Чтение онлайн

– Так знамо дело, воруют, - хмыкнул Петрич.
– А я тебе так скажу, госпожичка, кто у своих кусок хлеба отнимет, тому никогда удача не улыбнётся. не по людски это! Всё вместе делаем! И урожай собираем, и свадьбу гуляем, и в последний путь провожаем. Уже сроднились все. Идём, Элина, Верона заждалась меня уже. Да вот какой сюрприз ей будет! Не один пришел, а с целительницей! Ох и порадуется!

Я пошла следом за старостой, улыбаясь. По глазам видно, по голосу слышно как он жену свою любит, какую радость доставляет ему осознание, что жена обрадуется.

– Верона! Я гостей привёл! Выходи встречать!
– крикнул Петрим. В доме что-то упало, кто-то охнул и затих. Я рванула в дом, обогнав старосту.

И только когда забежала на кухню, охнула и отступила. Сколько раз я видела такое? Висящая левая рука, одна сторона лица неподвижна, хотя из правого глаза течет слеза.

– Верочка моя! Что же ты!
– причитая, бросился к ней Петрим.

– Несите амулет, - негромко приказала я, понимая, что счёт может идти не просто на минуты - на секунды.

С трудом посадив женщину на пол, прислонив спиной к стене, я тихо и максимально спокойно заговорила:

– Меня зовут Лина и я целительница. Не волнуйтесь и потерпите, сейчас станет легче. Не пугайтесь, мне необходимо избавить вас от верхней части платья, чтобы на грудь ничего не давило.

Впервые я так радовалась отсутствию бюстгальтеров. Под платье здесь надевали тонкую рубашку свободного покроя. А вот платье жало. Корсеты не носили, но чтобы не выглядеть совсем уж плоской, женщины утягивали себя поясом, приподнимая грудь. Именно от этого пояса и пришлось избавить Верону, дабы дать к лёгким больше воздуха.

Будь я дома, немедленно повезла бы женщину в больницу, потому как с инфарктом не шутят. На сколько я поняла, у жены старосты приступ был не раз, и не два, поэтому счёт реально шел на минуты.

С трудом дождавшись Петрима, выхватила из его рук серебряную подвеску в форме полумесяца и скрылась в ближайшей комнате. Не знаю, смогу ли влить достаточное количество магии в предмет под чьим-то пристальным взглядом. Сжав кулон, я что есть силы пожелала, чтобы сердце было здоровым. Заодно и сосуды не помешало бы подлечить. Либо из-за того, что я вливаю магию не в первый раз, либо из-за того, что делаю это осознанно, но я наконец почувствовала, как ниточка силы буквально оплетает полумесяц, заставляя его светиться. Как только свечение погасло, я выдохнула и разжала руку. Кулон был всё тем же, с виду казался обычным, но я знала, что он поможет, как деревяшка вылечила ребенка.

Я подошла к женщине и присела рядом. Цепочка скользнула на шею Вероны и, прямо на глазах она начала приходить в себя. Петрим сначала настороженно наблюдал за моими действиями, но как только почувствовал движение рядом, резко повернул голову в сторону супруги.

– Верочка моя, как же я испугался за тебя!
– выдохнул Петрим, обнимая женщину.

– Кулон защитит её, - тихо сказала я, положив руку на плечо старосты.
– Только всё равно надо снизить нагрузку и дать организму восстановиться. Хотя бы пару дней пусть Верона полежит в кровати.

– Обязательно!
– кивнул Петрим.
– Сделаем всё, как вы сказали, госпожа целительница.

Подняв жену на руки, староста понёс её в комнату, а я усмехнулась. Надо бы предупредить Петрима, чтобы называл просто по имени, а то так и буду “госпожой целительницей”. Присев на скамью, я огляделась. Обычный, сельский дом. С цветастыми шторами, пошитыми вручную, с деревянной мебелью, хоть и прочной, но видно, что делал не специалист.

– Ещё одну душу спасла, хозяйка, - фыркнул Филька, по-хозяйски заходя в дом.
– Так тебе придётся просто остаться жить в деревне.

– Ни за что, - улыбнулась я и подхватила кота на руки.
– Как же я без леса за окном, тебя и чудо-стола? Никак... Кстати, а ты где был?

– Разведывал информацию!
– важно сообщил мохнатый.
– Девочка жива и здорова, правда отец пока не пускает гулять, боится. Деревенским рассказал о целительнице, и если мы здесь задержимся, то велика вероятность, что лечить ты будешь всю деревню. Так что... Проси лошадь у старосты и бежим.

– Лошадь?
– севшим голосом спросила я.
– С ума сошел? Я в жизни на лошадях не ездила! Свалюсь ещё, сломаю себе что-нибудь, главное не шею.

– Пешком значит пойдём, - хмуро кивнул кот, соглашаясь с моими доводами.

– Пешком? До избушки? Ни за что!
– высказался Петрим, выходя из комнаты.
– Сейчас Стэпан отвезёт на телеге.
– За час доберётесь, так хоть не устанете. А чтобы не атаковали вас деревенские, езжайте домой сейчас.

– Мне бы к кузнецу, - задумчиво пробормотала я, вспоминая истинную цель.

– А мы вона как поступим. Ты, госпожичка, домой едь, а я следом отправлю кого-нибудь из деревни, с кулонами нужными. Какой формы надо-то?

– Без разницы, - подумав, ответила я.
– Главное, чтобы без острых углов. Да и можно маленькие. И ещё просьба, зовите меня просто по имени, неловко мне, когда госпожой кличут.

– Как скажешь, госп. Эмм, Лина, - запнувшись, согласился староста.
– Так я пока пойду, скажу Стэпану, чтобы запрягал. А как вернусь, так и плату за лечение отдам.

Мужчина стремительно вышел, не дав и слова сказать. Но как только вернулся, я сразу обозначила позицию:

– Не беру за лечение ничего. Ни юки ваши, ни что-то ещё.

– Глупость, - нахмурился Петрим.
– Сколько тебе? Двадцать? Поди и замужем ещё не была? А как наскучит деревня наша, куда пойдёшь? Без юки- то сложно будет. Не дури, принимай достойную плату за помощь.

Филька согласно кивнул, полностью поддерживая старосту.

Петрим ушел в комнату, а вернулся уже не с пустыми руками. Сунув мне в руки мешочек, поманил нас на улицу, где уже стояла запряженная лошадь.

Кое-как забравшись сверху, посадила кота на колени и помахала рукой старосте, на прощанье, пообещав заглядывать иногда.

– Что это?
– спросила я у Фили, разглядывая горстку красных деревяшек.

– Юки, местная валюта, как ты говоришь. Сто красных юк - одна бирюзовая. Самая большая - золотая. Кстати, староста не поскупился.

– Я ничего не знаю о вашем мире, - задумчиво пробормотала я, ссыпав юки обратно в мешочек.

Дорога и правда заняла намного меньше времени, хотя растрясло и укачало знатно. Спрыгнув с телеги, я махнула Стэпану и повернулась в сторону дома.

– Это ещё кто такая?
– нахмурился кот, разглядывая девочку.