Фазовый переход
Шрифт:
С каждым сражённым противником его сердце радостно вздрагивало. Этот «паук» уже не нападёт на караван и не отнимет жизнь у одного из его бывших коллег. Этот «носорог», не снесёт хлипкую стену, какими, большей частью окружены города, в которых ютятся немногие выжившие.
За один только сегодняшний день он уничтожил столько тварей, сколько за всю свою предыдущую жизнь и, в принципе, суммарно уничтожил столько, сколько сумел бы за обычную жизнь наёмника, выпади ему такая судьба.
Разрубив нападающих и рефлекторно восполнив силы их кровью Павел растеряно остановился. Это, судя по всему были последние. Он пришёл. Вот только куда? Перед ним простиралось обширное пустое пространство диаметром около полутора километров, в центре которого, занимая большую его часть находилось озеро.
На берегу этого озера росли «деревья», вот только деревьями они были не больше, чем «пауки» — пауками. Такая же кристаллическая конструкция, что лишь напоминала дерево. «Наверно у них дома такие растут» — отчего-то подумал Павел.
Несмотря на мороз, градусов пятнадцать, льда на озере не было. Что, собственно, не удивительно, поскольку водой это не было. Судя по слабой ряби, что поднимал на нём ветер, жидкость была более вязкой, нежели обычная вода и имела заметный перламутровый блеск. Павлу вдруг вспомнилась та очищенная паучья кровь, что перелил ему Гобенко, и он понял, что перед ним озеро из жидкого кристалла.
* * *
Солнце на небе приближалось к зениту, отсчитывая последние минуты её жизни. Не часто Вере доводилось видеть его здесь, поскольку, обычно она оказывалась тут ночью. Что не удивительно, так как спать днём доводилось не часто.
За минувшие часы… стыд прошел. Прошла и ненависть, ушло отчаяние, осталась лишь тихая печаль и радость от осознания того, что в последние дни своей жизни она прозрела. Подумать только, половину своей жизни, она считала всех этих людей и этот город — лучшим, что с ней могло бы произойти, гордилась своей избранностью и возможностью приобщится к древней культуре пришельцев.
И ладно бы, она просто всё поняла. Она ещё и сумела донести информацию о реальном положении дел до других людей, вскрыв перед ними весь этот обман и предательство. И то, что она сделала это, побуждаемая любовью, ещё более украшало этот поступок в её глазах.
Время шло и народу на площади становилось всё больше. Сама площадь была огромной, более километра в диаметре и людей тут могло поместиться предостаточно. От нечего делать она считала в уме и выходило, что площадь круга радиусом в семьсот пятьдесят метров превышает полтора миллиона квадратных метров. Следовательно, тут уже собралось свыше миллиона жителей!
Сколько внимания её скромной персоне… Специально, ведь, нагнали… Тут явно не только жители внутреннего круга, но и с окраин пригласили. Ещё и представили это, наверняка, в виде поощрения.
Внезапно, неподалёку от Веры, с неба на мостовую площади ударил луч света. Люди торопливо расступились, а наместник, наоборот, вышел из толпы и встал между ней и, судя по всему, точкой прибытия «владыки».
Столб света, став невыносимо ярким, внезапно погас, оставив на своём месте огромную фигуру.
Более всего пришелец напоминал великана в доспехах из хрусталя и, в принципе, чем-то походил на «пауков» и прочих тварей. Вот только если они походили на ожившую груду битого стекла, то «господин» был похож на гранёный бриллиант. Огранка причудливо менялась от места к месту, и формировала узоры более высокого порядка. Кристалл сверкал и переливался на солнце всеми цветами радуги. Можно было сказать, что именно он, в полной мере соответствовал этому городу, в то время как люди смотрелись на его улицах, в лучшем случае грязными мышами.
— Владыка! — провозгласил наместник. — Твои ничтожные рабы безмерно рады приветствовать своего Господина! Все мы собрались здесь сегодня, чтобы присутствовать на суде над презренной отступницей, что предала нас всех и этим безумным проступком обрекла себя на высшую кару!
Великан повернулся на его голос и двинулся в сторону Веры. В том как он шел, неторопливо, с ленцой, легко читалась скука и глубочайшее презрение к окружающим его людям.
Не дойдя до прикованной к столбу Веры десяти — двенадцати метров, он внезапно остановился и повернул голову в сторону, будто увидев что-то, недоступное их взгляду.
— Как удачно… — произнес великан сильным, низким, вибрирующим голосом. — И этот тоже тут!
* * *
Павел попытался заглянуть вглубь озера, чтобы оценить его глубину, но у него ничего не выходило. Как он ни смотрел, озеро выглядело бездонным. При этом, откуда-то снизу шел неяркий, красновато-оранжевый свет.
Вдруг, что-то изменилось. Что-то внутри озера словно бы треснуло. На небольшой глубине, ближе к центру озера образовался какой-то сгусток. Довольно крупный, раз уж Павлу удалось разглядеть его с такого расстояния.
Более всего это было похоже на мгновенное замерзание переохлаждённой воды. Жидкий кристалл твердел и понимался наверх. Прошла пара минут и вот, на поверхности озера стоит человекообразная фигура, высотой не менее четырёх метров. Повернувшись, пришелец огляделся и направился прямо к Павлу, шагая по волнам.
— Крутой, значит?! — пробормотал Павел. — Думаешь, отрастил себе самую большую задницу и это сразу сделает тебя самым главным? Нет, это сделает тебя Самой Большой Задницей! И не более того!
Павел посмотрел на себя. Горячка боя минула и щит снова куда-то делся. Впрочем, кристаллические доспехи были на нём и делали его чем-то похожим на шагающего к нему гостя. Левая рука Павла была скована хрустальными латами, а правую окружал огонь. Казалось, она горела, вот только никакого дискомфорта ему это не доставляло.
Нисколько не сомневаясь, Павел сделал первый шаг, и пошел на встречу великану, прямо по поверхности озера.
Казалось, он идет по натянутому брезенту, что слегка пружинит и проседает под его ногами, и одновременно немного покачивается вверх-вниз. Взглянув себе под ноги Павел увидел шахту заполненную жидким хрусталём и глубиной, как минимум, в десятки километров. Внизу, на самом дне, казалось, горел костёр.
Подняв голову, он сосредоточил внимание на своем противнике, до которого оставалось уже метров двадцать. Ещё несколько шагов и расстояние между ними уменьшилось метров до пяти. Практически одновременно и Павел и пришелец, остановились.
— На колени, червь! — проревел то голосом, подобным грому. — На колени, и твоя смерть не будет мучительной!
— К тебе на колени? — поинтересовался Павел. — Я что, кот что ли?
Пока великан застыл в растерянности, пытаясь осмыслить услышанное, Павел сделал несколько быстрых шагов навстречу и, оттолкнувшись от поверхности озера подпрыгнул, как никогда прежде. На долю секунды он взлетел выше головы «владыки», и уже падая вниз врезал тому изо всех сил кулаком по «лицу».