумом короля и извратила его мысли! Ты захватила себе место, на которое не вправе даже претендовать. Никогда и ни за что. Ты строила козни и плела интриги, пока он не стал слеп ко всему, кроме твоих желаний. А ты на каждом шагу только и морочишь ему голову.

Эти нелепые обвинения поразили меня, но не встревожили. Я решила ответить ей ее же словами.

— Припоминаю, миледи, вы мне давали советы: умная женщина-де должна непременно уметь лицемерить, — да еще посмеивались, когда я не в силах была этого постичь. — Ее щеки стали наливаться багровым цветом, и я улыбнулась. — Но мне не пришлось лгать и притворяться. Я выказываю королю надлежащее почтение, вы же и этого не делаете, миледи. Или вы считаете, будто он так ослабел рассудком, что не способен противостоять женскому коварству?

На мгновение она застыла с открытым ртом.

— Да как ты смеешь! — Джоанна не ожидала, что я вообще наберусь смелости с ней спорить.